Страница 62 из 130
– Поешь, – Вард пододвинул мне тарелку. – Последний раз ведь у орденцев завтракала.
Теперь, когда вся пища для меня была горькой, есть обычно не хотелось. Но Вард прав, если так пойдет и дальше, чего доброго, в голодные обмороки падать начну.
Я взяла кусочек засахаренного ананаса и стала жевать.
– Ладно, теперь к делу, – сказал командор. – Зандра, ты знаешь или хотя бы догадываешься, кто тебя отравил?
Я покачала головой:
– Понятия не имею. Знаю лишь, что яд был особенный, действующий не сразу. И орденцы знали, что их шпион отравил меня именно этим ядом.
Вард взял кусок вываренной в сиропе груши и кинул в рот:
– Сейчас нам очень важно вычислить шпиона, Зандра. Пока сохранялось наше противостояние с Орденом, он играл по правилам. Они были готовы убить нас всех – с помощью нерфинов или иным путем – но пока не торопились. Теперь равновесие нарушено, и я не могу предугадать, как поступит предатель. Очень вероятно, что он попытается нас всех уничтожить.
– Мне казалось, Хорак больше всего на свете желал бы вашей смерти.
– О, он да. Но в Ордене до сих пор есть немало людей, которые готовы помочь нам. Да и Магистр до этого момента собирался скорее сломать нас, не убить.
– Так в Ордене полно ваших союзников?!
Я запоздало прикусила язык. Да, Зандра, ты еще имена и адреса спроси!
Вард усмехнулся:
– Ну, искренне мне помогают немногие. Большинство хотели бы вцепиться мне в горло, как свора диких псов. Но в свое время я узнал кое–какие тайны, которые люди предпочли бы хранить за семью печатями.
– Понятно…
– Шпион не собирался уничтожать нас. Ему нужно было найти способ контролировать нас. Поэтому он и убил Беркена так демонстративно. Ему нужно было заявить о своем присутствии, показать нам, что он тут хозяин. Внушить страх. Кровь он, конечно, оставил нечаянно, поэтому ему пришлось импровизировать, прятаться, нанимать головорезов, чтобы прервать ритуал. Он использовал людей с практически разрушенным мозгом – чтобы они не могли его выдать. Он очень ловко подставил Эдана. Но после всего этого предатель должен был затаиться. А он пытается снова убить. Тебя он хотел отравить по какой–то веской причине. И если мы поймем почему – найдем его. Неужели у тебя нет никаких подозрений?
Кое–какие подозрения у меня были, но я покачала головой:
– Ничего конкретного. Правда, если шпион так хорошо смог подделать воспоминания Эдана, значит, и он был в тот вечер в "Трех розах".
– Да. Но многие посетители этого заведения скрывают свои имена и лица. Мы опросили всех, кто мог бы видеть его – но никакого результата. Он был одним из тех, кто пришли в масках.
Я кивнула. Конечно, такой умный шпион не стал бы подделывать воспоминания, если бы его видели в борделе.
– В общем, у меня три версии, – продолжил Вард. – Или шпион пытался тебя убрать как опасного свидетеля, или по ошибке, или тут был сговор.
– Какой сговор?
– Может, ты была его помощницей, и он отравил тебя, чтобы переправить к орденцам с весточкой, а также отвести все подозрения.
Я испытывала к Варду странные чувства. Я знала, что у него не дрогнет рука, если я буду представлять угрозу. Он меня просто уничтожит. И будет искренне улыбаться, с отеческой нежностью похлопывать по плечу, готовя втихаря сокрушительный удар. С другой стороны, оставаясь интриганом и лицемером, он все же действительно заботился о своих людях. Более редкое качество, чем хотелось бы.
– Это не так, я не связана со шпионом.
Мне придала спокойствия мысль, что если бы Вард действительно считал меня пособницей предателя, вряд ли бы высказал свои подозрения.
– Допустим. Тогда остается ошибка или умысел. До сих пор наш мерзавец действовал слишком хитро. Он смог подделать мысли – это о многом говорит. Значит, ошибка тоже маловероятна. Вопрос – почему он мог желать твоей смерти? Ведь после убийства Беркена ему по–хорошему стоило бы затаиться. Или продолжить убивать моих лучших людей – чтобы запугать меня. А он выбрал тебя.
– Я должна подумать, – пролепетала я.
– Хорошо. Думай. Только постарайся побыстрее.
Он ушел, оставив за собой колыхающиеся занавески. Блестящие нити в узорах вспыхивали в свете одинокой свечи.
Кто же мог быть шпионом? Ингер? Он так странно отреагировал, спросил Варда о его здоровье. Может, в тайне надеялся, что командора успели ранить?
Внезапное воспоминание пронзило меня, как стрела. Ингер, заботливо поддерживая меня, дает мне питье после того, как я отключилась во время ритуала. Он сказал, что это лекарство. А там вполне мог быть яд. Пожалуй, это очень в духе нашего шпиона. Под видом лекарства дать больному напиток, от которого умираешь в страшных мучениях. Садистская шутка…
Я потрясла головой. Нет, это не доказательство. Мне могли подложить яд в любую еду.
Хотя смертельное лекарство так подходит…
Проклятье! Я сдавила виски руками. Что может быть глупее, чем вычислять убийцу, основываясь на интуиции и невнятном "мне кажется"!
Я порывисто встала и, раздвинув занавески, оглядела зал. Костоправ сидел в кабинке напротив, вместе с остальными бойцами. Он выглядел вполне нормально, как и все.
Еще не зная, что буду делать, я подошла к ним.
– Зандра, хочешь присесть? – поприветствовала меня Дация.