Страница 101 из 168
Перед Лисом возникла чашка с дымящимся горячим чаем, и он благодарно обхватил ее замерзшими пальцами.
— Либо убийца обладает врожденным магическим даром,— сказал он, и директор кивнул.
— Вариаций может быть множество. Но ясно одно — наша фея не так глупа, как господин Фэй, к примеру. Вот уж кто любит разбрасываться магической энергией. Господин Буччо порой чуть не плакал.
При упоминании Кристиана Лис еле заметно поморщился. Он не любил, когда директор прохаживался на счет его напарника.
— Тем не менее, Фэй прав,— проговорил он, стойко выдержав скептический взгляд начальника.— Помощь нам не помешает.
Господин Монтегю выпрямился во весь свой небольшой рост и встал у окна. Юноше осталось любоваться спиной его коричневого жилета, который оказался бы впору ученику средней школы.
Лис облизнул губы.
— Можно использовать мушиных агентов. Это значительно облегчило бы слежку,— сказал он.— Помнится, один летал по вашему кабинету в прошлом году.
Так быстро директор еще никогда не оборачивался.
— Откуда вы знаете про агентов?
— У крестных фей высшей категории есть доступ к этой информации,— напомнил Лис. Шумно отхлебнув чай, он с грустью покосился на вазу с черствым печеньем. Заметив это, директор на пару мгновений исчез под столом и появился уже с бумажным свертком в руках.
— Я... рассмотрю ваше предложение.
Выложив свежую порцию сладостей, он вымученно улыбнулся. Отчего-то его обещание казалось неубедительным, однако на большее Лис рассчитывать не мог. Он поднялся из кресла и залпом опустошил чашку.
— Благодарю. Когда в деле появятся новые подробности, я вам сообщу.
***
Следующей ночью секретарь Шорох вновь видел бегемота. Когда же он проснулся на голом полу, то первым делом поплелся в коридор. К его неимоверному облегчению, на сей раз грязных ботинок там не лежало.
Ботинок в доме не оказалось вообще.
Господин Шорох искал везде: в коридоре и комнате, в ванной и кухне, в кладовке и гардеробной. В пыли под кроватью и за вешалками с одеждой, под ванной и умывальником. Он даже заглянул в масляное нутро духовки, но безрезультатно. Обувь исчезла, словно ее и не было. Отсутствовали даже новенькие тапочки с меховой стелькой — особая покупка секретаря, которой он был очень доволен.
Вконец умаявшись от поисков, он рухнул в кресло и обессиленно прикрыл веки. Часы на стене заскрипели и принялись отбивать время. «Девять... Десять...» — мысленно сосчитал Шорох. На работу он уже опоздал, что казалось просто невероятным. Секретарь Шорох, главная канцелярская крыса Общества, никогда не опаздывал и даже в магазин за покупками всегда заходил в одно и то же время, минута в минуту.
— И где же вы их нашли? — словно между делом поинтересовался доктор Блюм. Его глаза за стеклами очков блеснули неподдельным интересом. Последние пять минут он даже не делал записей, лишь слушал и кивал в такт рассказу пациента.
— Что? — Секретарь отвлекся от мрачных мыслей и виновато улыбнулся. Последнее время он становился все более и более рассеянным.
— Ботинки. Вы же в чем-то пришли ко мне на прием сегодня.
Шорох мельком взглянул на помятые мысы черных туфель, которые, к тому же, жали ему ноги.
— Это старые, были сложены с одеждой, которую я планировал выкинуть. Остальную обувь я так и не нашел.
Также на белом подоконнике красовались грязные следы босых ступней, но об этом господин Шорох благоразумно решил умолчать.
Доктор Блюм хмыкнул. Перо его ручки зачирикало по бумаге, выводя почти неразличимую витиеватую нить записей. Только теперь секретарь заметил маску усталости на его лице, тени, пролегшие под впалыми глазами, при виде которых он даже испытал некое удовлетворение. Похоже, не одному ему приходилось туго в последние дни.
— Я могу быть опасен для окружающих? — он неожиданно прервал воцарившуюся в кабинете тишину и сам удивился, насколько неуверенно прозвучал его голос.
Доктор Блюм поднял голову и отложил ручку. Его спокойный вид казался неумолимо безразличным.
— Не думаю, но вероятность существует. В состоянии лунатизма высвобождается ваше внутреннее, сокрытое «я», животная половина, которую днем вы обычно подавляете. Она может быть сексуально активной, агрессивной, непредсказуемой. Но вы же не выходите за пределы дома, так что бояться нечего. Полощете рот отваром брюхолоха?
— Да,— промямлил Шорох.
— Хорошо. Продолжайте, и улучшение не заставит себя ждать.
— Но доктор, пока мое состояние лишь ухудшается. Может быть, есть другое лечение?