Страница 24 из 48
– Ладно, я поверю тебе снова, – он засеменил к лестнице, соединявшей два яруса пещеры.
Когда Сёмка растворился в сумерках, женщина принялась за пищу, которая на этот раз не принесла ей удовольствия. Пюре из одуванчиков, хотя ещё теплое, было таким лёгким, что Сандра почти не ощутила ужин. Лёгкость пищи придала и новые ощущения, в которых главным было разыскать медвежью шкуру, права ли Кубышка в своих доводах насчет Сёмкиного перевоплощения?
Сандра приоткрыла полог и выбралась наружу, боясь зацепиться и создать шум в ночной тиши пещеры. Конечно, женщине, потерявшей в жизни ориентиры, не прилично сетовать на того, кто помог встать ей на ноги. Продвигаясь осторожно, наощупь, Сандра отчётливо услышала милый лепет знакомых цветов ещё с детства, а она думала, что всё забыла. Улыбнувшись, женщина присела на корточки и сквозь отражение лунного света, проникавшего в пещеру, увидела милые водосборы, их разноликие венчики, в сумерках пещеры светились только белые и бледно-розовые, другие краски растений были почти незаметны. Сандра коснулась корзиночки, полной воды, припала к чаше и напилась из неё, трёх её глотков было достаточно, чтобы ощутить прилив сил и вернуться в воспоминания давно минувших лет.
– Доброй ночи, голубки, – тихо сказала она, – как приятно услышать на чужбине ваше разноголосье, хорошо, что вы ещё не спите.
– Как ты узнала нас? – удивился один из белых цветов, – мы такие неприметные по жизни.
– По запаху всегда отличишь водосбор от других, – сказала Сандра, – вокруг вас всегда другой воздух, мягкий, словно ветер с моря дует, и в чашах есть водичка, которой можно освежиться.
– В наших корзиночках ещё осталась вода от недавнего ливня, который пронёсся над землёй и его потоки прошли через нас, – сказал один из бело-розовых водосборов, – однако, как попала в пещеру бурого медведя, этого сквалыги, женщина, понимающая язык цветов, наш милый вздор!
– Ох, сколько ты наговорил! – воскликнула Сандра, – коснувшись корзиночек, омыв водой пальчики, – я потеряла ориентиры и земля ушла из-под ног и тот сквалыга, как вы назвали медведя, спас меня, – она вздохнула. – Я – С а н д р а!
Соцветия водосбора зашумели, венчики оживились, разбрызгав воду и капли упали на женские руки, Сандра вмиг подобрала их языком.
– Сандра, – протянул один из голубков, незаметных в ночи, даже при лунном отражении мерцающих лучиков, он, видимо, был по цвету или синим, или фиолетовым, пришелица же различила его голос, – по ночам Сёмка кимарит у озера, духота заставляет его сбросить медвежью шкуру, которую прячет под тяжелый камень, прикрывающий вход в пещеру.
– Спит у озера? – Сандра задумалась, – это интересно, он ищет прохлады, ночи такие колоритные в пещере, можно задохнуться от жары.
– Не уверен, – воскликнул один из соцветий, – спать подле нас гораздо приятнее и всегда можно напиться прохладной воды, озеро же даже по ночам не освежается из-за горячего ключа.
– Я хочу видеть его медвежью шкуру, – тихо сказала Сандра, – может, Сёмка колдун?!
– Так просто?– воскликнула белая корзиночка, – назвать Сёмку колдуном.., нет, здесь всё гораздо сложнее и опаснее, есть уловка, тайна.
– Тайна? – переспросила Сандра, – но самая большая тайна та, которая касается меня, – она усмехнулась, – как я попала именно сюда, в пещеру под железнодорожной насыпью.
– Может, ты где-то близко жила, – сказал один из водосборов, выглядывая из соцветия, – раз земля ушла из-под ног.
Сандра уже не слушала говор водосбора, она стала раздвигать кустики цветов, пока рука не задела какой-то острый предмет, им оказался ребристый камень, как бы угольником вошедший в землю снизу доверху. С трудом, приподняв его, она нащупала что-то мягкое, ворсистое, вытянула из-под плоскости камня и распахнула – это была медвежья шкура.
– Ох ты! – заволновался водосбор, – такая красивая шубёнка, но мы никогда не видели здесь Сёмку, хотя знаем, что он приходит сюда и прячет одежду, наверное, он делает это, когда мы спим, – сказал белый цветок и прильнул чашей к шубе, – какая мягкая!
– Если Сёмка не медведь, а мужчина, то он не понимает язык цветов, поскольку не придал значения моему разговору с царицей жёлтых кувшинок Кубышкой.
– Может, он слишком хитрый и свои мысли держит на затылке, – засмеялся лукавый водосбор, – чтобы проверить тебя, Сандра.
– Он красив? Волосатый? – допытываласъ Сандра, – всё равно кто-то из вас да не спит, вот он, самый дальний тёмно-коричневый голубок, разве он не видит, как сбрасывает Сёмка шкуру?
– Ты права, Сандра, – тёмно-коричневый цветочек приподнялся, – раз ты приметила меня такого неприхотливого среди белых и нежно-розовых соцветий, то я скажу тебе по секрету, – водосбор улыбнулся в сумерках, и Сандра неожиданно почувствовала его расположение, – Сёмка очень высокий, красивый и волосатый весь, – цветок прильнул к женской руке, – не только я, но и другие не спят, мы видим, как он сбрасывает медвежью шубу и каждый раз топчет наши угодья, он никогда не приветствует нас, как ты, не пьёт воды из наших чаш.