Страница 32 из 412
Ключевые элементы ритуала - два магических кристалла, установленные на деревянные плошки подле головы и стоп юноши: в изголовье - огромный, величиной с кулак алмаз, классической, в форме бриллианта, огранки и восьмигранный обелиск чёрного гагата - у подножия.
Перехватив посох одной рукой, и направив его шар диагонально вниз, хранительница приблизилась к магической фигуре. Некоторое время она внимательно изучала каждую линию чертежа и точность расстановки свечей – для успеха ритуала значение имела любая мельчайшая деталь.
- Лучи звезды идеально симметричны… Их стороны равны… Окружность вписана точно в центр звезды… Даже мельчайшие разрывы в линиях отсутствуют. - Шептала себе под нос чародейка.
В последнюю очередь сведущая в магии эльфийка осмотрела Эрегинда.
- Где его вещи?
- Всё предусмотрено.
Священнослужительница протянула волшебнице тряпичный свёрток.
- Что это?
Ваэртильгвен озадаченно нахмурилась.
- Ветвь демонического каштана с листьями и плодами. Тщеславный мальчишка позаботился о доказательствах своего триумфа.
Урфитея развернула свёрток.
Чародейка брезгливо поморщилась, будто разглядывала не веточку реликтового древа, а дохлую крысу. Затем смущённо улыбнулась:
- А если сорванец в итоге станет твоим зятем?
- Никак не могу взять в толк, и что она в нём нашла? – Жрица скептически поджала губы. – Замфирель слишком эгоистична и властолюбива. Бесполезно аппелировать к её рассудку – девчонка привыкла всегда получать желаемое.
- Почему ты не сожгла эту дрянь?
- Аэллертан сказал, что каштаны будут важной уликой, когда гильдейские ищейки будут проводить расследование.
- Типичный твердолобый бюрократ. Хотя, если честно, формально он совершенно прав. Брось на сундук, где накидка. Пришло время начинать ритуал. Как твои настроение и самочувствие?
- Я… немного волнуюсь.
- Ты когда-нибудь участвовала в ритуалах высшей магии?
- Нет. Мне доступно только сакральное волшебство. Ещё я знакома с основами теоретического колдовства.
- И очень неплохо, кстати. Подготовка ритуала выполнена безупречно. Ты и твой супруг достойны высшей похвалы.
- Спасибо, ваше могущество.
Хранительница погасила посох и прислонила его к стене, затем, закатив широкие рукава одеяния и очень осторожно, не наступая на чертежи, стараясь даже не всколыхнуть огоньки свечей, подошла к одержимому юноше.
- Бедняжка.
Вздохнув, отодвинула веко Эрегинда – и с ужасом отпрянула, увидев налитый кровью белок. Затем осторожно приложила ладонь ко лбу, потрогала пульс на шее.
- Всё ясно.
Столь же осторожно, чародейка вернулась обратно.
- Фита… Если ты не против, если я буду так тебя называть?
Урфитея выразила согласие кивком головы.
- Для ритуала тебе понадобятся кое-какие артефакты.
- То есть? … Гвен, если вы не против.
Жрицу несколько смутил резкий переход на неформальное общение.
- Не стесняйся, дорогая. Сегодня мы равны как гребцы в лодке. Держи.
Ваэртильгвен протянула ей цепочку с амулетом.
- Твоя сарта здесь?
- Что?
Урфитея так внимательно рассматривала диск медальона с вырезанной двенадцатилучевой звездой и вправленным в её центр топазом, что не сразу вникла в суть вопроса.
- Надень амулет. И возьми своё оружие, если оно находится в храме.
- Зачем?
- У меня есть посох и ламен. Помнишь о стабилизаторе? Связующем якорном элементе конфигурации магической энергии? Не бойся, всё должно получиться. Если, конечно, я не просмотрела ошибки в ваших начертаниях. Да шучу, шучу, всё будет хорошо.
- Всё, поняла! Подожди, я мигом!
Урфитея надела амулет и выбежала в центральный зал. Через несколько ударов сердца жрица вернулась с двулезвийной глефой из ярко сверкающей звёздной стали.
- Замечательно. Успокойся и ничего не бойся. Ты со мной и я с тобой. Мощь твоей сакральной волшбы укрепит и поддержит меня, а моё искусство станет твоим непробиваемым щитом в случае любой угрозы. Отбрось все страхи и сомнения, доверься мне.
Ваэртильгвен лучезарно улыбнулась. И добавила сухим и распорядительным деловым тоном.
- Становись в левую окружность, Фита. Очень-очень осторожно! Глефу держи вертикально двойным хватом на уровне груди. Нижним клинком упрись в пол. Да, вот так.
Сама хранительница заняла место на противоположном участке окружности. Легонько прикоснувшись кончиками пальцев к ламену на груди, Ваэртильгвен шёпотом произнесла слово Силы.
По залу пробежала еле заметная, но всё же отчётливо ощутимая вибрация.
- Сосредоточься!
Урфитея закрыла глаза и до побеления костяшек пальцев сжала древко глефы. Черты её лица заострились, застыв алебастровым слепком.
- Готова?
- Да!
Накопленная фигурой мощь, готовая вот-вот вырваться наружу, вызывала настолько мощные возмущения магического фона, что потоки Силы взвихрились круговертью, из ниоткуда задул сильный ветер, развевая полы одежд и волосы эльфиек.
- Держись! Я начинаю! – Голос Ваэртильгвен сорвался на крик.
Но, когда она начала нараспев декламировать заклинание, он был чист, спокоен, могуч и звонок, как шум полноводной реки:
- Ниртоэт реминадан фрааллуин аст каопам салвамдуэ…
Начерченные на полу линии ярко засветились белым и красным, яростно заалели руны и сигилы.
Колдовской ветер приобрёл ураганную силу, окружающее пространство буквально лопнуло, взорвавшись высвобожденной Силой.
Волшебница и жрица стоят прямо и непоколебимо, но по искажённой мимике их лиц ясно: им тяжко, и даже очень.
Одновременно Эрегинд (точнее тёмный дух, завладевший его телом), открыл глаза. Полыхнули свежепролитой кровью демонические очи, от постамента повеяло могильным холодом.
В тот же миг храмовый зал исчез. Эльфийки, постамент с демоном в обличье Эрегинда и магические фигуры зависли в пустой и холодной тьме, вне времени и пространства, но посреди взбесившихся рек Силы.