Страница 87 из 130
Никакого движения заметно не было. Никаких признаков присутствия химеры.
Проклятье! Уж лучше бы она уже напала. А так мы в ожидании таращились по сторонам, не решаясь двинуться к дому – кто знает, не наткнемся ли мы прямо на химеру.
Шелест листьев, бледная лента в тумане... Я с приглушенным воплем отскочила в сторону. Но это не была химера. Это Посланник тяжело, неловко шлепнулся с дерева прямо на цветочную клумбу.
Он не шевелился. Над ним кружился уже целый рой, белые невесомые гераго над белыми маргаритками. И когда один из гераго опустился так низко, что задел лепестки, Посланник молниеносно вскинулся. Я успела заметить, как в тумане движется его голова с широко открытой пастью, а в следующий миг гераго уже трепыхался среди мелких острых зубов.
Я вспомнила о судьбе незадачливого бандита, которому я швырнула горсть гераго в лицо, и поежилась.
Но Посланнику все оказалось ни по чем. Он сделал несколько жевательных движений, выплюнул на маргаритки абсолютно неживой комок и в буквальном смысле провалился сквозь землю.
Невен кивком указал наверх, туда, откуда упал Посланник. Мы с Трогом задрали головы и, наконец, увидели ее. Среди мощных ветвей дуба, полускрытое туманом, замерло нечто. И едва мы взглянули вверх, как химера, словно сообразив, что обнаружена, ринулась на нас. Сопровождаемая ливнем сорванных листьев, она приземлилась на траву. Пробужденная в саду, она больше походила на ожившее растение, и уже это было лучше, чем чудовищная сборка из мертвых тел.
Корпусом химере служил старый пень, лапами – сухие ветви деревьев, обвитые вьюнком. Вместо головы – свернутые комом плети шпалерных роз.
– Прелесть–то какая, – сказал Невен.
Химера комплиментом не восхитилась. Неуловимо быстро просвистел в воздухе жесткий стебель. Невен закричал: стебель вонзился ему в плечо, как дротик.
– С–сволочь! – прошипел Невен и с мечом наперевес кинулся к химере.
– Стой! – на мой крик никто не обратил внимания.
Короткий взмах, блеск лезвия – и отсеченная шипастая плеть упала на траву. Зато вторая успела обвить ноги.
Трог опустил свою дубину на левую переднюю лапу чудовища. Раздался треск. Удар по правой – снова треск!
Химера накренилась, как подбитый корабль. Длинные плети роз хлестали воздух. Алые лепестки кружились в туманном воздухе.
– Бежим! – завопила я. – Бежим!
Мы понеслись по выложенной камнями тропинке. Трог задел плечом одну из шпалер и стена багровых роз упала нам под ноги. Гераго метались у лица, норовя попасть в рот.
Я знала, что где–то рядом наверняка пробуждается новая химера. И, возможно, даже более сильная, чем та, от которой мы убежали.
– Дом! – радостно крикнул Трог.
Слава Праотцам, в просвете между кустами жимолости действительно виднелись очертания большого здания. В тумане строение казалось почти призрачным.
Но химеры не дремали. Мою спину обожгло болью удара, и что–то теплое потекло вдоль позвоночника. Я споткнулась. Влажная, пахнущая перегноем земля стремительно приближалась к моему лицу.
– Держись!
Невен схватил меня за руку.
– Не останавливайся! – сквозь зубы простонала я.
Он и не остановился. Просто дернул меня в сторону, едва не вывихнув сустав. Усеянная шипами и мелкими желтыми розочками плеть рассекла воздух там, где только что была моя голова.
Собрав последние силы, мы рванулись к дому.
Затейливая лепнина обрамляла окно, как рама – картину. Собственно, и было что обрамлять – вместо стекла был вставлен огромный витраж. Даже сквозь пелену тумана ярко виднелся всадник, скачущий по стилизованному городу.