Страница 61 из 138
— Не только твоя! Это, наверное, общий женский сдвиг в мозгу.
— А почему тогда лекари — в основном, мужчины?
— Они милосерднее! Спасибо, хоть брюки оставила!
— Их нельзя снять чужими руками. Если помнишь, ластиковые костюмы без швов. Можешь смело падать в обморок при дамах, тебе ничего не грозит, — ехидно заметила она.
— Не скажи! — криво усмехнулся Дик. — В прошлый раз дракон так постарался, что… существенно помог заботливым людям, вроде тебя.
— Да, разрезать можно, — серьезно подтвердила девочка. — Но я не стала бы. У меня не было намерения тебя злить как только проснешься. Это вредно для здоровья.
— Тебя зовут Мила? И правда можешь быть милой.
— Стараюсь. Куда деваться, если так прозвали? — кокетливо пояснила она.
— Пела, чтобы задобрить меня с утра?
— Нет, чтобы пошел дождь.
— Зачем?
— Я люблю дождь.
Дик усмехнулся:
— Что тебе его не любить? Сидишь себе под крышей, в тепле, уши не мерзнут…
— Да, здесь уютнее, чем в пещере дракона! — поддела его Мила.
— Откуда знаешь, ты там была?
Маленькая трактирщица закатила глаза:
— Чего я там не видала?! Темно, очаг крошечный, большой стол из цельной каменной плиты, каменная лавка вдоль стен, покрытая шкурами. Лужа зеленой крови на полу…
— Не надо, — попросил Дик.
— Плечо покажи. Не думай, не из любопытства. Шрамы я уже видела. Ой-ой-ой… почти черное! Удар прямо в лопатку. Что они говорят, будто перелома нет?.. Больно?
— А как думаешь? — дернулся Дик, отталкивая ее руку.
— Я спрашиваю, если нажать, внутри чувствуешь огонь или наоборот, плечо немеет?
— Нет, внутри ничего, — Дик прислушался к себе. — Даже не чувствую твоих пальцев.
— Вот и я трогаю, будто под кожей кусок коры. Надо растирать и двигать рукой, а то надолго отнимется. Перелома действительно нет, — Мила вздохнула, будто с разочарованием.
— И на том спасибо, — Дик набросил на голое плечо куртку.
— Я сделаю, чем растирать. Сам сможешь, или слишком жаль собственную шкуру? Надо не осторожничать. Это ведь правая, она тебе ещё пригодится.
Дик с силой провел пальцами по плечу, поверх куртки. Из глаз брызнули искры. Мила слегка кивнула, подтвердив, что лечение именно такое, другого нет.
— Спускайся, будем обедать, — позвала она.
— Неохота.
— Идем, идем. Я скажу маме, что ты проснулся, Дик.
— Что? — нахмурился он, ещё способный удивляться, что Мила знает его имя. Она рассмеялась и убежала.
Дик понимал, что здесь он как в осажденной крепости. Никто его не выдаст, но на улице лучше не появляться. Слегка досадуя, что уже все в этом гостеприимном доме осведомлены о его состоянии намного лучше, чем он сам, Дик, пользуясь тазиком с водой как зеркалом, рассмотрел рану на лице и понял, что Мила права: всего лишь царапина. Зато синяков не счесть.
"И это они меня ещё не поймали!" — оптимистично хмыкнул Дик, шлепнув ладонью по своему отражению.
Надев выстиранную рубашку, он спустился вниз. Мила провела его в зал через кухню, чтобы посетители не слишком присматривались к новому постояльцу трактира Ялицких.
Днем сюда заглядывали только вольные бродяги, благопристойные путешественники и гонцы. Последним вообще не было дела ни до чего на свете, кроме их важного поручения. Они и ели, и спали на бегу. Когда наступило самое жаркое дремотное время — затишье перед вечерней грозой, Мила подсела к столику Дика в углу. Он заметил, что все посетители, принадлежащие к Братству Дороги, непременно о чем-то заговорщицки беседуют с хозяином. Не просто расспрашивают о новостях, как другие, а все говорят какое-то одно и то же слово. Но что именно, издали не разобрать. Услышав вопрос, Мила расхохоталась, прикрыв лицо обеими руками.
— Невероятно! Ты не знаешь, что такое эстафета?! Я сейчас упаду под стол!..
— Падай, — беспечно позволил ей Дик. — Что ты всё время дразнишься? Что такого ужасного сказал вчера, спросив про переход?
Мила взяла себя в руки и стала серьезной.
— Отвечай, только честно! Ты раньше-то был в трактире?
Дик молча с улыбкой двинул бровями, догадайся, мол.
— Ясно. Но это невероятно! Ведь у нас о тебе столько рассказывают! И… только не обижайся, Дик, я не всему верила. Думала, что некоторые истории ты придумываешь сам. Знаешь, есть такие "трактирные рыцари" — только сидят под крышей, пьют и рассказывают каждому, какие они славные герои. Может, из хвастовства, а может быть, в шутку. А ты не мог сам передать ни слова, потому что не умеешь! Это ужасно… Значит, наш дом — твой первый трактир? Именно наш?.. А ведь я теперь знаю, то, что говорят — правда…