Страница 83 из 91
-Вот, - Савин подошел к навесу и не без гордости показал степнякам трофей, - шпион Матери змей.
Дастих, увидев помесь ящерицы и нетопыря, скривился и сплюнул.
-Поторапливайтесь, - крикнул он своим воинам, - ждать нечего, нужно уходить.
-И прямо сейчас, - поддакнул ему Лиастир, - Этот уже ничего не расскажет своим хозяевам! Только кто знает, сколько их вокруг?
Савин бросил затихшего гада на угли костра и огонь ярко и радостно вспыхнул, испепеляя порождение Моры.
На следующий день отряд поделился. Степняки, и среди них переодетые Зоон и сын тупика, повернули вайпу на закат. Дети Пернатого и четверо патири двинулись на полночь.
К полудню впереди на ровном ковре равнины показались волосатые горбы туш хоуму. Неторопливые гиганты топтали степь, срывая носами пучки сухой осенней травы, продвигаясь к проходу в неприступной стене гор. Люди догнали их, и некоторое время шли рядом, рассматривая удивительных животных. Лиастир старался, чтобы отряд двигался не слишком быстро и змееволосые, если они и впрямь идут следом, не потеряли их из виду.
Ночью Зоул потянулся мыслью к своим волкам. Они были неподалеку, бродили вокруг стоянки змееволосых. Все дети Хосэдэ следовали за пернатыми. Хитрость удалась на славу.
Между тем горы приближались. Стали ясно видны белые шапки, укрывшие неприступные вершины. Степь сменили рощицы осин, белотала и кряжистых разлапистых сосен.
У входа в узкую поросшую лесом долину, вклиненную меж каменных исполинов, путники нагнали одинокого хоуму с детенышем. Звери паслись на склоне в зарослях ивняка.
-Вот она, тропа, - проводник патири указал на вход в ущелье. – Руконосый ждет. Они пойдут через горы, когда соберутся в большое стадо.
-Почему?– удивился Савин.
-Видишь, это самка с детенышем. Она не защитит его одна. Плосконосые говорят, Хоуму боятся снежного червя, стерегущего долину льда и идут через нее только стадом.
Путники взобрались выше по склону и остановились на привал.
-Смотрите, - крикнул Зимер, указывая вниз, туда, где они прошли утром. Из-под сосновых крон показалась крохотные фигурки змееволосых.
-Они нас нагоняют! – Лиастир вскочил и принялся затаптывать костер. – Идем. Нужно оторваться от них еще хоть на полдня.
Тропа, извиваясь змейкой, карабкалась вверх по округлому желобу ущелья, прорезавшего горную гряду. По дну бежала быстрая перекатистая речка, склоны поросли корявыми сосенками, изломанными тягучим ветром. Он дул в лицо путников, не стихая ни на минуту, с тех пор как они ступили на порог тропы Хоуму. И чем выше они забирались, тем холодней он становился. Осенние тучи, цепляясь за острые вершины, то и дело разражались мелким затяжным дождем, и путникам приходилось останавливаться и растягивать не спасавшие от вездесущей сырости полога. И все же пернатые приободрились, покинув бесприютные степи. А вот патири, дети вольных просторов, были подавлены обступившими их каменными стенами.
Вожак волков продирался сквозь заросли корявых сосенок, цеплявшихся за уступы скал. Он ушел достаточно далеко от долины, осматривая окрестные ущелья. Наконец зверь выбрался на голый камень, нависший над осыпью, глянул вправо и замер, распластался по холодному граниту и отполз назад.
Ниже осыпи по тропе шли люди. Волк рассмотрел тяжелые короткие копья с чернеными наконечниками, украшенными пучками перьев. Кожаные, с медными бляхами доспехи и шлемы, круглые щиты за спиной. Их было семеро. Шестеро воинов и укутанный в плащ человек, шагавший в центре колонны.
Зоул, глядевший глазами волка, вздрогнул. Он узнал черного с трехглавой вершины. «Жди, - приказал он младшему брату, - жди, когда пройдут, потом спасайся»
Вожак добрался до своей стаи только вечером, обогнав семерых чужаков. Звери расположились выше лагеря детей змеи и хорошо видели всю их стоянку. Крылатый соглядатай появлялся несколько раз и снова улетал в ночь.
Теперь позади отряда было два врага. Что, если они сговорятся? Тогда пернатым и патири одна дорога: на поклон к плосконосым.
Путники уже забрались так высоко, что казалось, облака задевают их макушки. Белые шапки вершин были теперь рядом. Тут и там мелькали кучки снега. Стало холодно, да еще и ветер продувал, казалось, насквозь. Хоть пернатые и прихватили теплую осеннюю одежду, но здесь ее было маловато. Не привычные к промозглому холоду люди не успевали отогреться за ночь у костра, и им оставалось только все быстрее и быстрее идти вперед.
В полдень каменный желоб неожиданно оборвался. За ним открылась ледяная долина. Вся она сверкала и искрилась под колючими лучами горного солнца. Далеко впереди, полускрытые морозной дымкой, виднелись ограждавшие ее серые пики скал. На смерзшемся снегу виднелись многочисленные следы хоуму. Путники остановились в нерешительности на краю бело-голубой чаши.
-Долина льда, – указал вперед патири.
-Ну, чего ждем, - подбодрил спутников Савин, - перейдем через ледяную долину, попросим помощи у плосконосых. И, может, хоть отогреемся, наконец.
-Это если перейдем. - Возразил ему Лиастир, - забыл? плосконосые говорили: ее сторожит белый червяк. Даже хоуму его боятся.