Страница 22 из 108
Деревня далеко впереди. Хаты долго скрываются за горбом холма, но, наконец, с неохотой вылазят наверх. Греют спины крыш на жарких лучах. Забор ровной бахромой украшает селение. Тяжелые ворота даже отсюда кажутся несокрушимыми. А высокие крыши домов, что рядом, словно боевые башни. С такой крыши отряд лучников запросто перебьет хоть сотню, хоть две. Жители сейчас в поле, да в лесу. Собирают хворост, ягоды. Возделывают землю. Но едва опасность: побросают дела, побегут за высокий забор. Там похватают секиры. В селах все землепашцы – воины, но не все воины – землепашцы. А в городе: все воины держат землю, но не все, кто держит землю – воины. Такие земли в глубоком тылу. Купцам не приходится страдать от набегов. Торговцы мирно несут свой крест. Прибавляя богатство царству и множа свой капитал. Но князь не сильно жалует таких. На пиры да праздники к себе приближает воинов. Земли дарит прежде всего хорошим полководцам. Так, что воины считают себя лучше купцов. Только невдомек меднолобым: раздают земли на границе. Такие постоянно подвергаются набегам. Спокойствия никакого. А для купеческого дела набеги первейший враг. Полководцы спешно строят детинцы, крепости. Налаживают оборону. К границам стекаются лучшие воины, ветераны, что устали от воин. Крепкие еще мужики отбиваются от вражины, даже без помощи дружин. Так князь укрепляет государство. Налаживает оборону. Купцы потом сами выкупают земли у полководцев. Расширяются в тылу. Воеводы продают земли охотно. К большому хозяйству не привыкли, а маленьким руководить легче. Поэтому за большими территориями не гоняются. Постепенно окружают государство плотным защитным кольцом.
Черный конь с опаской входит в ворота. Вдоль улицы стоят лохматые мужики с топорами. Суровые, злые. Пришлось отрываться от нужной работы. Все с непокрытыми головами. Лишь у некоторых кольчужные рубашки. Солнце хищно пробегает по лезвиям. Отбрасывает блики на всадника. Наметанный глаз Мстислава замечает острия, что торчат из окон и других укромных мест. Короткие копьеца арбалетных болтов хищно целят в грудь и бока. Меж арбалетчиков сидят и лучники. Тетивы оттянуты к ушам. Хоть и сильные мужики, но тетивы долго держать не будут. Витязь поднимает руку в приветствии. Осматривает воинов. Выбирает с кем может заговорить, чтобы не умалить достоинства. Вперед шагает грузный мужик. Шириной плеч всего на три пальца уступает Мстиславу. Рыжие волосы неухоженными клочьями падают на плечи. В бороде застряли травинки, другая грязь. Но секира чистая. Остро отточенная. За оружием привык следить в первую очередь. Грязные волосы скрывают темное лицо. Такое же немытое. С открытыми чертами. Явно прост как дрозд. Такому скрывать нечего.
-Приветствую, доблестные воины, - начинает Мстислав. – Я пришел к вам с миром. Не князь, не воевода, простой зайд. Приехал к вашему волхву. Коли что не так – не обессудьте не со зла. Степан меня знает. Сам позвал. Так что задерживать вас не стану, а стеснять – тем более. Только укажите на дом волхва.
Ошарашенные мужики дико уставились на всадника. Рты распахиваются медленно, но широко. Несказанное удивление написано на простых лицах, словно секирой вырублено. Явно ждали новых грубостей. Каждый встречный желает покомандовать бедным землепашцем. Кто от князя, кто от местного. Кто еще от кого другого. Лохматый мужик быстро подбирает челюсть. Негоже добрых гостей встречать злом. Не по покону. Откинув прядь с глаз, мужик хмыкает. Оценивающе смотрит на могучую фигуру. Взгляд пробегает по плечам, мышцам. Задерживается на волосах. Причесанных и чистых. Наконец мыжик хмыкает второй раз. Сплевывает. Даже руки отряхивает, засунув топор в петлю.
-Здоров будь, путник, - голос ничуть не уступает внешности. Такой же могучий и лохматый. – От дела лытаешь, аль судьбу пытаешь? Зачем волхв тебе?
Мстислав наконец распускает мышцы. Арбалетчики ушли, а лучники сняли тетивы. Теперь ничего не грозит. Стальные наконечники, что хищно целят в спину, несколько напрягают. Даже очень несколько. На лопатках уже скопился холодный пот. Собирается в крупные шарики. Теперь же закостеневшие мышцы расслабляются. Тело возвращает подвижность. Конь, готовый в любой момент вскачь, тоже чуть опал. Воин с удивлением замечает: зверь напряжен не меньше.
-От судьбы не лытаю, но и дело не пытаю. А волхв – давний знакомец. В гости, видать, зовет, - сурово отвечает Мстислав. Лишние вопросы раздражают.
Мужик снова хмыкает. На немытом лице отчетливо виднеются слова: «знаем таких гостев: придут, нагадят, еще и посуду побьют». Витязь лишь головой качает. Спорить с деревенскими мужиками не хочется. Да и не о чем спорить. Здесь и пеньку, из которого голова селянина, ясно: покон велит – делай. А покон завсегда к гостям велит хорошо относится. Даже к врагам. Только Мало ли что в еду такому гостю подмешать можно… Мужик скалится, гладя на хмурого воина. Довольно чешет широкую спину. Звучно втягивает соплю. Смачно схаркивает. В дорожной пыли появляется лужица. Мстислав брезгливо морщится.
-Ладно. Коли приперся, чего уж теперь, - наконец отвечает лохмач. – Пойдем, провожу. Все одно дела нет.
Витязь благодарно кивает. Дальше идут молча. Деревня проплывает мимо. Дома приземистые, крепкие. На окнах тяжелые ставни. Крыши сплошь дерево. А сверху разлита какая-то гадость. Видать, чтоб не протекала, да не горела, вдруг что. По селу ходит скот, объедает траву. Около домов небольшие садики. Низкий забор от надоедливых коз да свиней. Деревья в палисаднике сильные. Молодые, но уже окрепшие. Плоды сочные, большие. На солнце румянятся быстро. Немногословный провожатый шаг не убавляет. По сторонам не глядит, только под ноги. Идет медленно, но шаги большие. Съедают расстояние, как голодный боров орехи. Наконец на самом краю замаячила знакомая крыша. Мстислав уже едва не пришпорил коня, но мужик внезапно сворачивает. Уверенно идет на другой край. По-соседству. Там единственное двухэтажное здание. Раньше не было. Мстислав точно помнит, что прежде там пустовало. Там нередко пробовали волховские штуки в деле. Поставили мишени, врыли столбы. Теперь на поле испытаний высится большой терем. Длинный и толстый. Стены упираются в соседние дома. Теснят. Двигают могучими боками. Не терем – дворец. Мстислав удивленно оглядывает непонятное сооружение. Подмечает узость окон, что удобно при осаде. Толстые бревна – надежная защита, как от ветра, так и от тарана. Крыша покатая, но с удобными углами. Сор не зацепится, а лучник засесть сможет. Не дворец – крепость. Ворог не низок, не высок. Как раз, чтоб и по пьяни залезть можно. И падать невысоко. Двери – ворота. Толстые доски из мореного дуба. Обиты какой-то дрянью, чтоб не портил дождь. Все в доме основательное. Крепкое и практичное. Лишних деталей нет. Только нужное. Мужик довольный лицом витязя. Скалит зуба, мол и мы не лаптем в носу ковыряем. Можем, когда захотим.