Страница 40 из 130
Лэйс кивнул:
– Так и есть. Их установили, когда строили прачечную. Хотели, чтоб вода оттуда поступала по трубам. Но немного не рассчитали спрос – в Карионе белье отдают в стирку только дворянские семьи. Сколько я себя помню, прачки всегда носили себе воду ведрами каждый день.
– Вот видишь, Зог вполне мог придумать продавать пресную воду втридорога. И яд у него был. И всех местных бандитов он наверняка в лицо знает, потому и подобрал для исполнения неместных, вроде Дарена.
– Звучит логично, – сказал Лэйс. – Если б о ком другом такое услышал – нипочем не поверил бы… но все это очень в духе Зога. Отравить весь город, чтобы заработать несколько лишних монет – отличная идея.
Хищное выражение, появившееся на его лице в этот момент мне очень, очень не понравилось.
– Что ты собираешься делать, Лэйс?
Он ухмыльнулся:
– Вы вдвоем пойдете с докладом к вашему начальнику. А я возьму людей и навещу Зога.
– И что ты с ним сделаешь?
– Допрошу.
– И ты уверен, что он останется в живых после твоего допроса?
Лэйс рассмеялся:
– Если это все правда, то жить ему незачем. Не я, так кто–нибудь другой его прикончит.
– Нет! Пожалуйста, ты должен сдать его стражникам!
– Что?!
– Подумай сам, если они ничего не узнают, то будут пытать Дарена. А он даже ничего не сможет им рассказать. И умрет в мучениях.
– Да, тут ты права, – Лэйс задумался.
– Если стражники узнают, что Зог использовал наивных купцов, приговор будет более мягким.
– Пожалуй…
– Так ты не станешь сам с ним разбираться, ладно?
– Я никогда не сдавал наших стражникам, – резко ответил Лэйс. – Однажды контрабандисты убили моего друга, хотели завладеть его товаром. Я знал их имена, весь наш квартал знал. И все молчали. Потом я нашел их и отправил на дно моря. Таков неписаный закон Кариона. Никто никогда не обратится к стражникам, пусть даже бандиты вырежут всю семью.
– Прекрасно, тогда я сама обращусь и все расскажу! В конце концов, Данна мне рассказала об этой воде в чанах.
Лэйс прищурился:
– Подожди. Есть у меня одна идея… Дай мне один день, если не получится, я сам тебя провожу к стражникам.
Хитрая его улыбочка настораживала, но что мне оставалось делать. Не исключено ведь, что стражники даже мне не поверят.
– Делай, как знаешь, – я махнула рукой. – Нам нужно возвращаться к Варду.
– Да, – поддержал меня Невен. – С этим делом нужно покончить как можно скорее.
– Идет.
Когда мы вышли, на улице накрапывал мелкий дождик. Мы не успели выбраться из портового квартала, как он превратился в ливень. Тугие струи хлестали с неба, земля под ногами превратилась в вязкую грязь чуть ли не по колено. В сточных канавах образовалась грязная желтоватая пена, кое–где выплескивавшаяся под ноги.
Поговорить с Невеном мне так и не удалось. Усталые, замерзшие, промокшие насквозь мы вошли в особняк. Там было тепло, и в одной из комнат жарко горел огонь в камине. Вард со своими ближайшими соратниками сидел у огня. На длинном столе виднелись остатки хорошего обеда – грязные тарелки, пустые бутылки из–под вина, сложенные горкой на блюде птичьи кости. Ближе всего к очагу сидел Эдан. В руке он держал кочергу.
– Ох, да вы ж повязку замочили! – всплеснул руками Ингер, направляясь ко мне.
Действительно, бинты намокли под дождем. Боли я не чувствовала, но позволила костоправу аккуратно размотать повязку. Он что–то недовольно бормотал, но я не слушала его. Я смотрела на Невена. Он сначала помедлил, потом быстро подошел к Варду и прошептал ему на ухо пару слов. Командор медленно встал. У его пояса висел меч в потертых кожаных ножнах. Очень тихо Вард обнажил клинок. Эдан сидел спиной к нему и безмятежно ворошил угли кочергой.
Не ощущая боли, я вцепилась ранеными пальцами в руку Ингера. На одно страшное мгновение мне подумалось, что Вард прямо сейчас отрубит Эдану голову мечом, даже не окликнув его.
Но командор только тихо сказал:
– Обернись. Невен не успел проникнуть в сознание предателя во время ритуала. Но кое–какие его мысли видел. Твои мысли.
Эдан вздрогнул и уронил кочергу. Она со звоном ударилась о кирпичи очага и покатилась по полу.
– Я этого не делал, Вард, – глухо сказал он, не поворачивая головы.
– Отпираться бессмысленно. Говори, и твоя смерть будет менее болезненной. Я хочу знать все детали.
– Невен лжет. Не знаю, зачем, но он не мог видеть мои мысли. Потому что это не я!
– Командор, – вкрадчиво сказал костоправ, – я могу вас снабдить такими эликсирами, которые гарантированно развяжут ему язык.
– Спасибо, Ингер. Возможно, мы ими и воспользуемся. Или применим старый испытанный метод – дыбу. В подземельях ратуши должна быть неплохо оборудованная пыточная комната.
Эдан наконец обернулся. Он был смертельно бледен.
– Вард, я клянусь… – начал он.
– Пока мы были в борделе, у меня появились еще кое–какие мысли, – перебил его Невен. – Я обратил внимание на кое–какие детали. Позвольте мне провести небольшое расследование – тогда и допрос может оказаться не нужен.
– Я думаю, будет полезно сравнить результаты допроса с результатами твоего расследования, – заметил Вард. – Отведите Эдана вниз. Суэно, отправляйся с ним и не спускай с мерзавца глаз.