Гостья Межмирья

- У тебя все в порядке, Агата?

- У меня да, а у тебя?

Мой голос звучал непривычно резко для общения с ним. Я затаила сильную обиду на полуэльфа. Разве можно скрывать такие важные вещи? Он хотел использовать меня, мои чары, чтобы спасти себя. Фактически, замыслил убийство и вел себя как ни в чем не бывало. Не ожидала от него такой двуличности. Вороний лорд тоже хотел получить свое, но хотя бы говорил об этом честно.

- Что с тобой?

- Все хорошо, Риэль, - резко ответила я. – Здесь не место вести беседы.

Я ударила Элло в бок и вернулась на свое место в колонне, рядом с Тиральдом. Тот лишь бегло ухмыльнулся. Наверное, все понял.

Лес поминутно менял свои обличия. Он был то строгим и угрожающим, то ласковым и добрым. Каждая травинка, каждый листок подхватывали его настроение, будто вторила ему – «я здесь, я с тобой, я слушаю тебя, я часть тебя». Мне оставалось лишь повторять за ними.

Книга, несмотря на свой язвительный характер, многое поведала мне. Она предупредила о необходимости слиться с лесом.

«Постарайся ничем себя не выдавать. Когда услышишь шепот, повторяй его слова про себя. Так ты станешь не заметнее. Хотя бы это постарайся сделать без ошибок…»

Том выдал еще пару нелестных отзывов о моих личности и интеллекте, в особенности. Сентий Кирад, видимо, не отличался кротким нравом, раз умудрился создать столь зловредную книжицу. Или, с магией переборщил. Как оказалось, в былые времена эксперименты частенько становились неудачными.

День прошел на удивление спокойно. Я ожидала, что стоит покинуть Ористайн и на нас обрушаться громы и молнии, лес сомкнется древесной стеной, а эльфийская земля поглотит несчастных путешественников. Но нет. Мои мечты о скором апокалипсисе не оправдались.

С наступлением темноты лес становился все мрачнее и опаснее. Я начинала ощущать смутную тревогу и желание поскорее спрятаться.

- Я здесь, я с тобой, я часть тебя, - машинально шептала нехитрое заклинание и старалась ощутить лес как можно тоньше.

Но он как будто замолкал. Пение птиц прекратилось, легкий туман повис в воздухе, а на смену приятному шепотку пришла оглушающая тишина.

Тиральд велел сделать привал на поляне, окруженной густым кустарником ивлеи. Это растение отличалось тем, что его листья росли очень густо и увидеть что-то сквозь их завесу в темноте практически невозможно.

Я спрыгнула на землю и пару минут разминалась после целого дня в седле. После всего пережитого все-таки научилась ездить верхом, но тело всегда побаливало после длительного путешествия.

- Тиральд, - он оглянулся, отвлекшись от расседлывания своей лошади. – Почему вдруг стало так тихо?

- Наступает ночь, - ответил мужчина. – Это самое опасное время в Ясном лесу.

Я невольно сглотнула. Голос у вороньего лорда был таким зловещим и вкрадчивым, что невозможно избежать набега мурашек.

- И что нас ждет?

- Если будем вести себя тихо, ничего.

- А, если, не очень тихо? – язык бы мне прикусить! Нет, ну почему так и тянет задавать глупые вопросы. От страха, наверное.

- Надеюсь, вы не пойдете на такое безумство, - Тиральд улыбнулся и шагнул ко мне. – Агата, вы боитесь?

Мой кивок стал лучшим подтверждением.

- Не нужно. Если что-то должно случиться, этого не избежать.

Почему-то мне захотелось ему верить. В словах Тиральда, в самом его тоне было столько уверенности, что нельзя отрицать правоту.

Я расседлала и стреножила Элло. Рид, знавший тысячу и одну премудрость талиерской жизни, научил меня делать все это. Конечно, его глаза знатно увеличились после моей странной просьбы, но не подчиниться приказу мальчик не смел. А я была рада узнать что-то, что поможет мне в самостоятельном путешествии.

Костер негромко трещал и почти не искрил. Ризен тщательно следил за ним, придерживая пламя на определенном уровне и не давая сильно разгораться. Юный талиер всего пятнадцати лет отроду. Будучи кровным, Ризен смирился с участью служения ворону и делал все, стараясь получить повышение. О нем я слышала только хорошее. Мальчик был искусен в метании ножей, неплохо владел мечом и открыл в себе дар управления огнем. Вообще, многие из талиеров обладали властью над какой-то одной стихией. Правда, силы их были ограничены.

- Эллин-ран, хотите воды? – Патрик протянул мне до верха наполненную фляжку.

- Спасибо, - приняла подношение я.

Наш нехитрый ужин составляли ветчина, сыр, белый хлеб и яблоки. Охотиться Тиральд запретил – это создаст много шума.

- Гарон, ты дежуришь первым, - негромко говорил он. – Потом Даккейн, а перед рассветом Гердаф.

- Слушаюсь, милорд, - ответил последний.

- Ризен, не забудь скрыть все следы пламени.

Юноша кивнул.

У костра звучало мало разговоров. Мы старались производить как можно меньше шума. Сев узким кругом, прикрывали собою пламя. Заросли ивлеи прикрывали на самих.

- Всем находиться рядом. Если кому-то нужно отойти, предупредите.

Сказав это, Тиральд огляделся по сторонам, прислушался и многозначительно поглядел на огонь.

- Пора спать.

Ризен резко сжал кисть в кулак и пламя как по команде исчезло. Я едва сдержала крик восторга, увидев такое умелое обращение со стихией. Последнее, что я увидела в свете костра, это пристальный взгляд Риэля и какая-то растерянность в синих глазах.

Темнота поглотила нас разом. Лишь крошечные точки звезд на небе, да бледное свечение луны, спрятанной кружевом облаков, поблескивали в далеке.

Как-то раз, собираясь на работу, еще в своем родном мире, я включила телевизор. Там шла программа о человеческих страхах. Одним из основных была боязнь темноты. Люди с незапамятных времен страшились ночи. В древности, когда не было источников света, они старались пересидеть эту пору в жилищах, не казали носа наружу.