Страница 314 из 412
***
Эрегинд потерял целый день на восстановление, провалявшись в своём спальном гнезде на дереве. Лечение обошлось мазью и компрессом на затылок.
Локи сказала, что он ещё легко отделался, нередко в подобных случаях происходил перелом шеи или основания черепа, ясное, дело, со смертельным исходом.
Образовавшаяся на шишаке шлема глубокая выбоина от болта стала предметом шуток сослуживцев, мол «железный дятел в макушку клюнул». Ребята, раззадоренные блестящей победой над столь внушительными силами орков, причём совсем без потерь (ещё двое легкораненых не в счёт), смеялись и веселились, вот только самому неудачливому командиру было горько и тошно, и не только из-за злополучного боевого эпизода.
Во время вынужденного отдыха Эрегинда терзали кошмары, смысла большинства из которых, кроме наваждений с участием приснопамятного Сатаннатаса Сатурнуннаса, он не мог понять. Больше всего на свете в тот момент юноша желал участия в жестокой кровавой битве, в огне которой можно было бы растворить тлеющую в душе чёрную злобу, выпустить на волю изголодавшегося внутреннего демона и утолить все горести и печали.
После боя серьёзным дисциплинарным проступком «отличилась» Локи. Рыжая бестия напала на командира егерского батальона, в зоне ответственности которого случился прорыв. Как сама она утверждала впоследствии, чтобы напомнить некоторые прописные истины тактического руководства. При этом сам бедолага признался, что не на шутку перепугался, - разъярённая фурия схватила его за грудки, подняла в воздух, припечатала к дереву и приставила кинжал к горлу, едва не зарезав. Испытал на себе всю тяжесть гнева воительницы и командир полка, которому пришлось в своём штабе в присутствии приближённых офицеров выслушать её гневную тираду. К счастью, егерь оказался мудрым и дисциплинированным командиром. Стоически выслушав её претензии, он пообещал, что такого больше не повторится, что все недочёты в оперативном взаимодействии будут устранены. А позже, когда темпераментная эльфийка ушла, громко хлопнув дверью, на скорую руку состряпал жалобу на неё в армейский штаб. Нетрудно догадаться, что впоследствии «лунноликой» всё сошло с рук, но лорд-кастелян всё равно намекнул скандалистке, что ей было бы неплохо поумерить свой буйный нрав. Само собой, заносчивая плутовка отмела все обвинения с видом оскорблённой невинности.
***
Одна из самых ключевых за всю историю Саороланты битв началась совсем не так, как рассчитывало командование недавно образованной армейской группы. Как говорится, очень часто дела идут гладко, без сучка и задоринки, только на бумаге, в расписанных в радужных тонах диспозициях, на скорую руку состряпанных офицерами-оперативниками в тёплом уюте тыловых штабов.
Вопреки ожиданиям, штурмовые группы захватчиков не обрушились на защитников лесной цитадели на широком фронте, пытаясь просто подавить численно, сломить их силы и волю к борьбе непрерывным натиском. К тому времени машина разрушения имперцев усилиями многотысячной армии людей-рабов почти повсеместно расчистила лесной массив Рощ Изеловры на подступах к Затерянному Мшанику. Теперь орки могли атаковать лесную цитадель в любом месте, вынуждая эльфов на десятки лиг по фронту растягивать свои боевые порядки.
Новая тактика имперских стратегов застала перворожденных врасплох. Образно выражаясь, её можно было назвать методом множества «булавочных уколов», или «тактикой рапиры», когда небольшие отряды, состоящие из стрелков и лесорубов, вторгаются в небольшой участок леса, быстро вырубают и сжигают деревья, одновременно удерживая оборону, сколько хватает сил, а, когда контратаки подоспевших эльфов становятся подавляющими, организованно отступают под прикрытием плотного огня луков и арбалетов.
Кроме того, поразительной неожиданностью, странной и удивительной, стало отсутствие в рядах атакующих мубсахов – огромных волкодавов ужасного вида, свирепых и могучих, словно баргесты – одержимые тёмным духом демонические псы. С чем было связано это новшество, оставалось только догадываться. Ещё в начале вторжения без этих боевых псов не обходился ни один боевой эпизод, начиная разведкой и заканчивая штурмом укреплений.
Атаки следовали слишком часто, как днём, так и ночью, в самых неожиданных местах, даже на скалистых холмах и болотах. Оперативные разработки саоролантийцев исходили из того факта, что орки будут стремиться овладеть равнинными участками леса, где много полян, чтобы в будущем пролагать по ним тыловые коммуникации. Исходя из этого, войска не распределяли равномерно по всей линии обороны, а стремились создать опорные пункты на участках, которые предположительно должны были стать объектом атаки. Ахиллесовой пятой эльфийской тактики была попытка предугадать поведение орочьего командования, пытаясь думать, поставив себя на их место.
А пока полководцы перворожденных ломали головы над тем, где они просчитались, на фронте воцарился полный хаос. Ударные клинья имперских штурмовых отрядов жесточайше терроризировали оборонительные позиции эльфов, словно бесчисленные зубастые головы титанической гидры, которые частыми выпадами терзают жертву, раз за разом отхватывая маленькие кусочки её трепещущей окровавленной плоти.
Просчёты высшего командования, неудачно устроивших боевые порядки вверенной им армии, усугубляла нерасторопность и нераспорядительность среднего командного звена егерского корпуса – всё-таки они были охотниками, но не солдатами, их оперативная подготовка хромала на обе ноги. Предварительные выводы штабных «мудрецов» о причинах неудовлетворительной организации обороны, которая привела к тому, что противник захватил и прочно удерживал инициативу, выиграв множество мелких локальных боёв, заключались в предположении о исключительной эффективности вражеской разведки.
Парадоксальное на первый взгляд умозаключение опиралось на элементарную логику. Действительно, почему атаки предпринимались именно на незащищённых участках, почему имперцы действовали настолько слаженно и умело, словно перед этим проводили учения? Как они смогли добыть столь подробные сведения об организации эльфийской обороны? Вариант присутствия шпионов в штабах, если предположить, что они были тёмными эльфами, был исключён: армейская ставка находилась под пристальным контролем мракоборца Геррауса Грегестана. Поэтому логичным было предположить, что «кроты» серокожих засели не в армейском управлении, а притаились в дебрях прифронтовой полосы. А раз так, то на любую разведку может найтись и контрразведка.