Страница 28 из 59
- У нее все хорошо, - ответила я, радуясь, что реально могу разбавить горечь нашей беседы по-настоящему позитивными новостями. И новости эти касаются моей родной доченьки. - Живет себе со своим Мато. Греется в лучах любви и Черногорского солнца.
Я сорвалась с места, метнулась в комнату, вернулась с iPad'ом.
Открыла папку с фотографиями и положила планшет перед Антоном.
- Вот, из свеженького, прислано три дня назад. Дом они достраивают и зовут всех в гости, на новоселье, - прокомментировала я.
- Ох, как же приятно слышать хорошие новости! И видеть наглядное тому подтверждение, - Антон буквально расцвел, разглядывая фотографии Ани, стоящей в обнимку с мужем на фоне их нового дома и в окружении дивного ландшафта. - Анечка самая мудрая у нас. Вырвалась из сетей чокнутой семейки и уехала. Хоть один человек не травится нашими реалиями.
- Это точно, - согласилась я. - А как насчет поехать всем вместе к ним на новоселье?
- Отличная идея...
- ...только у тебя времени нет, - закончила я за него.
- А вот и не угадала. Время я найду ради такого случая. Да и отдохнуть не помешает. А когда событие намечается?
Пальцы Антона запорхали по экрану планшета.
- Конец мая, июнь. Точно еще не знаю.
- Ну и славно. Занесу в список неотложных дел. Кстати, фотки я переправил себе на почтовый ящик. Дома покажу Надежде. Ну, и Наталье, - добавил он небрежно.
И Антон стал рассуждать, мечтательно поглядывая в окно за моей спиной.
- Нет, в самом деле, надо обязательно поехать. Наталья вряд ли соберется. Она занята.
- Да и нашу родню не очень жалует, - вставила я.
- А если учесть вашу с ней пышно цветущую многолетнюю взаимную неприязнь, - подхватил Антон. - Нет, она точно не поедет, - с каким-то даже удовлетворением заключил он.
- Ой, плакать не стану. Уж извини, - не смогла удержаться я. - Возьмем Надежду.
- Это само собой. Думаю, она с удовольствием прокатится, - дядька перевел взгляд на меня, потом снова отвел глаза в сторону. - Я, может быть, еще кое-кому предложу с нами поехать. С вашего позволения, конечно. Кажется мне, что один человечек очень нуждается в... хм, некотором отдалении от среды, в которой ныне пребывает.
- Ух, загадочно. А что за "человечек" такой? Я его знаю?
- Нет, не знаешь. Но... это хороший человечек.
- И какого, простите, он пола?
- Женского. Юного. Замужнего, - отчеканил Антон, и тут же отрезал, как саблей отсек, - и это всё абсолютно ничего не значит. Во всяком случае, в традиционно неприличном смысле.
- Не обманывайся, мудрый дядюшка! - хмыкнула я. - "Женского, юного, замужнего" вполне достаточно, чтобы смысл получился традиционно провоцирующий на неприличные выводы. Особенно, когда дело касается "женатых, немолодых" профессоров с безупречной репутацией, но дли-и-и-инным шлейфом неподтвержденных слухов и подозрений в нарушении этой самой безупречности. Чтобы расширить трещинку в твоем несокрушимом реноме, как раз и не хватает неформальной поездки в компании юной и замужней.
Антон устало хохотнул, как-то ссутулился и сразу стал казаться старше своих шестидесяти, в то время как еще минуту назад казался моложе на десяток, а то и больше, лет.
- А мы все обставим таким образом, что она поедет в компании не со мной, а новых подруг - с тобой и Надеждой.
- Ого, смотрю, ты уже все продумал! - искренне удивилась я. - Будто давно что-то такое планируешь. И как зовут "юное-замужнее"? И главное, где ты ее откопал? Неужели среди своих студенток?! - я уже откровенно веселилась
- Зовут Вера. И - нет! Никаких студенток, - рыкнул Антон, снова обретая внутренний стержень, а вместе с ним и гордую осанку. - Она вообще из другой оперы. Не из наших, научных.
- Ах, не из "ваших"... - протянула я, видя, что Антон близок к тому, чтобы рассердиться. Но после того, как я заметила тщательно скрываемый надлом в моем всегда умеющем себя держать родственнике, очень захотелось его слегка встряхнуть, пусть даже так грубо. - А из каких же она будет?
- Все, Антонина, хватит, - решительно оборвал меня дядька. - Идея абсурдная. Я уже не рад, что сболтнул. Это точно тот самый "бес" меня кольнул, который метит в ребро в определенном возрасте. Но ничего такого, поверь. Я по-прежнему верен жене. А мой интерес к той девушке - чистейшей воды дружеская симпатия к достойному представителю женской половины человечества. На самом деле, достойному. И опошлять искреннее восхищение женщиной я не позволю.
Он вдруг замолчал, уставился на меня совершенно ошалевшими глазами и, начал смеяться.
- Господи, как же это замечательно, когда можно вот так выпустить на волю своих тараканов, - проговорил он сквозь смех. - Рассказать что-то заведомо осуждаемое и при этом быть уверенным, что тебя поймут абсолютно правильно. Не побегут докладывать многажды искаженные злыми языками факты супруге. Тоник, ты...
- Чудо я. Чудо... - отмахнулась я. - Самое обыкновенное чудо. Банковский сейф и жилетка в одном лице.
Антон примолк, а я спохватилась, что слишком резко отреагировала, невольно выдавая свое "очевидное-затаенное".
Мне-то поплакаться или поведать свои тайные помыслы было некому.
Как это у Брюсова?
Юноша бледный со взором горящим,
Ныне даю я тебе три завета:
Первый прими: не живи настоящим,
Только грядущее - область поэта.
Помни второй: никому не сочувствуй,
Сам же себя полюби беспредельно.
Третий храни: поклоняйся искусству,
Только ему, безраздумно, бесцельно.
Я уже давно не "юноша", то есть не девушка. И взор мой потух.