Страница 118 из 130
– Похоже, да, – отозвалась я.
– Взгляните на того, полудохлого.
Кевер указал на еще валявшегося на камнях Посланника, который в последний момент избежал участи остальных. Он действительно выглядел умирающим. Его тело безвольно разметалось, лишь голову он поднимал время от времени и поводил ею, как шипящая змея.
И вот теперь из полосы густого тумана выступила химера.
Если наблюдать метаморфозы Посланников было всего лишь любопытно, то зрелище, представшее нам теперь, внушало тревогу. И не потому, что химера была велика и сильна. Нет. Просто она выглядела неправильно. Не безумной шуткой чуждой силы. А чем–то слишком похожим на творение рук человеческих.
Сравнительно неуклюжие металлические ноги – но не из мечей или железных прутьев, нет, они выглядели, как наспех сделанная копия человеческих ног. С шарнирами там, где должны располагаться колени. Туловище – стальная кираса, сверху накрытая проржавевшим шлемом. От корпуса отходило множество металлических суставчатых рук, тоже на шарнирах, но с острыми клинками вместо кистей. Каждое лезвие было покрыто темно–серой пленкой, радужно переливающейся в тусклом свете невидимого солнца.
– Что за дрянь? – пробормотала я.
Химера стоя шагах в пяти от Посланника протянула к нему одну из своих рук и почти нежно дотронулась лезвием до обмякшего тела. Он рванулся и цапнул ее – но что он мог сделать металлу?
Химера убрала руку и неподвижно замерла. Было не похоже, что ее выпад нанес серьезный вред Посланнику. По крайней мере, поначалу.
А потом, извиваясь и колотясь о камни, бедное создание локхе умерло. Его тело распалось, начиная от раны. И я узнала, чем было покрыто оружие химеры.
– У них на клинках разъедающая мазь. Мерзкая штука, буквально растворяет ткани, превращая их в мерзкий студень. Одной царапины достаточно для верной смерти. Сделать эту штуку непросто, но в лабораториях Ордена этим занимаются, с особыми мерами предосторожности, конечно. Вопрос – кто намазал ею химер?
– И кто потрудился этих химер сделать? – эхом отозвался Невен. – Это явно не локхе, это человек.
– Мы должны как можно скорее сообщить обо всем Варду!
– Согласен!
– Давайте сначала допьем вино?
Мы одновременно обернулись и взглянули на Кевера. Он ухмылялся, показывая еще одну запыленную бутылку. В прожженной куртке, с пятном сажи на щеке, с взъерошенными волосами, он выглядел как хулиган–мальчишка капризничающий назло родителям.
А я вдруг поняла, что готова принять его предложение. Правда, не ради шанса напиться восточным вином. Просто в особняке нас снова ждет шум и хаос. А здесь, среди гераго и химер так спокойно. И Невен кажется таким близким...
– Отлично! Так и поступим!
Мы уселись на пол, изрядно удивив Кевера, который ожидал чего угодно, только не принятие своего предложения.
– Кевер, сходи в комнату у лестницы, я видел там еще какие–то бутылки, – напряженным тоном сказал Невен.
– Там масло.
– Сходи.
Кевер смерил Невена взглядом, потом посмотрел на меня, ухмыльнулся и сказал:
– Ах, конечно, конечно.
И ушел насвистывая слишком веселый мотивчик.
– Он подумал, что мы... – начала я.
– Не плевать ли нам на это? – Невен придвинулся ближе, так, что я почувствовала тепло его тела и резкий запах гари, исходящий от его куртки. – Потом, может, я даже хотел бы сделать то, о чем он подумал.
Он запустил пальцы в мои волосы, медленным движением погладил шею. Я затравленно смотрела в его теплые карие глаза. Казалось, любое мое движение или слово сейчас будет невпопад.
– И что я должна сейчас делать? – озвучила я свои сомнения, хотела сказать иронически, но прозвучало жалко.
– Ничего. Абсолютно ничего.
Губы Невена были солеными. Как и мои. Будто два разных моря соприкоснулись волнами.
– Пусть Вард, и эта война, и химеры, все они идут в задницу, и позволят мне, наконец, просто побыть с тобой, – прошептал Невен.
– Это безумие, – отозвалась я, склоняя голову ему на плечо. – Вокруг гераго, химеры, этот кокон. Смерть...
– О да. Зато здесь я более живой, чем в своей вонючей деревеньке. Сейчас, когда я вспоминаю прошлую жизнь, она мне кажется кошмаром.
– Мне моя тоже. Странно быть счастливыми здесь, сейчас.
– Это ненормально. Если бы Орден знал, это объявили бы преступлением.
Мы оба тихонько захихикали, потом Невен обнял меня и сказал серьезно:
– Теперь я чувствую себя нужным кому–то. Отряду, Варду. Тебе. Ведь так?
В его глазах промелькнул страх.
– Конечно, – быстро сказала я.
И пожалела, что не найду слов. Не смогу сказать ему, как важно для меня быть для него ценной, не пустым местом. Не смогу объяснить, что всю прошлую жизнь, по сути, была никем для всех, кроме семьи тети.
Поэтому то, что он не ждал объяснений, было прекрасно.