Страница 39 из 130
Я вздрогнула от сильной боли в руке – раненые пальцы дернулись от на мгновение завладевшей мной злости.
– Он просто пошутил, – попыталась успокоить я женщину.
Лэйс презрительно взглянул на Данну и отошел к окну. Он явно был раздражен. Похоже, он считал, что со шлюхами угрозы – единственная стоящая манера разговора.
Женщина все также стояла, усилием воли заставляя себя не заплакать. Теперь она наверняка постарается как можно быстрее от нас избавиться и никогда больше не встречаться. А кто знает, какие подробности Данна могла бы вспомнить.
– Пойдемте, я провожу вас наверх.
Я махнула в сторону лестницы, но Данна слишком поспешно восприняла предложение, порывисто подхватив меня под руку. Зацепила повязку на пальцах, и я ахнула от боли.
Невен сидел в кресле, он выглядел очень подавленным, почти больным. Сейчас ему придется вернуться к Варду и сообщить о предательстве, а потом… потом, наверное, Эдана казнят.
Вдоль спины пробежали ледяные мурашки. И вздрагивающая женщина рядом со мной стала раздражать – в конце концов, у нас теперь гораздо более серьезные проблемы, чем у этой тупой хнычущей проститутки.
Я грубо потащила Данну к лестнице, стремясь поскорее отделаться от нее. Женщина сначала двигалась медленно, будто ее парализовало. Мы еще не успели выйти из зала, как по щекам ее потекли слезы.
Когда мы стали подниматься наверх, ее всхлипы сменились бессвязным потоком жалоб и проклятий. Я поддакивала и кивала, не переставая думать о Невене. И Эдане. Зачем он пошел на предательство? Наверное, из–за женщин. Или денег. Или ему нужны были деньги на женщин.
– Старик их всех забери, ни дня, чтоб какой–нибудь поганый кобель мне не угрожал, – раздраженно вытирая слезы рукавом говорила Данна. – Вчера один псих меня чуть из окна не выкинул, а как охрана его выбросила, пообещал своих дружков прислать, чтоб они прирезали меня. Не знала, правда, что Лэйс у него на побегушках…
– Да нет, мы правда по другому делу. Он просто злой с утра.
Она махнула рукой:
– Да, может, обойдется. Что поделаешь, работа мерзкая, но выбора нет, либо сюда, либо в поденщицы. Здесь, по крайней мере, платят хорошо, не то, что в прачечной у Зога.
– Кем–кем ты раньше работала?
– Прачкой у Зога. Сволочь, платил гроши, а работать заставлял до кровавых мозолей. Помню, как воду с колодцев в чаны его громаденные таскали, у подруги моей выкидыш случился. Вот тогда я плюнула ему в жадную харю и решила, уж лучше в шлюхи податься.
Я встрепенулась:
– Ты имеешь в виду того типа, у которого весь двор бельем завешан? И еще он продает всякую пакость?
Данна закивала:
– Да, барыга Зог, кто ж еще, прачечная–то в городе одна. Осталась. После того, как две другие сгорели однажды ночью…
– Говоришь, таскали воду в чаны из колодца?
– Сказала же.
– А чаны большие?
– Огроменные. Раньше–то они все пустые стояли, а как Вард в город пришел, Зог велел налить воды доверху. До того мы каждый день себе в корыта натаскаем, и хватало.
– А Зог не говорил, зачем ему вдруг столько воды понадобилось?
Данна пожала плечами:
– Да с ним никогда не знаешь, что в башке у него.
– А может, он собирался продавать воду?
Она хрипло рассмеялась:
– Зог продавал бы воздух, если б его кто–нибудь покупал.
– Вот как…
Мы остановились на верхней лестничной площадке. Тут, у узкого окна, стоял диванчик, перед ним – небольшой столик. Полузасохший цветок уныло ронял листья на ковер, горшок был полон окурков. Вглубь здания уходил длинный темный коридор с множеством дверей, вроде гостиничного.
Поколебавшись, я все же отважилась задать Данне вопрос:
– Послушай, ты не могла бы повторить Лэйсу всю эту историю с Зогом?
Она отшатнулась от меня, как от прокаженной:
– Я видеть не хочу ни Лэйса, ни остальных из вашей банды!
– Но…
Не слушая меня, Данна стремительно зашагала прочь по коридору и скрылась за одной из дверей прежде, чем я успела окликнуть ее. Щелкнул запираемый замок, и я со вздохом спустилась в зал.
Лэйс и Невен сидели на диванчике и тихо разговаривали, когда я вошла.
– …нет, тебе не обязательно возвращаться с нами, я все сам передам Варду.
– Скажи ему, чтоб он поторопился развязать противостояние, пока это не сделали орденцы. Местные пока на вашей стороне, но уже почувствовали прелести осады, начали скучать по привычным продуктам.
– Я понимаю. Я передам.
Увидев меня, они встали – Лэйс с видом очень деловым и бодрым, Невен, по–прежнему, усталый и подавленный.
– Ну, успокоила эту нервную девку? Можем мы, наконец, идти?
– Подожди, Лэйс. Она сказала мне кое–что.
– Про Эдана? – живо заинтересовался Невен.
– Нет. Про другое дело… Я думаю, это может быть связано с отравителями колодцев.
Лэйс с любопытством спросил:
– Так что она сказала–то?
– Как ты полагаешь, если бы воду удалось отравить, как дорого можно было бы продавать воду?
– Очень дорого, – без колебаний ответил он. – Конечно, всегда можно пробовать очистить морскую воду от соли, но это дело сложное и кто знает, не отрезали бы нам выход к порту.