Звезда любви

- Не вижу радости, - заметил Сергей, наблюдая за сменой эмоций на лице сестры.

- Я в сомненьях, Серж. Не знаю, что сказать. Мне кажется, что Шеховской меня не любит, – подавила она тяжелый вздох.

- Глупости, - нахмурился Кошелев. – Предложения руки и сердца не делают от скуки.

- Многое я бы отдала, чтобы ты оказался прав, - отозвалась Полина.

- Полин, мне понятно твоё волнение, я и сама, помню, места себе не находила, - заметила Докки, покосившись на супруга.

  Проводив Кошелевых, Поль вернулся в гостиную.

- Не слишком ли поспешно? – поинтересовался Николай Матвеевич.

- Не вы ли страстно желали видеть меня женатым человеком, papa. Полин – барышня видная, далеко не бесприданница, не хотелось бы, чтобы меня опередили, - отшутился Павел.

Взгляд его упал на часы. Премьера «Аз и Фет» в Александринском уже началась. «Анна нынче дебютирует, - усмехнулся он своим мыслям. - Восходящая звезда театральных подмостков. После сегодняшнего вечера её, несомненно, заметят, толпы поклонников станут осаждать неприступную крепость. И Мишель нынче в театре», - чертыхнувшись, Шеховской быстрым шагом направился в свои комнаты.

- Прохор, - крикнул он на ходу, - фрак и цилиндр. Живее, не то шкуру спущу!

Однако же, как ни гнал лошадей кучер Шеховских, экипаж подъехал к ступеням театра как раз в тот момент, когда расходились последние из задержавшихся зрителей. Павел, уже не чаявший увидеть ту, ради которой так спешил, спустился с подножки и замер, не веря глазам. Анна, его Анна, опираясь на руку Горчакова, спускалась по ступеням. Роскошный букет в её руках, улыбка, обращённая к Мишелю, всё говорило о том, что она находит общество князя Горчакова весьма приятным. Рванув шёлковый галстук, ставший удавкой на шее, Шеховской повернулся спиной к маленькой вероломной женщине, ещё совсем недавно уверявшей его, что не станет пользоваться чьим-либо покровительством.

Откинувшись на спинку сидения, Павел прикрыл глаза. «Ну, какова?!» – усмехнулся он.  – Ему говорила о высоких чувствах, о любви, о семье, о детях, а сама… А ведь почти поверил! Да что там самому себе лгать - поверил! Думал о том, чтобы… Нет, так далеко дело не зайдёт! Он получит её, ибо не в его правилах проигрывать, а потом оставит без всяких сожалений и глупых сантиментов, если, конечно, Мишель не опередил уже. Поморщившись при этой мысли, Шеховской стукнул тростью в стенку кареты. Возница тотчас остановил экипаж.

- Чего изволите, ваше сиятельство? - заглянул он в экипаж.

- Давай в «Феникс», - мрачно бросил Павел.

- Как прикажете, барин.

Нет, он ещё не сдался. Он ещё попробует отвоевать утраченные позиции!

***

Дебют состоялся в полном смысле этого слова. Выйдя на сцену, Жюли в страхе окинула взглядом полный зал. Мартынов слегка кашлянул, напоминая, что пришёл черёд её реплики. Сосредоточив всё своё внимание на нём, девушка улыбнулась и, стараясь не обращать более внимания на зрителей, ответила. А далее всё сделалось настолько просто, что она сама дивилась тому, как легко вдруг стала Любушкой, а не Анной и не Жюли.

Она ведь и так играет роль Анны с тех пор, как первый раз переступила порог кабинета Гедеонова, так чего ей бояться здесь, на сцене? Куда страшнее, если вдруг откроется её игра в жизни, вот тогда-то для неё настанут необратимые последствия.

Несколько раз она украдкой бросала взгляд на ложу, где ранее видела Шеховского, но Павел Николаевич так и не появился. Жюли не понимала саму себя: ей бы радоваться, что Шеховской отступился, оставил её в покое, но чувство, что терзало её весьма походило на разочарование? После спектакля в её гримёрку доставили роскошный букет ярких алых роз, но стоило ей прочесть карточку, вложенную в букет, и вспыхнувшая радость тотчас угасла. Цветы были от князя Горчакова. Девушка долго вертела в руках злополучную карточку. Вот она возможность отомстить за унижение, что ей довелось пережить из-за мерзкого пари, заключённого Шеховским и Горчаковым, но не успев загореться жаждой мести, она остыла. Всё это – игра с огнём. Жюли ощущала себя глупой наивной девочкой, решившей в угоду своему тщеславию и гордыне подразнить двух свирепых хищников. Чем кончится для неё эта игра, и не окажется ли она слишком лёгкой добычей для одного из них? Что она знает о мужчинах, тем более о тех, кто по праву рождения своего привык получать всё, что пожелает?

Жюли нарочно задержалась в гримёрке, оттягивая момент, когда надобно будет идти на ужин по случаю премьеры спектакля. Не увидев Шеховского в зале, она расстроилась. Мысль пойти вместе со всей труппой на вечер, устроенный специально по этому случаю, уже не казалась ей привлекательной, но отказаться не было никакой возможности. Гедеонов ясно дал понять, что не потерпит своеволия. Он уже пообещал неведомому ей покровителю театрального искусства присутствие исполнительницы главной роли, а стало быть, отказа не примет. Единственным желанием самой Жюли было добраться домой. Возможно, оставшись в одиночестве, она сумеет, наконец, разобраться в собственных чувствах к Шеховскому. Так странно было желать встречи с ним и одновременно бояться её. После того, как ей стало известно о пари, она должна бы возненавидеть его, но ненависти не было. Были боль, обида, разочарование, глупое желание влюбить его в себя, а потом отвергнуть с презрением, причинив ему такую же боль, какую нынче ощущала она сама.

Переодевшись в платье, что ей принесла для вечера Елизавета Андреевна, Жюли оглядела себя в огромном зеркале. Синий бархат выгодно подчёркивал нежный цвет лица, скромная нитка жемчуга, как нельзя лучше сочеталась с искусственными цветами из белого шёлка, что закрепила костюмерша в густых блестящих локонах. Жюли стало жаль оставлять розы в гримёрке, цветы ведь не виновны в том, что дарят их со столь низкими намерениями, и подхватив букет, девушка вышла в полутёмный коридор. Почти столкнувшись с князем Горчаковым, она едва сдержала возглас удивления и негодования.