Страница 27 из 36
Две совершенно неотличимые девушки, словно близняшки, смотрели друг на друга сквозь мрак опустившихся сумерек, сидя по колени в снегу на краю помоста, на котором держалась деревня. Обе были раскрасневшиеся от холода, обе тяжело дышали, выдыхая клубы тёплого воздуха, как после долгой напряжённой борьбы. Вдруг, одновременно, в обеих парах глаз прорезалось отчаянье. Девочки вскинули руки, хватая друг друга за плечи, изо всех сил перетягивая противницу в свою сторону. Вскочив, они закружились, словно в вихре танца, не обращая внимания на засыпающий их снег.
И наконец, одна из них сильно толкнула другую, и та с неслышным за воем ветра криком понеслась в чёрную кружащуюся бездну.
* * *
Тамия вернулась в избушку поздно ночью, злая, как сам чёрт, и даже привычные подколки Маии не могли её ни развеселить, ни расстроить. Пробормотав что-то неразборчивое в ответ на глупый вопрос, она рухнула на лежанку и отвернулась к стене, пытаясь заснуть.
Маия некоторое время ещё построила ей рожицы и попыталась растормошить до разговорчивого состояния, но в этот раз у неё не было ни единого шанса. Пометавшись по маленькому домику и почувствовав в конце концов, что и вправду с ног валится от усталости, она потушила свечку и легла спать, мгновенно отключившись.
А вот Тами ещё долго не могла заставить себя уснуть. В конце концов, она привстала и осторожно, краем глаза взглянула на спящую форму своей лучшей подружки. Так, чтобы ни одна половица не скрипнула, она тихонько спустилась с лежанки и подобралась к ней поближе…
Маия лежала, безмятежно раскинувшись во все стороны. Её распущенные на ночь светлые волосы раскидались по подушке, как шёлковые нити, в темноте кажущиеся серыми и невзрачными. Такие простые и обыкновенные, кажется, они ничем не отличались от любых других. Ночью все кошки серы, как говорится…
Тамия сама не заметила, как посреди ночи исчез туман, сдутый пришедшим с моря стремительным восточным ветром, и взошла молодая луна, вдруг просто заглянувшая им в окошко. В призрачном лунном свете белая кожа Маии казалась ещё светлее, и стали заметны любимые ямочки на её щеках, которые так смешно надувались, когда она улыбалась.
Девочка протянула руку, чтобы коснуться рассыпанных русых волос, ещё раз ощутить на коже их мягкое прикосновение, от которого у неё на сердце всегда становилось так тепло и поднималась откуда-то из живота неизбывная волна нежности… рука замерла на полпути, и она резко одёрнула себя, внезапно рассердившись и чуть не влепив самой себе пощёчину. Она – самая сильная в их паре. Она держит удар и сама зализывает потом полученные раны.
Она будет сильной и сейчас.
Задёрнув занавеску вокруг спокойно посапывающей подруги, Тамия вновь зажгла свечу и села к столу, разложив на нём чистый лист бумаги. Долго скрипело в ночи перо, и долго не гас маленький огонёк в единственном окне на всё селение.
Маии снились какие-то странные, чудаковатые сны. Как будто она сидит на ступеньках лестницы, болтая ногами в странных деревянных туфлях, и вдруг её снизу начинает заливать тёмная вода. Поднявшись на ноги, она бросилась вверх по лестнице, по пятам преследуемая холодной водой – и, как всегда бывает во сне, неожиданно оказалась на мосту без начала и конца, который вода тут же покрыла ей по щиколотки, но на этом и остановилась. Оглядевшись, она увидела пришвартованную к мосту лодку, в которой стоял незнакомый парень, лица которого она не разглядела, и махал ей рукой. Разбрызгивая воду под ногами, она бросилась к нему и скорее забралась в узкую лодочку, которая тут же отчалила от погружающегося всё глубже моста.
Странное это было путешествие. Они проплывали мимо наполовину погружённых в воду арок, на которых были развешены отгоняющие зло символы, и мимо столбов-деревьев, на которых вместо плодов росли бумажные шарики со свечами внутри. Мимо них в воде проскальзывали искажённые, одними штрихами обозначенные лица людей, которых она знала: девочек-одногодок, маленьких ребят из команды, которую она тренировала… последним промелькнуло лицо Тамии, танцующей и кружащейся вокруг себя – и тут ночь обратилась в день.
Мальчик на вёслах вскочил и, оглянувшись, показывал ей рукой вдаль, где прямо из-под воды в небо взлетали и взрывались снаряды фейерверка, рассыпаясь в тёмной вышине тысячами ярких искр. Маия и сама встала, чтобы рассмотреть чудесное зрелище – как вдруг неустойчивая лодка покачнулась, с девушки сорвало соломенную шляпку – странную, напоминающую очень широкий конус без основания, повязанный бантом – и она ракетой взлетела в небо, ужасаясь и поражаясь одновременно, обнаружив себя между бесчисленного множества взрывающихся звёзд, летящую без всякой опоры в небо, крутящуюся и испуганно оглядывающуюся вокруг…
… или она просто свалилась в воду, такую спокойную и прозрачную, что её тело, камнем уходящее на бездонную глубину, кажется видным среди отражений продолжающегося фейерверка…
Она проснулась, запутавшаяся и напуганная – и облегчённо увидела рядом с собой сидящую на полу Тамию. Верная подружка дала ей свою руку, крепкую и мягкую, такую любимую – и на сердце всё сразу стало так хорошо и спокойно…
– Вставай, моя воительница, – весело и уверенно сказала ей подруга, счастливо улыбаясь. – Пришло время одеваться на битву…