Спасти химеру

Я мысленно приказала себе остановиться, обрести плоть. И тут же упала лицом вниз на мерзкий ковер. На ощупь он оказался склизким и очень мягким, словно под его расползающейся поверхностью скрывалась бездна гнили. Морщась от отвращения, я встала. Кевер позаботился о моей одежде – на мне было очень роскошное зеленое шелковое платье с глубоким вырезом, отороченным белоснежными кружевами. Я улыбнулась. Забавно, но мне было приятно, что Кевер подсознательно выбрал мне красивое платье.

– Спасибо, – сказала я вслух.

И только сейчас вспомнила о деле. Так, я взялась уничтожить мучащего мальчишку призрака. За деньги. Как наемный убийца. И раз уж я на это решилась, нужно добыть какое–нибудь оружие.

Впереди меня висела, чуть покачиваясь, цепь с крюком. Он был покрыт коростой ржавчины, но самый кончик блестел отполированным металлом. Наверняка он очень острый. Возможно, мне удастся отцепить крюк?

Не успела я шагнуть к нему, как цепь со скрежетом поднялась вверх. Будто кто–то угадал мое намерение и решил помешать.

Меня обдало холодом.

Проклятье! Если этот призрак так много значит для Кевера, если он так силен – может случиться так, что это он меня грохнет, а не я его.

Я упрямо кулаки. Нет, я не стану бояться. Я здесь охотник, а не жертва. Конечно, было бы удобнее, если б Кевер представил меня в штанах и сапогах, с мечом у пояса, а не в вечернем платье и на каблуках, но ничего. Хоть какая–то часть его сознания должна контролировать сон, и он мне поможет.

Я вышла из комнаты и зашагала по мрачному коридору. Непонятно, откуда тут брался тусклый серый свет. За узкими окнами клубилась тьма, светильников и в помине не было.

Половицы скрипели под моими шагами, раскачивающиеся цепи скрежетали. Казалось, дом стонет на множество голосов. Стоило мне приблизиться, как цепи поднимались вверх. Но моя решимость убить призрака только росла. Всегда носить в себе образ тюрьмы, это, пожалуй, хуже, чем сидеть в тюрьме настоящей. Честно говоря, я не ожидала такого от Кевера. Мне думалось, он менее чувствительный, более испорченный и эгоистичный. Кроме того, люди склонны скорее придумывать себе оправдания, чем казниться.

Коридор казался бесконечным. Я была готова поклясться, что в реальности он куда короче. А тут… длинный ход, в конце которого – темнота, по обеим сторонам – запертые, забитые досками, забранные решетками двери, на полу – гнилой ковер. Родной дом Кевера. Неудивительно, что он так хладнокровно устроил пожар на лестнице в день моего побега.

Я уныло брела вперед, дергая за решетки, которые оказывались неизменно прочными. Пару раз попадались и незапертые комнаты – но все они были пустыми. Поэтому увидев в очередной раз приоткрытую дверь, я не слишком обрадовалась. На дорогом темном дереве виднелись белесые пятна плесени. Я толкнула дверь ногой и заглянула внутрь.

Там было пусто – только у дальней стены возвышался камин. Он походил на беспорядочно сваленную груду камней, выпачканных сажей и копотью. Зато рядышком, в железном ведерке стоял совочек, щипцы и чугунная кочерга. Прекрасно, вот и оружие!

Едва я шагнула к камину, намереваясь взять кочергу, как  из стен полезли решетки. Я отскочила: еще чуть–чуть и оказалась бы зажатой между двумя створками.

Решетки перегородили комнату пополам, путь к камину был отрезан. Проклятье! Что Кевер себе думает?

Я в ярости схватилась за железные прутья и с силой потрясла. Решетка ходила ходуном, ржавчина сыпалась мне в волосы. Приступ злости быстро прошел, но тут я поняла, что решетка поддается! Упершись ногами в прогнивший пол – каблуки почти полностью погрузились в дерево – я стала с еще большим усердием раскачивать и дергать прутья. Наконец, с жутким скрежетом одна из перекладин оторвалась.

Я облегченно вздохнула. Размахнулась куском железа, прикидывая, не сгодится ли перекладина вместо кочерги – и тут пол подо мной раздался. Я рухнула вниз.

Во время полета я успела заметить, что переборки между этажами кишат толстыми белыми червями, вроде опарышей.

Праотцы, что за мерзость!

Содрогаясь от отвращения, я шлепнулась на пол первого этажа. Здесь ярко горели свечи, и мне пришлось поморгать, чтобы привыкли глаза. Судя по всему, я оказалась в большом зале для приемов. Центр его был оставлен свободным – для танцев, а вдоль стен стояли длинные столы с разнообразнейшими яствами. При виде кушаний я вспомнила о червях, и меня затошнило.

Кевер сидел во главе самого роскошного стола, напротив запеченного поросенка. Тарелка его была полна лакомыми кусочками – но мальчишка не притрагивался к еде. Зато грузный мужчина на другом конце стола уписывал угощение за обе щеки.

Я зажала рот ладонью. Проклятье, я пришла сюда убивать призрака, а не блевать!

Усилием воли мне удалось заставить себя сосредоточиться на мужчине. Присмотревшись, я заметила, что лицо его словно подернуто дымкой. Воздух перед ним дрожал, как летнее марево. Это хорошо. Призрака, более похожего на человека было бы куда труднее убить.

Я крепче сжала перекладину от решетки. И почувствовала, как она рассыпается в моих пальцах, чешуйками ржавчины падая на ковер. Миг – и от моего оружия осталась лишь горстка рыжей пыли.

– Ах ты сволочь! – вырвалось у меня.

– Стой, Зандра, – холодным, безжизненным голосом произнес Кевер.

Он встал и вытянул вперед руку. Воздух вокруг него сгустился, потемнел – и вот в ладонь мальчишки легла рукоять короткого меча.

– Дай его мне! – обрадовалась я. – И я все закончу.

Кевер подошел ближе. В клинке дрожащими бликами отражалось пламя свечей.

Мальчишка замахнулся. Его глаза были крепко зажмурены и, уйти от удара было легко. Лезвие просвистело над моей головой, описав круг в воздухе.