Страница 160 из 168
Многие приписывают его создание магу, известному под прозвищем Добрый Вечер. Однако достоверно не известно, является ли Добрый Вечер реальной личностью или вымышленным героем, чьим именем прикрывали множество магических преступлений (также см. «Магическая Чума», «Школа видящих», «История магических преступлений, ментальное воздействие, ч. 2», «Полуэлементалы и способы их вызова»)».
О том, что такое З.П.П.Р.-12 и черная материя, можно было только догадываться. Лис захлопнул том, подняв облако пыли, и обернулся. Позади, у стола с кнопками черным восклицательным знаком стоял секретарь Шорох. Сумрачное настроение клубилось вокруг него. Казалось, еще немного, и оно грязным дымом выльется через его уши и ноздри.
— Мне нужны еще книги. Магическая история или что-нибудь про видящих. А этой,— он указал на пыльный том у себя на коленях,— можешь разжечь камин. Библиотека ничего не потеряет, уверяю тебя.
Шорох зло фыркнул и скрестил руки на груди.
— Я тебе не носильщик и не библиотекарь.
С удовольствием отметив возмущение на лице секретаря, Лис широко улыбнулся.
— Но ты единственный знаешь все тайны этого места,— он театрально обвел рукой недосягаемые своды хранилища.— Кто же мне поможет, если не ты?
Господин Шорох хмыкнул. Затем снова фыркнул и отправился обратно к разложенным на столе кнопкам. Лис же открыл новую книгу, с треском разломив иссушенный корешок.
***
За окнами Общества Крестных Фей вновь хлестал дождь. Теперь непогода царила не только за окном директорского кабинета: ливень омывал стекла холла, шумел за стенами каждой из комнат работников, превратив обычно сияющее и поющее утро в серый монотонный концерт. Деревья за окнами гнулись, стегая друг друга мокрыми ветвями, ветер срывал с них последние листья, а бескрайние поля придавили тучи.
Однако внутри кабинета было тепло и очень тесно. В кресле у камина сидела Диа, сложив руки на коленях — как всегда спокойная и неприступная. Во втором притулился человечек в потертой шляпе и дырявых, словно обглоданных на концах пальцев перчатках. Жесткая щетина на его истощенном лице торчала клоками, а взгляд черных глаз бегал по комнате. Кристиан и Лис стояли напротив, рядом с ними беспрестанно поскрипывал ерзавший на стуле секретарь Шорох. В центре внимания собрания восседал господин Монтегю, который то и дело поправлял пенсне, сползавшее к кончику носа.
— Итак,— он наконец прервал тишину,— госпожа дель Боско, что вы можете сказать о найденном вами существе?
— В доме господина Айвори поселился морок,— ответила Диа. Отблески пламени скользили по ее высоким скулам, придавая мраморной коже хоть какую-то живость.
— А если поподробнее?
Кристиан возвел очи к потолку, отчасти не желая вообще вспоминать о прошлом дне. Но если он хотел наказать убийцу подопечного, ему требовались все детали.
— Морок,— будничным тоном пояснил Лис,— темная энергия, питается страхом жертвы. Люди под его воздействием впадают в спячку, потом в кому. Даже те, кому удавалось проснуться, сходили с ума. Два дня такого сна и все, разум прощай навсегда.— Он развел руками, и Кристиану невольно вспомнились пустые глаза господина Айвори.
— То есть то, что он показывает – нереально?
— Точнее не бывает. Всего лишь обман, плод воображения. Морок вызывали к жизни маги Содружества. Школа видящих. Я порылся в библиотеке,— Лис кивнул секретарю, поджавшему и без того тонкие губы,— и с трудом нашел сведения о нем, так редко он встречается. Последние сведения датированы годами Магической Чумы.
— Искусство создания морока считалось давно утерянным,— добавила Диа.— Поэтому удивительно, что он вдруг объявился в Кумкуре. И поселился он в особняке не случайно – инспектор обнаружил розовую записку в кабинете.
— Час от часу не легче.— Директор промокнул вспотевший лоб платком.— И что в ней было?
— «Ты научился ценить общество». Странно, да?— Диа фыркнула.— По-моему, господин Айвори ничему не научился, раз лежит в городском морге.
От этих слов Кристиан поежился и придвинулся ближе к окну.
Они говорили о жертве, словно та была досадным недоразумением, очередной галочкой в списке улик. Айвори боялся людей, любых контактов, он закрывался в раковине недоверия и высокомерного презрения. И даже в минуту смертельной опасности, на грани сумасшествия не смог довериться ни одной живой душе. Жаль, что кроме Кристиана никто из находившихся в кабинете этого не понимал.
— Почему именно там?— проговорил он.— Почему в Кумкуре? Все предыдущие убийства происходили в Петрополисе, и тут – Южное Содружество.