Тень

–Простите?

–Они всё такие же светлые как в детстве... хи-ги... Прямые... хиг... мягкие.

–Господин Ардлинфельд... – попыталась медсестра.

–Отстань-отстань-отстань-я-разговариваю! – затароторил старик. Засопел. Топнул. Замер. Выцветшие глаза с надеждой устремились на Тэру. Вторая рука выскользнула из-за спины. В кривых пальцах сверкнул маленький медальон с вплавленным кусочком отполированного небесно-голубого тиреозита. – Он ведь твой, дочка?.. Хи-ги... да?

Тэра оторвалась от медальона. Всё внимание поглотил безумный взгляд выцветших глаз старика.

–Хи-ги... Азалия, дочка... ты... хиг...

Тэра выпрямилась, а старик всё пытается вывернуть седую голову, пытается заглянуть в лицо.

–Азалия, хи-ги... Это всё он... хиг... – старик потряс медальоном, вскрикнул, – о-он! Он виноват!.. Хиг...

Руки мнут медвежонка, Тэра не знает, как поступить со странным стариком-геологом.

–Хи-ги... Ищи... хиг... Ищи-и-и...

Что тут сделаешь или скажешь? Да и можно ли?.. Тэра вдруг решилась. Присела на корточки. Взглянула с сморщенное лицо и позвала:

–Арнольд.

–Хиг?.. – выцветшие глаза бегают по окружающим.

–Взгляните на меня, Арнольд...

Клотар сжал её плечо. Шепнул: не надо. Но блуждающий взгляд старика замер на девушке. Арнольд с надеждой вытаращился на ожившую Азалию. Вот она, перед ним. Голубые глаза, прямые как у матери льняные волосы, кругленькое, смеющееся личико, точечка-родинка на скуле. Дочь тихо сказала:

–Моё имя Тэра, Арнольд. А кто Азалия? Вы её знаете?

–Хи-ги. – Старик моргнул. Азалия растворилась и только незнакомая девушка печально смотрит из-под черных кудрей. – Хи-ги. – Он опять моргнул. – Хиг. – Взгляд стал подозрительным. – Ты кто?

–Тэра.

Крючковатые пальцы сжали медальон. Сунули за спину:

–Не твоё.

–Это принадлежит Азалии?

Старик дернулся. Гаркнул:

–Да. Идем. – Мотнул головой медсестре и, прожигая дорожку злобным прищуром, зашагал по коридору, отчитывая стоящие на тумбах вазы с цветами злобным, – опять не она... хиг... Когда приедет дочь?

Тэра встала. Под её озадаченным взглядом Клотар пожал плечами и толкнул отпертую дверь:

–Прошу. Твоя хибарка.

Тэра неуверенно шагнула внутрь.

«Эй, алё? Музей?.. Нет, он издевается!»

Захотелось не то, что ноги вытереть – перед входом от обуви избавиться.

От огромного цветного в пол витража в небольшом помещении тянется настоящая деревянная – Деревянная! – мебель. Полированная. Золоченая. Резная. Обитая узорчатой тканью. Сбоку нашлось зеркало в полный рост, широкий шкаф уперся резными ножками в наборной паркет цвета слоновой кости с шоколадно-чёрным угловатым рисунком.

Тэра застонала:

–Вы издеваетесь, да?

–Простите, госпожа Лешер?

–Тэ, что-то не так?

Тэра взорвалась. Развернулась и обоими кулаками отчаянно стукнула Клотара в грудь:

–Всё не так! Всё!.. Вы... Вы... – отступила на красно-желтые блики витража. Простонала, – Вы издеваетесь, да?.. Сговорились?

–Тэ, ты чего?

–Госпожа? – Меридит вопросительно склонила голову.

А Тэра, комкая мишку, шепчет:

–... издеваетесь... что я вам сделала?.. Что?

–Тэ, успокойся, дорогая. Ты чего?

–Чего?.. Я чего?! – Тэра ткнула в расписанную вазу на низеньком столике белой кости. – Я... Я знаю кто я! Мне здесь не место... Я... Я этого всего не заслужила!

–Тэ...

–Нет. Нет, послушай. Не знаю, что это за шутка у тебя такая очередная, но... – она отступила ещё.

–Тэ, успокойся.

Кулаки Тэры в отчаянии сжались:

–...позавчера я обляпанная маслом ещё ковырялась в издыхающем гоблине на богом забытом складе, знала, чего хочу, чего стою... – всхлипнула и припомнила, – Тварь кудластая – вот как звала меня эта сволочь, ты же помнишь. Я... я в гетто выросла. Моя семья там. А... А я... – Тэра сползла на пол, в цветные блики. Простонала, – чёрт, да что же это.

–Тэ, это всего лишь апартаменты...

–Госпожа Лешер? Вам подобрать другие? Если не барокко, то может, я осмелюсь рекомендовать в стиле ампир или предпочитаете рококо?

–...Ка-акое коко?..