Исчезнувшая стихия

— Чего вы от меня хотите?! Эмоций? У меня их нет. Кончились. Все до одной. Когда у меня на руках умирал отец, когда ревела и звала до хрипоты, когда не могла спать полтора года, потому что снились кошмары, а днем не могла забыть, когда натыкалась на холодное безразличие! — она снова яростно толкнула меня, я отступил, пораженный той горечью, что плескалась в глазах напротив. — Не нужны мне такие чувства. Я выжгла себя дотла! Я устала чувствовать! Так что катитесь к упырям, ваше высочество! — Сид еще раз толкнула меня и, развернувшись, выскочила на улицу.

Я кинулся следом, но опоздал на вдох и, кроме застывшего на крыльце дознавателя, никого не увидел.

— За фею головой отвечаешь, — бросил, уже стоя у калитки.

В дом старосты я вернулся спустя два оборота или около того, и, несмотря на то, что девчонку мне найти так и не удалось, я более или менее взял себя в руки. Кэссиди уже давно отдыхала в саду, подпитываясь энергией цветов и растений, и тихо о чем-то переговариваясь с Ароном, дочь демонессы посапывала в обнимку с леопардом прямо на полу в гостиной, староста и его жена хлопотали на кухне. Узнав, какая из комнат большого дома предназначена для меня, я поднялся на третий этаж, нашел нужную дверь и рухнул в кресло, прикрыв рукой глаза. Ага, увидеть охотницу торопился. Живым себя почувствовать, демона разбудить. Волновался за нее, беспокоился. Что же с ней случилось? Почему так камень бесится? Ну да, увидел, почувствовал, узнал. Боги, а она все допросы так проводила? Если да, то нужно еще импатов в те деревни отправить, в которых она побывать успела.

— Акт первый, действие первое. Те же и идиотизм, — раздался от двери веселый голос Рика.

— Седрик, не беси меня, я только что успокоился.

— А вот это ты зря, — проигнорировал друг мои слова, садясь на кровать.

— Поясни.

— Я, конечно, могу, но боюсь, что способ, которым я собираюсь это сделать, тебе не понравится.

Я склонил голову набок.

— Морду бы тебе набить, Ран, хорошенько так, с душой.

— Ты совсем охренел? — я даже голову поднял.

— Нет, мой друг, это ты совсем охренел. Где твои мозги, я тебя спрашиваю? Ты с каких пор стал настолько необдуманные решения принимать?

Я нахмурился. Он сегодня перегрелся, что ли?

— Не доходит, да? – сочувственно склонил голову набок демон. — Ну ладно, слушай, сейчас поведаю я тебе историю интересную. Приехала как-то одна охотница в тихую деревеньку, допрос проводить... — Рик говорил недолго, зато по существу, периодически поглядывая в мою сторону, и с каждым его словом я все отчетливее ощущал себя ослом.

— Я придурок.

— Не буду спорить. Уж не знаю, что конкретно говорила Клиссе Диана, но, судя по рассказам Кэссиди, подействовало это на нее отменно.

— Нужно найти девчонку. Ты со мной?

— Нет, мой друг, ты дров наломал — ты и ищи. Но для начала я все-таки советую тебе передохнуть и поесть. Если с ней вдруг что-то случится, тебе даст об этом знать исфит.

В словах Рика был смысл, тем более что камень перестал прожигать кожу и теперь оставался слегка теплым. Но чувство вины напрочь глушило голос разума и грызло изнутри, как голодная собака с трудом добытую кость. Рик, видимо, разглядев что-то такое в лице, буквально затолкал меня назад в кресло и, тяжело вздохнув, вышел.

Вообще это было странно — настолько зависеть от чувств, поступков и слов другого существа, подстраиваться под них, пытаться уловить мельчайшие отголоски. Для меня странно. И это ощущение собственной вины было тоже новым, впрочем, как и острое желание все исправить. Даже не желание — потребность, почти физическая, вызывающая зуд на коже.

Спустя оборота три я пробирался через колючие кусты шиповника и отчаянно матерился. Я так и не пошел ее искать. Не знаю, что меня остановило: осознание того, что девчонка иногда бывает страшнее голодного упыря, умиротворенная, довольная рожа ее леопарда или понимание того, что это дело она просто так не бросит. И не потому, что контракт не позволит, а из природного упрямства и жгучего любопытства. А сквозь кусты я лез потому, что сейчас мне необходимо было все хорошенько обдумать, а в переполненном доме сделать это было невозможно. Мне нужно было уединение и умиротворение. Необходимо было успокоить мечущуюся внутри силу, а сделать это могла только вода. Проточная, чистая вода, такая, как течет в реке прямо за деревней, где-то в самой гуще древнего леса, если, конечно, доверять моим ощущениям. А им я доверял, как никому.

Тихо шебуршала под ногами прошлогодняя листва, шелестели листьями деревья, разливались на разные голоса лесные птицы и... упырски впивался в руки хренов шиповник. Вот тебе и единение с природой. Может, наплевать на все и устроить очередной дождь?

Ну да, блестящая идея, особенно учитывая то, что одна моя молния не оставит от деревеньки и горстки пепла. Я фыркнул, продираясь через очередные особо несговорчивые кусты, и с удовольствием сделал следующий вдох. Запах воды стал настолько сильным, что я буквально чувствовал ее у себя на языке и сглотнул в предвкушении. Осталось совсем чуть-чуть. Всего каких-то пару шагов, даже кровь по венам побежала быстрее.