Страница 347 из 412
- НЕТ! УМОЛЯЮ! Я сделаю всё, что захочешь, стану, кем скажешь, приму твою сторону и буду верно служить, только не убивай!
Она медленно отползала от неумолимо надвигающегося тёмного адепта в красном, задом волочась по земле.
- Нет, моя недальновидная госпожа. Ты давно лишилась доверия, предав Тёмного Князя – своего прошлого хозяина. И вот теперь собираешься предать Гильдию магов Саороланты – хозяев нынешних. Зачем мне такие служители, которые так легко предают, когда им приставляют нож к горлу? Помнишь, ты говорила мне, что каждый сам выбирает свой путь? Открою тебе страшную тайну, хотя ты наверняка обо всём догадалась: мой путь предначертан изначально, до рождения, и ты волею твоих хозяев попыталась его перейти. За что поплатишься жизнью.
Осознав, что пощады не будет, Яоллокиэль Эайхас громко зарыдала.
- Величайший, пощадите, я же одна из вас, я такая, как вы, я бессмертна-а-а-я-а-а. – Окончание этой фразы перешло в жалобный вой.
Конечно, она узнала Сатаннатаса Сатурнуннаса, тёмного друида из легендарной Тёмной Шестёрки, почитаемой эльфами-чернокнижками апостолами Вестника Затмения.
- Помнишь наш разговор перед битвой? А я ведь предупреждал тебя, что бессмертный – не значит неуязвимый. – Устами Эрегинда произнёс демон.
- Н-НЕ-Е-Е-Т!!!
Подойдя вплотную к жертве, тёмный друид протянул к ней руку с раскрытой ладонью, отчего она замерла, затихла, а затем медленно подлетела к нему, невесомо паря в воздухе, и замерла в шаге напротив.
Служитель тёмных сил медленно развёл руки в стороны, словно открывая невидимые врата. На обезображенном беспомощной обречённостью лице низко отвисла челюсть. Сделав несколько манипуляций, тёмный адепт расположил парящее в воздухе тело так, чтобы её лицо находилось прямо напротив, и, широко открыв рот, выдохнул облачко мерцающего розового тумана, перетёкшего в рот Локи.
Силуэт Сатаннатаса Сатурнуннаса подёрнулся дымкой и исчез, будто мираж в пустыне, а тело Локи, обретя нового хозяина, тряпичной куклой безвольно опало наземь. Обрамлённая спутанными рыжими волосами лицо поднялось, глаза широко распахнулись. Они были подобны фонарикам, в которых клубился мерцающий красноватый туман, вскоре рассеявшийся без следа.
Взгляд глаз вновь обрёл осмысленность, вот только его выражение полностью изменилось. Капитан Эайхас обожала «стрелять» глазками, в такие моменты она смотрела игриво-кокетливо, когда сражалась – яростно-свирепо, но нередко её пленительные очи могли быть надменно-презрительными или холодно-бездушными. Но нынешнее отражение, проглядывающее в «зеркале души», было просто неописуемо поразительным. Этот убийственный взор словно принадлежал дракону или архимагу, настолько глубокой и древней была проглянувшая в нём мудрость.
- «Светлый эльф на службе тёмных сил убивает тёмную эльфийку на службе у светлых сил, чтобы защитить светлого эльфа, который должен стать вселенским Тёмным Властелином. Какая ирония»! - Происходящее явно забавляло тёмного двойника Эрегинда.
Едва встав на ноги, первородный тёмный тут же преклонил колено перед Эрегиндом.
- Не знаю, как и благодарить вас, Ваше Непревзойдённое Могущество! Благослови меня, Тёмный Наследник! – Продолжал он, пытаясь схватить руку своего хозяина, по-видимому, собираясь поцеловать.
В ответ на столь раболепные проявления верноподданных чувств, Тёмный Наследник лишь брезгливо поморщился и отнял свои бледные персты.
- Встань, мой верный Сатаннатас. Негоже побратиму самого Отца-во-Тьме так унижаться.
Эльф-демон поднял своего слугу, со слезами на глазах лепечущему все мыслимые и немыслимые слова благодарности.
- Нам следует спешить. Один солдат знает, что мы ушли.
- Да, мой Тёмный Лорд.
***
Ксеграал Эммерибас чувствовал себя скверно. С тех пор, как капитан Эайхас в сопровождении старшины Элдануола покинула расположение отряда, его не покидала тревога и предчувствие неотвратимо надвигающейся беды.
Чтобы отогнать наваждение, часовой принялся беззвучно нашёптывать «Безоблачное небо» - одну из мантр «Тильд сурмэо», которая всегда помогала ему сосредоточиться и справиться с беспокойством – но не сейчас.
Ксеграал открыл глаза, пристально вглядываясь в темноту чащи. Но сколько он не буравил взглядом траурный саван ночных тени, беспричинный страх не только не проходил, а, наоборот, усиливался.
Вконец потеряв душевное равновесие, рядовой встал в боевую стойку, положив правую руку на эфес клинка в полной готовности обнажить его в любой момент.
Внутренности пробрала ледяная дрожь.
Да что же это такое!
В следующий миг он увидел капитана Эайхас и старшину Элдануола. Пограничный страж готов был поклясться, что там, где они появились, ещё за миг до этого ничего не было.
- П-пароль. – Сбивчиво пролепетал часовой.
- Лысый кобольд. - Низко прохрипел старшина Элдануол.
По негласным правилам пароль всегда произносил старший по званию. Непорядок! Этот странный случай не на шутку смутил и насторожил часового. Но не только это. Нечто неуловимое в их облике пугало его до глубины души. Иррациональный страх, подкреплённой безосновательной тревогой, сводил с ума. К своему стыду солдат сильно, почти непреодолимо, желал развернуться спасаться бегством.
- П-проходите. - Заикаясь, промямлил Ксеграал, отдав честь и вытянувшись по струнке.
- Как тебя зовут, воин. - Со странной интонацией произнесла капитан Эайхас.
- Капитан Эайхас, что… Простите...
Рядовой смотрел на неё… и не узнавал, словно перед ним был некто другой. Эта интонация. И выражение лица.
Альвы всевеликие, что всё это значит?
Бросив беглый взгляд на старшину Элдануола, он испытал сходное ощущение. Попытавшись закрыть глаза и усилием воли стряхнуть наваждение, рядовой Эммерибас вдруг понял, что сфокусированно смотрит на покрытый красным лаком заострённый ноготь на пальце эльфийки, который невесть как очутился прямо у него перед носом.