Страница 192 из 211
– А чего уже тогда выпытывал – где мы да что? Не первый такой.
– Пойми! Я просто хочу помочь!..
– Себе?
– Не только. Другим тоже, и вам…
– И как же?
– Забрать одну неприметную вещицу, от которой здешнему люду сплошные убытки.
– Что ж сами её тогда не отдадут или не выкинут?
Может, и стоило обратиться напрямую? – шевельнулось сомнение. Но раз уж пошёл иным путём, поздно с него сворачивать:
– Когда они добровольно расставались с добычей?
– Циклоп что ли подсунул? – почти угадала Королева. – Известный пакостник! А ты, не из его ли шайки?
– Нет, но в гостях у них бывал, – не стал Фридрих скрывать, надеясь, что данная подробность биографии прибавит ему авторитета в глазах тоже не сильно ладящей с законом.
– Значит, говоришь, отнятое вернуть хочешь?.. Право, не знаю… – замялась она, и вдруг глаза заблестели. – Вот если б карта была!
– У меня есть.
– Брешешь! Или сам нарисовал, придумал из головы…
– А вот и нет! Настоящая! Старинная. Только дома осталась.
– Без неё никак!
– Совсем?
– А то! – закатила глазки девчонка. – Знаешь, какие там ходы запутанные, сколько ответвлений, ловушек, тупиков? Заблудиться в два счёта! Непременно нужна. Достанешь?
– Ладно, попробую, – пообещал учитель.
К списку предметов необходимой помощи от внешнего мира приписал «Полную историю…» и «Атлас…». На другой день адресат лично доставил посылку. Издали госпожу можно было принять за рыцаря, изготовившегося к турниру, правда без доспехов и щита, зато верхом и с длинным копьём на перевес. К наконечнику был подцеплен свёрток. Она бережно опустила его на крайние доски. Затем мост стали поднимать, и посылка сама-собою съехала к решётке. Пришлось разрезать верёвки, оба фолианта сразу не пролезали. Всадница отчего-то не спешила поворачивать коня назад. Фридрих уже не видел, но чувствовал это. По узкой внутренней лестнице взбежал на башню, оттеснив от парапета недовольного часового.
– Не положено, – буркнул тот.
– Я на минуту, пару слов…
– Мне жаль, – первой крикнула она, заметив его в бойнице, – что так получилось. Бедная девочка! Подозревала о предательстве, но не догадывалась, что изменники все поголовно!..
«Которые, благодаря своей измене, спасли вам жизнь…» – мысленно отметил учитель.
– Прав был дядя!.. – вновь принёс ветер её голос. – С ними только батожьём можно разговаривать. Иного языка не понимают!..
– Нет! – не выдержал Фридрих. – Правы вы! Да, делать добро труднее. Не всегда получается с первого раза. Главное, стоять на своём и не сдаваться! Спасибо!
– За что?
– Что выделили людей, не отказываете в помощи!..
– То-есть, отдав невинную на судилище, теперь и вас держу взаперти?
– Чем надёжнее зажать болезнь в угол, тем быстрее она выдохнется и отступит. Тогда снова окажемся по одну сторону и что-нибудь придумаем.
– Хочется надеяться! Фанатики чуть не подпалили школу. Еле отстояла! Вы вернётесь в неё?
– Постараюсь…
– Буду молиться за вас!
Показалось, со стороны заключённой в лёд реки и неоглядного моря побелённых древесных макушек, у горизонта смыкающихся с низкими снеговыми облаками, повеяло теплом грядущей весны. «Обязательно вернусь, – повторил учитель про себя, – и, кажется, придумал, как это сделать…»
*****
– Вот! – оказавшись внутри, развернул он пред Королевой гордость своей библиотеки, сдувая в пространство пылинки.
– Старинная, – одобрительно погладили заскорузлые пальчики истёртую обложку, признавая подлинность. – Ну, давай, листай! Сколько страниц! И где же наша?
– Думаю, тут, – пролистав, остановился на середине.
– С чего уверен?
По правде, уверенности и близко не было:
– Видишь восьмилапого? – поёжился, вспомнив. – Похожий рисунок украшал стену в пещере Циклопа.
– А мы?..
– Предположительно, где-то здесь… Или…
– Придётся по ходу сличать, – взяла инициативу девчонка. – Север, обыкновенно, сверху?
– Откуда знаешь?
– Если по краю Щели взобраться на самую высокую скалу и глянуть вперёд – там он и будет.
– Остроумно, – позабавила Фридриха оригинальная трактовка.
– Но вниз лучше не пялиться.
– Почему?
– Там жмурики, то есть мертвяки.
– Бродят призраками?
– Ночью. А днём отлёживаются. Всё как у людей, только наоборот. Насмотрелась, пока валялась полутрупом… – тряхнула она сальными кудрями, прогоняя дурные воспоминания. – Так значит, направления определили?