Страница 53 из 130
Кевер захлопнул дверь, но уже через мгновение из щели под порогом выглянул жаркий язык пламени. Под порывами ветра огонь взвился, как знамя, и скоро заплясал по деревянной поверхности.
Мы отошли подальше. Хорошо хоть пол в дозорной был каменным.
– Замечательно, – сказал Кевер. – Думаю, лестница скоро прогорит и рухнет.
– Да? – хрипло переспросил Гитто, даже не пытаясь скрыть страх в голосе. – Если ты, щенок, заманил нас в ловушку, сдохнешь вместе с нами! Я клянусь!
Кевер сел на дуло огневки и, глядя на пылающую дверь, радостно, от души, рассмеялся:
– Если бы я хотел тебя уничтожить, старый дурак, я бы сделал это еще тогда, когда увидел, как ты передаешь запасы Ордена Фарресу. Мне достаточно было шепнуть пару слов генералу, и тебя бы четвертовали.
Обуглившаяся дверь с грохотом рухнула на лестничную площадку. Длинные, жаркие всполохи пламени ворвались в комнату, будто протянулись хищные огненные руки.
Гитто даже не обернулся, он стоял посреди дозорной, положив руку на рукоять меча, и хмуро смотрел на беззаботного Кевера.
– Я вообще удивлен, – продолжал бывший градоначальник, – вашей беспечностью. Вас не выследили только потому, что солдаты Хорака еще хуже.
– О, мы приняли меры предосторожности против солдат, – усмехнулся Гитто, – просто нам в голову не пришло, что груда мусора и тряпья в конце переулка – это постель господина градоначальника, который решил вздремнуть после утомительной ночи в портовом кабаке. Мы весьма удивились, когда заметили его, и только приказ Варда удержал нас от искушения всадить ему нож в сердце.
Улыбка медленно сползла с лица Кевера.
– Как же я вас всех ненавижу, – произнес он. – Но ничего, как бы вы ни дрыгались, Хорак доберется до вас. И повесит всех на ратушной площади.
– Если ты так ненавидишь отряд Варда, зачем помогаешь? – осторожно спросила я.
Кевер пожал плечами:
– Хорака я ненавижу еще больше. Если хотите сделать мне приятное, постарайтесь прикокнуть его перед тем, как он вас убьет.
– Ладно, хватит болтать, – резко сказал Гитто. – Как ты собираешься вывести нас отсюда?
Кевер лениво поднялся с дула и вытащил из кармана старый железный ключ странной формы. Он присел на корточки у стены и воткнул ключ, как кинжал, в стену. Подойдя ближе, я поняла, что на самом деле в кирпичной кладке было отверстие над полом, которое я никогда бы не приняла за замочную скважину.
В толще стены заскрипел механизм, и часть стены повернулась, открывая узкий проем.
– Сейчас мы спустимся по тайной лестнице, – сказал Кевер. – Не вздумайте разговаривать, во многих местах от коридора нас будет отделать только один слой кирпичей.
Он сунул Гитто масляную лампу и предоставил тому первому нырнуть в темный, пахнущий плесенью проход. Я, немного поколебавшись, последовала за Гитто. Не очень–то мне нравилось, что Кевер замыкает шествие, но не хотелось тратить время на препирательства.
Ходом пользовались явно не часто. Грубые каменные ступени покрывал слой пыли, на стенах влажно поблескивала плесень. Серые длинноногие пауки раскинули в проходе свои тенета. Свет лампы тревожил их, и они стремительно расползались по темным углам. Хорошо, что я не шла первой и мне не приходилось постоянно вляпываться в паутину.
Тайные ходы в толще стен – обычное дело для рыцарских замков и резиденций властителей, но я была почти уверена, что секретные лестницы карионской ратуши не раз использовались для транспортировки контрабанды. Предназначение же подвалов менялось согласно планам градоправителей. Одни предпочитали держать там бочки с вином, другие – пленных врагов. Ходили слухи, что градоначальник до отца Кевера устроил на нижнем ярусе цех по производству хоршика.
– Ну и куда вы, болваны, дели этот сучий ящик со стрелами?!
Громкий возглас заставил меня пропустить ступеньку на крутой лестнице. Лишь спустя мгновение я поняла, что слышу разговор солдат за стеной.
Стараясь не произвести ни шороха, я продолжила спуск.
Наконец, наш путь подошел к концу. Кевер велел Гитто потянуть за выглядывавший из стены рычаг. Со скрипом кусок стены отошел, и открылся проход в подвал ратуши. Точнее, в винный погребок. У стен стояли огромные дубовые бочки, а на стеллажах виднелось множество бутылок разных форм и размеров.
Гитто обнажил свой меч и настороженно обошел помещение. Он остановился перед массивной дверью и приложил к ней ухо.
– Здесь не должно никого быть, – сказал Кевер. – Хорак носит ключи и никого сюда не пускает, – он хрипло рассмеялся. – Генерал думает, что я отдал ему все комплекты ключей.
– Осторожность не повредит, – коротко бросил Гитто.
Кевер пожал плечами и невозмутимо направился к стеллажам. Он рассматривал бутылки, пока Гитто прислушивался у двери.
– Ладно, пойдем, – сказал, наконец, Гитто.
– Как скажешь, – Кевер прихватил с полки бутылку с вином и направился к выходу.
Он оказался прав – в подвале было тихо, факелы на стенах не горели. Но все же Гитто то и дело настороженно оборачивался. Да и я знала, что почувствую себя в безопасности, только когда мы выйдем из ратуши и удалимся от нее на приличное расстояние. Кевера наша подозрительность лишь забавляла.
– Скоро будем на месте, мои нервные друзья, – сказал он, указывая на тяжелую дубовую дверь в конце коридора.