Страница 122 из 131
– Нужно прекратить это безумие, – произнесла принцесса, глянув на сенешаля.
Лорд Боуман сидел на трибуне рядом с Оливией, скрестив руки на груди и внимательно наблюдая за поединком. Взглянув на принцессу, он улыбнулся и ответил:
– Это невозможно, ваше высочество. Теперь их уже ничто не остановит. Но не волнуйтесь, как только кто-нибудь из них окажется на земле, все тут же закончится.
Оливия молилась, чтобы это скорее произошло. Сир Амери никогда не падал с седла на турнирах, за исключением недавнего случая, когда неизвестный рыцарь убил его боевого коня, но и никогда не участвовал в настоящих сражениях. Принц Мартин прошел не одну войну и прослыл превосходным бойцом, не знающим ни страха, ни жалости к врагам.
За день до поединка принцесса пришла в опочивальню к Мартину Эрролу и умоляла все отменить, простить Виноградного рыцаря.
– Он был пьян, вы же сами видели, – говорила она, – И сейчас наверняка сожалеет о сказанном. Он не хотел оскорбить вас.
Принц сидел в кресле у разожженного камина, с кубком вина в руке. В черных глазах отражались отблески пламени.
– Тогда пусть придет и попросит прощения, – сказал он. – Если этот Блант встанет передо мной на колени, я, так и быть, забуду все те гадости, что услышал от него на пиру.
Уговорить сира Амери пасть на колени перед принцем Фаргаса казалось для Оливии непосильной задачей. «Он скорее умрет, чем склонится перед ним», – подумала принцесса. Но попытаться стоило.
Она нашла Виноградного рыцаря во дворе, упражняющегося с квинтиной, мишенью на поворотном столбе. Увидев ее, сир Амери спрыгнул с коня и снял шлем, выкрашенный в алый цвет.
– Принцесса. – Его лицо засияло. – Рад видеть вас. – Он откинул с глаз непослушную прядь черных волос.
– Сир, откажитесь от поединка, – вымолвила Оливия. – Молю вас.
– Не могу. – Улыбка сира Амери увяла. Он взял коня в поводу и направился в сторону конюшни.
Оливия почувствовала, как кровь прихлынула к щекам.
– Он ведь убьет вас! – крикнула она вслед.
Рыцарь остановился, обернулся и сказал:
– Пусть попробует. Я выбью его из седла, вот увидите. Этот принц вас не достоин и завтра я докажу это.
Всадники сошлись вновь. От грохота, прокатившегося по пустой арене, Оливия вздрогнула и подняла глаза. В этот раз копья никто не сломал, удар принца Мартина пришелся на щит сира Амери. Копье Виноградного рыцаря вспороло пустоту.
– А принц отличный наездник, – заключил сенешаль.
– Чему вы так радуетесь, лорд Боуман? – спросила Эбигейл, занявшая место рядом с пустовавшим королевским креслом. – Лорд Блант со дня на день прибудет в столицу и отнюдь не обрадуется, увидев сына покалеченным.
– Ваше величество преувеличивает, – ответил сенешаль, улыбнувшись подобострастной улыбкой. – Сир Амери участвовал в десятке турниров, и этот ничем не отличается от других.
Оливия хорошо помнила предыдущий турнир, устроенный королем по случаю приезда лорда Вартиса в столицу. Многотысячную толпу, теснившуюся у изгороди, рыцарей в сверкающих на солнце доспехах, восторженные крики людей, трубящих в трубы герольдов, треск ломающихся копий и лязг стали.
В этот раз все было по-другому. На трибунах разместилось не больше двух дюжин человек: лорды и рыцари Фаргаса и Трех Островов. Вместо многотысячной толпы у изгороди цепью выстроились стражники с алебардами в руках, чтобы никто из простонародья не смог подобраться достаточно близко. Не звучали трубы, и не лилась музыка.
Чистое с утра небо затянуло тучами, и стал накрапывать мелкий дождь. Поднялся ветер. Принцесса куталась в толстый соболиный плащ, тщетно пытаясь унять дрожь. Меха защищали от холода, но не от волнения.
Герольд в очередной раз взмахнул флагом, и всадники вновь помчались навстречу друг другу. На середине арены они встретились. Сир Амери целил сопернику в голову, но копье лишь скользнуло по шлему. Принц Мартин не упустил своего шанса и нанес удар чудовищной силы, от которого Виноградный рыцарь выронил копье и едва не вылетел из седла.
Оливия ахнула, вскочила на ноги. Лорд Боуман что-то говорил, пытался ее успокоить, но она не слушала.
– Помогите ему, – сказала принцесса, ни к кому по сути не обращаясь. Лишь когда сир Амери поднялся с конского крупа, она немного успокоилась.
На стальном нагруднике Виноградного рыцаря, покрытом алой эмалью, образовалась вмятина. Нарисованная на щите виноградная гроздь превратилась в размытое пятно под натиском хоть и затупленного, но все же стального наконечника.
У принца Мартина щит был круглым и маленьким, с железным шишаком в центре и стальной каймой. Для поединка он выбрал доспехи из дымчатой стали, украшенные золотым тиснением и единорогами Эрролов. Высокий ворот над левым плечом служил вторым щитом и закрывал голову от ударов. Рыцаря нес добрый боевой конь хорошей породы, укрытый багровой попоной. В полном облачении принц Мартин казался непобедимым.
Всадники разъехались в разные концы арены, развернули коней и подняли забрала. Сир Амери поудобнее устроился в седле. Вытянул руку и сжал пальцы в кулак. Принц кивнул и жестом велел оруженосцу подать копье.
– Что это они задумали? – недоуменно спросил лорд Боуман и повернулся к королеве.
– В чем дело? – поинтересовалась Оливия. – Что-то не так?