Страница 108 из 130
– Если сможешь сносно стрелять из арбалета – иди, – наконец, сказал командор.
Мишень висела на стене в конце длинной анфилады комнат. Было странно посылать болты один за другим через помещения, где только что спали, ели, разговаривали люди.
– Зачем? Это же опасно! – сказал Невен, державший для меня новые болты.
– Именно поэтому.
Я рывком натянула жилу, вставила снаряд, прицелилась... Стрелять оказалось легко. В яблочко я ни одного раза не попала, но и промазать не промазала.
– А что мне делать если тебя кто–то убьет? – он зло ударил по арбалету.
Болт сорвался и вонзился в пол. Зеваки, столпившиеся сзади – нам стоило немалых усилий выгнать их из комнат анфилады – захихикали.
– Я не смогла ответить на тот же вопрос, – пробормотала я. – Поэтому и решила присоединиться к засаде.
Я напряглась, ожидая его реакции на мое признание, но Невен сказал только:
– Арбалет удобнее держать немного иначе. Давай покажу.
С каждым шагом, который приближал нас к месту засады, мне становилось все хуже. К горлу подступила противная тошнота, левый висок медленно сверлила боль. Был ли то страх смерти? О да! Я ужасно боялась, что я умру, что умрет Невен, что умрет кто–то еще из отряда, что мне придется убивать. Мне очень не хотелось, чтобы все это произошло. И тем хуже было осознавать неизбежность. Без жертв сегодня обойтись не удастся. Если все пойдет правильно, мы отправим к праотцам орденцев, но и они наверняка захватят кого–то из наших.
Таким мне и запомнился путь к склепу – темнота, во рту резкая горечь от постоянно сглатываемой слюны, желудок все время порывается выскочить наружу, будто не желая иметь ничего общего с телом, которое скоро окажется среди множества смертей.
Наконец, мы добрались до склепа, к которому подходил подземный коридор. Мы с Невеном уже проходили этим путем, когда доставали тхалакк Хорака. Я невольно вспомнила наше приключения с семейкой Валлес и понадеялась, что Трог таки достал из раны все обломки витража.
В тот же самый момент из темноты шагнул высокий человек, и на меня уставился ухмыляющийся телохранитель Лэйса. Я остолбенела. В голове пронеслась мысль, что, должно быть, я начинаю сходить с ума. Но мистический момент был прерван самым бесцеремонным образом.
– Вы свои задницы, видимо, намерились вечность сюда волочь! – послышался недовольный голос Лэйса, а через мгновение показался и он сам.
– Мы готовились, – расслабленно ответил Вард. – Дознавателю все равно потребуется время, чтобы собрать всех и найти путь.
– Он так переживает, потому что я обобрал его приятелей в карты, – донесся глумливый голос, без сомнения принадлежавший Кеверу.
– Сами виноваты, кто ж играет в местах с таким локхе, – фыркнул Лэйс.
– Так, а этот здесь что делает? – спросил командор.
– То же, что и все – прикрываю твою задницу, так что прояви немного уважения и называй меня хотя бы сволочь, а не этот!
Вард только шумно вздохнул.
– Господин бывший градоначальник почтил банду, решив присоединиться к нам на время, – объяснил Лэйс. – Он уже участвовал в парочке стычек, и показал себя не таким безнадежным ублюдком, каким я его считал. Поэтому я и взял его сегодня.
– Ну ладно. Все равно, ваше дело маленькое – добивать орденцев, если кто–то из них вдруг прорвется сюда.
– Трог проводит вас на место.
– Угу, – великан завозился, зажигая факел.
Скоро веселое пламя осветило кладбищенский коридор и круглое помещение склепа в котором стояли бойцы Лэйса. Кевер развалился на каменном саркофаге в центре. Его лицо было грязным, но не бледным, глаза блестели – но азартно, а не болезненно. В пальцах он вертел потрепанные карты – похоже, больше желающих играть с ним не находилось.
Наши взгляды на мгновение скрестились и каждый из нас едва заметно наклонил голову в приветствии. Никто из присутствующих этого не заметил.
– Там дальше красная гниль повсюду, – предупредил телохранитель. – Трог терпеть не может пакость.
Снаружи царила мутная ночь. Через туман пробивалось слабое белесое свечение – наверное, сегодня луна стояла высоко в небе.
Мы торопливо пошли за Трогом, спотыкаясь о надгробия и наступая на цветы. То и дело слышались торопливые извинения перед духами мертвецов.
Влажная взвесь в воздухе притушила пламя факела, огонь метался, шипел и, казалось, вот–вот потухнет. Когда его отсвет лег на покосившуюся стену одного из склепов, мне почудилось, что она облита кровью. Это, без сомнения, было наваждение, но я стала идти как можно ближе к Трогу.
Мы шли на битву. А под нашими ногами лежали сотни матерей и отцов, жен и мужей, детей, возлюбленных, просто хороших людей. И казалось, что все они смотрят на нас. Без злобы и без одобрения, лишь с любопытством. Пожалуй, давно тут не бывало столько живых людей.
– Это здесь.
Один за другим бойцы начали протискиваться в узкую дверь. Я тревожно осмотрелась – мы провели среди парящих гераго достаточно времени, чтобы началось пробуждение химеры. Однако, они пока еще не сбивались в стайки. Их движение оставалось хаотичным, и я подумала, а вдруг моя надуманная идея окажется правдой? Неужели на кладбищах сила локхе проявляется слабее?
Впрочем, раздумывать было некогда. Стиснутая в веренице солдат, я, как и прочие до меня, вошла в дверь склепа. Воздух внутри оказался таким же влажным, как и снаружи, только не свежим. Сильно воняло плесенью.