Страница 32 из 48
– Я воскликнула: – Овод! И камень сдвинулся сам, свет упал на мои ноги, я же поняла, что впереди по тропе земля, – тихо сказала Сандра.
– Овод? – Сёмка сжал пальцы так, что они хрустнули, – ты знаешь мою легенду? – и он замахнулся, однако Сандра увернулась, – я влип, так же, как мой любимый герой. Меня предала жена, но как? Она же кувшинка?
– Я понимаю язык цветов, дорогой Сёмка, – тихо сказала Сандра.
– Язык цветов тебе доступен? – удивлению не было предела, – он дёрнул змейку на платье пришелицы.
– Какой ты стал неуклюжий, – сказала она недовольно, – было всё так хорошо.., с медведем и то лучше, чем с мужчиной, который не может найти змейку на женском платье, – она засмеялась, – тебе надо учиться обращению с женскими змейками и не делать больно.
– Возможно, – Сёмка взял руку Сандры, сдавил запястье, – я несколько переусердствовал, чтобы выпить не только твоё удовольствие, но и твою злость, – он потянул Сандру за собой к большому камню, который был прикрыт густо цветущим водосбором. Отбросил его ногой, сгорбившись, проник первым через отверстие, крепко держа руку женщины и пакет с орехами. Он снял с неё тёмные очки, спрятал их в траву и приподнял плоскость камня. Послышался шум, в глазах у Сандры потемнело. Произнося заветное слово, привыкнув через минуты к новому восприятию подземной пещеры, Сандра неожиданно почувствовала себя лучше, глаза перестали слезиться, и в хромом, который только что её домогался, снова увидела бурого медведя.., на некоторое время ей показалось, что она вернулась домой, в пещеру под землёй, где тишина, а внизу плещет только озеро в жёлтых кувшинках.
– Я пойду искупаюсь, – сказала она виновато хозяину, – я вся вспотела, то ли от жары, то ли ещё от чего-то, – и она поёжилась.
Сёмка хмуро кивнул головой, подхватил мешочек с орехами и заспешил к хижине, оставив Сандру в замешательстве. Пришелица , поправив на себе платье, спустилась к озеру через эстакаду из корневищ, на ходу разделась и с размаху бросилась под воду, поплыла, отбрасывая волны пятками. Искупавшись, она вспомнила про маленькую кувшинку в своих волосах. Сандра сняла её.
– Ну, плыви, детка, – сказала она тихо, – а я за тобой следом.
Кубышка, заметив пловцов, развернулась цветущей чашей им навстречу.
– Почему ты не сказала мне правду, – спросила Сандра у Кубышки, приблизившись к царству жёлтых кувшинок.
Кубышка нежилась в лучах солнца, падающих сквозь щели земли на гладь озера, – не было подходящего момента, – ответила Кубышка, – лишь я не в обиде на тебя, Сандра, может быть, на твоём месте я бы поступила таким же образом, раз мужчина пышет энергией, не стоит им пренебрегать, в каком бы образе он не находился, в человеческом, или медвежьем.
– Теперь я понимаю, почему хозяин каждую ночь спит у озера, – сказала Сандра, – он любуется тобой, вечером, на закате, как ты погружаешься с детками на дно озера, утром, когда ты восходишь и раскрываешь чаши, наверное, в них он видит твоё лицо, – Сандра вздохнула, – я так думаю, он тебя любит.
– Это уже не столь важно, – Кубышка встряхнула чашей, и роса обсыпала волосы Сандры, – кто кого любит в пещере. Лишь мой совет, будь с ним осторожна. Я видела, как он зол, то, чего Сёмка не добился от тебя, как мужчина, но возьмёт своё, как медведь. К тому же ты проникла в тайну его легенды, – царица качнулась чашей цветка.
– В чем же его сила? – спросила Сандра, – что связывает вас вместе в подземной пещере? – она помедлила, – нет, скорей всего… с пещерой?
– Его сила в том, что ты постоянно думаешь – медведь не мужчина, при этом каждый раз закрывая глаза.
– Ты и это видела? – Сандра смутилась, – я же не знала, что царица жёлтых кувшинок его жена, – она вздохнула, – больше этого не будет, как видно, я должна всё-таки довести дело до конца, сжечь медвежью шубу. Сандра коснулась виска, растёрла его струёй горячего источника, – как стучат виски, словно черти возят воду по голове!
– Может ты поймала? – Кубышка раскачивалась на лёгком дуновении ветерка, – когда думала, что медведь не мужчина, с ним можно повольничать.
– От медведя? – Сандра развеселилась, – нет, я всё-таки сегодня ночью сожгу его шкуру! – женщина нырнула, прошлась под водой и вновь всплыла, обдав брызгами царство жёлтых кувшинок, – так что случилось, Кубышка, почему ты стала водяной лилией?
– Уж лучше быть кувшинкой, – ответила та, и видеть по ночам своего благоверного рядом, на берегу озера, чем считать его пёстрых бабочек, – Кубышка снова развернулась по ходу отражения луча солнца, парящем над гладью озера, вобрала в себя воздух, словно приготовилась к длительной исповеди. Следом распахнула чашу цветка, из глубины хлынул тонкий аромат. На миг Сандра залюбовалась кувшинкой, строением её чаши; в ожидании рассказа, она повернулась на спину ,качаясь на волнах, прикрыв глаза, нежась в розовых лучах восхода.
t