Страница 161 из 168
— Активное дело в Кумкуре было только у тебя. У нас.
— Может, совпадение?— предположил директор, но прозвучало это неубедительно: подобное совпадение казалось слишком удобным.
Кристиан хмыкнул. Что ж, убийца объявил ему войну, персонально. «Розовая фея» нарвалась сама.
Украшенные пастушками часы настырно отсчитывали секунды с каминной полки.
— Волчок, расскажи об Оливии.
Заслышав свое имя, Волчикус вздрогнул и прекратил теребить ободранные перчатки. Несколько мгновений его губы беззвучно шевелились.
— Оливия?.. Со страхом у нее не было проблем. Она вообще ничего не боялась. Любила пощекотать себе нервы. Много раз я предупреждал ее, говорил об опасности.
Он потер лоб, словно ему было тяжело даже вспоминать о погибшей подопечной. Никто из присутствующих его не торопил.
— Боялся, что она набредет на маньяка,— наконец продолжил он,— грабителя или насильника. К моменту ее смерти ночные прогулки почти прекратились. Если ей уж слишком хотелось выйти ночью, я заходил за ней, и мы просто гуляли по городу. Шли, куда глаза глядят, болтали обо всем...
В уголках его глаз заблестели слезы. Торопливо моргнув, Волчок отвернулся и несколько минут смотрел на уставленный статуэтками камин.
— А вы... ты чего боялся, Волчок? — не отступал Кристиан.
Волчикус пожал плечами.
— Я же говорю: что Оливия попадет в лапы какого-нибудь маньяка. Худший кошмар моей жизни...
— Вот опять. Убийца снова воспользовался страхами,— хмыкнул Лис, и Кристиан кивнул.
— Борется с недостатками, чтоб его. Оливии не хватало осторожности. По крайней мере, если бы она выжила, то точно стала бы осмотрительнее. Волчок увидел кошмар наяву – мертвую подопечную. Айвори должен был преодолеть собственную неприязнь к обществу, мадам Кочерыж – справиться с фобиями. Их у нее была куча.
— Справиться или умереть,— Лис шумно выдохнул, присел на корточки и запустил пальцы в шевелюру.— Но кто это вытворяет? Мы все перебрали. Проверили всех, кто мог иметь доступ к папкам и библиотеке.
Лицо секретаря Шороха озарилось священным негодованием. Впервые с начала собрания он открыл рот.
— Никто не мог попасть в библиотеку мимо меня. Никто.
— Значит, кто-то попросту крадет папки у работников,— заключил Фэй. Несколько сотен новых подозреваемых лентой пронеслись перед его мысленным взором, уже выстраиваясь в многокилометровую очередь для проверки. Диа кивнула, перехватив его взгляд.
— Данные мушиных агентов подтверждают — никто из подозреваемых не причастен к последнему случаю. Все трое находились в Петрополисе.
Снаружи громыхнула гроза, и стекла звякнули в рамах. Небо окрасилось золотом, мгновение спустя вновь погрузившись в серый сумрак. За раскатом грома Кристиан не заметил, как в комнате оказалось на одного человека больше.
— Ваш кофе,— пискнула пухлая розовощекая девушка в цветастом переднике, и в руки Волчка приземлилось блюдце с возвышавшейся на нем чашкой.— Еще что-нибудь?
Она обвела присутствовавших толстыми линзами очков и, когда остальные качнули головой, ухватила начищенный до зеркального блеска поднос и скользнула в коридор. Дверь тихо щелкнула, закрывшись.
— О, это та самая девушка, помнишь?— Фэй подтолкнул сидевшего рядом Лиса мыском туфли, и тот кивнул.— Не знал, что она работает в администрации.
— Какая еще девушка, Кристиан?— голос директора переполняло неодобрение.— Мне кажется, сейчас совсем не время...
— Та, которую вы отправляли с посланиями.
Глава Отдела умолк.
— Сообщениями о произошедших убийствах. Когда нас вызывали на место происшествия.
Жидкие брови директора медленно сошлись на переносице. Судя по длительности и напряженности его молчания, он все так же не понимал, о чем шла речь. Стул под секретарем Шорохом отчаянно заскрипел, когда тот извернулся, стараясь заглянуть Кристиану в лицо.
— Она приходила и ко мне,— Диа щелкнула пальцами.— Пухлая, в очках. Помню такую.
Директор переводил растерянный взгляд с одного подчиненного на другого.
— Я никого к вам не посылал,— наконец выдавил он.
Ноздри щекотал слабый аромат обжаренных кофейных зерен.
По спине Кристиана пробежал неприятный холодок. Внезапно перед ним возникла та самая упущенная деталь, которой так не хватало в сложенной ими головоломке.
Розали Вьюнок. Рыжая и румяная, словно сдобная пышка, она носила очки с толстыми линзами, говорила писклявым голосом и очень смущалась, когда Лис подмигивал ей в коридоре. Ее работой было подавать чай и кофе, когда в кабинете директора собиралось слишком много народа, менять цветы в вазах и что-то еще, чего никто не помнил, да и не захотел бы помнить, настолько это казалось мелким и не заслуживающим внимания. С кофейником в руках она семенила по комнатам, так же быстро и незаметно исчезая в неизвестном направлении.