Страница 46 из 62
— Милая, всё будет хорошо, — успокаивающе говорила Одетт; приобняв бедняжку, она склонила голову к её груди, нежно поглаживая её волосы. — Ты обязательно встретишь достойного джентльмена…
— Кто же мог подумать! — расхаживая из стороны в сторону, разъярённо ворчал Артур. — Он мне показался таким галантным, благочестивым человеком! У меня в голове не укладывается, как он мог так поступить с нашей племянницей?! Его поведение и манеры так располагали к себе… Да у него талант обманывать людей!
— Я не могу понять одного: как он мог на такое решиться после всего, что он прошёл с ней? — обратив взгляд на Артура, недоумевающе пробормотала женщина. — Как он спасал её, как сбежал с ней на другой конец света… Это странно!
— Пожалуйста… — едва слышно прохрипела Роберта, взглянув на мистера Финча угасающими заплаканными глазами, полными невыносимой тоски. — Пожалуйста, дядя… Не упоминайте о нём больше… Я не хочу больше слышать о нём…
— Кажется, кто-то вошёл в дом, — прислушавшись, произнесла Одетт. — Артур, сходи проверь, кто там.
Едва ли мистер Финч сделал пару шагов, как вдруг застыл на месте: в дверном проёме, широко распахнув глаза от удивления, стоял Кристофер Маккой. Узрев заплаканную Берту, он тут же нахмурился в недоумении: его озорная улыбка, с которой он зашёл в этот дом, тут же сошла с его запыхавшегося лица.
— Наверное, мне следует уйти, — протараторил он, понимая, что его присутствие здесь явно не к месту. — Простите, если помешал…
— Нет, — пролепетала Берта; от её взгляда, полного печали и отчаяния, у Кристофера тут же прошёл по коже легкий холодок. — Останьтесь, мистер Маккой…
Он подошёл немного ближе, не проронив ни слова: глядя на неё, Кристофер не насмеливался поинтересоваться, что же такое произошло, хоть этот вопрос его весьма тревожил.
— Знаете, я теперь поняла, как это, когда тебе врут… — промолвила девушка, шмыгнув носом. — Это так отвратительно и так мерзко. С этого момента я пообещала себе, что никогда не буду врать, и хочу попросить прощения у вас…
— За что? — удивлённо вскинув брови, поинтересовался молодой человек.
— Я врала вам. Меня зовут Берта Куинси, но никак не Хлоя Фондервиль… Хлоя я лишь по документам. Я не хотела, чтобы вы знали моё настоящее имя. Простите…
С этими словами, Берта, сорвавшись с дивана, тут же умчалась прочь с гостиной, вытирая слёзы. Кристофер лишь стоял, сконфуженно приоткрыв рот: он не знал, что нужно говорить в подобной ситуации, ведь прежде с ним такое не случалось никогда.
— Кристофер, теперь ей нужна поддержка как никогда, — первым нарушив тишину, угрюмо протянул Артур. — Ты простишь её за этот, по её словам, лживый проступок?
— Если честно, это уже не имеет совершенно никакого значения, — ответил Кристофер; он всё так же был поражён.
— Фредерик Винслоу… Он ужасно с ней поступил.
— Не понимаю, о чём ты, Артур?
— Присядь, — указав рукой на кресло, проговорил мужчина. — Если уж ты пришёл, придётся поведать тебе всю эту злосчастную историю…
В эту промозглую ночь с третьего на четвёртое сентября было как никогда жутко сыро и противно: густой серый туман, упав пеленой на песчаную дорогу, словно мешался на пути экипажа, запряжённого парой вороных лошадей.
Душевное состояние Фредерика Винслоу вполне соответствовало окружающей среде: он был мрачней серой тучи, и его бледное, словно окаменевшее, лицо свидетельствовало об этом. Теперь он знал: он прибыл в Уайтби и его жизнь теперь на этом кончена. Он абсолютно не знал, как будет опять непринуждённо общаться с этими людьми, как снова будет лгать и лицемерить. От одной мысли ему до тошноты становилось гадко, и в то же время невыносимо больно, словно сотни ножей одновременно вонзались в его сердце, всё больше разрывая его в клочья.
Свернув налево, экипаж миновал большую кирпичную арку — они были почти на месте, и до особняка Фентонов оставалось совсем немного. На улице было темно, и рассмотреть что-либо из окна не представлялось возможным. Фредерик всей душой желал, чтобы эта дорога длилась вечно, но, к сожалению, этой маленькой мечте не было суждено сбыться.
— Мы приехали, сэр!
Нехотя толкнув дверь, Винслоу выбрался наружу. На улице начинал накрапывать дождь, тяжёлыми каплями скатываясь по лицу молодого человека. Да лучше бы он остался ночевать на улице и промок до нитки, чем вошёл в этот проклятый дом! Но, увы, выбора у него не было, и он без какого-либо проявления желания коснулся рукой золотистого кнокера…
Вскоре дверь отворилась: Винслоу облегчённо вздохнул, увидев перед собой сонную экономку. Как же он не желал видеться с этими людьми!
— Доброй ночи, мистер Винслоу… — пробормотала она, отходя в сторону. Фредерик, ничего не ответив, молча прошёл мимо, направившись в ту самую комнату, которая до некоторого времени предназначалась для него. Он ненавидел этот дом всем нутром: эти стены, мебель и даже запах — он казался ему затхлым, таким же, как и нутро корыстной Бланш Фентон.
Отворив дверь комнаты, Фред без раздумий рухнул на кровать вниз лицом. В этот момент он совершенно ничего не хотел: он лежал, не двигаясь, и чувствовал, как что-то словно выжигает его изнутри, оставляя после себя лишь пустоту. Закрыв на минуту глаза, Фредерик тут же провалился в сон: это было единственное состояние, благодаря которому можно было уйти из реальности, и Винслоу, была бы его воля, никогда бы больше в неё не возвращался…
Наверное, Фред бы проспал целую вечность, если бы не странный шорох в его комнате: распахнув глаза, он тут же прищурился от внезапного дневного света, озарившего его комнату. Винслоу понимал, что выглядел ужасно, но ему до этого не было совершенно никакого дела: в эту ночь он заснул, даже не снимая ботинки, которые весьма запачкались в дороге. Даже не поправляя свои взъерошенные волосы, Фред привстал с кровати, и, накинув халат поверх одежды, хотел было направиться в ванную, чтобы умыться, но тут он узрел то, что полностью выбило его из колеи. Прямо у самого выхода из комнаты, облокотившись о стену и изогнувшись как кошка, в соблазнительной позе стояла не кто иная, как сама Бланш Фентон. На ней не было абсолютно ничего, кроме небрежно натянутого корсета цвета слоновой кости и чулок с кружевами, подчёркивающими её изящные ножки.
В этот момент Фред не смог сдержать своей лёгкой иронической насмешки. Конечно, любой мужчина не смог бы устоять перед такой девицей, но не Фредерик Винслоу: кроме омерзения, Бланш у него больше ничего не вызывала.
— Дорогой, я так соскучилась! — извиваясь на месте, слащавым голоском пропела Бланш, совершенно не обращая внимания на озлобленное выражение лица молодого человека. — Я вот решила сделать тебе сюрприз… Ах, я прям пылаю от любви к тебе!
— Ради всего святого, Бланш, оденься! — сквозь зубы процедил Фредерик, отводя взгляд в сторону.
— Как? Тебе что, не нравится? Я ведь так тебе ждала, милый! — надув губки, пробормотала Бланш. Фред, ничего не ответив, лишь тяжело вздохнул: опять презрительно взглянув на мисс Фентон, он тут же приблизился к ней, принявшись неспешно снимать свой халат.
— Оу, Фредерик, я так долго мечтала об этом… — томно вздыхая, пролепетала девица, мечтательно закрыв глаза, но не тут то было: взяв халат в руки, Фред ловко набросил его на плечи оторопевшей Бланш, отступая в сторону.