Страница 247 из 412
Из-за продолжающегося обстрела земля ходила ходуном, едкий дым разъедал глаза, катастрофически сократив видимость.
- Альвы всемогущие…
Оллентайн, которого братья по оружию за неукротимый боевой дух и безграничную отвагу прозвали Стальным Сердцем, опустил меч и с опустошённым видом обозревал преддверие надвигающейся катастрофы.
Горстка бойцов, едва ли три с половиной дюжины, не считая восемнадцати лучников, должна удержать позицию в шестьсот двадцать шагов от одновременной массированной атаки с фронта и флангов. Тараны из трёх штурмовых колонн, примерной численностью в полторы сотни бойцов, неминуемо должны смять столь слабые силы защитников лесного форта.
Сейчас существенным подспорьем могли бы стать дротики, но их запас иссяк ещё позавчера. Очень часто именно частыми бросками метательных копий пограничники буквально сметали малкоратцев со склонов вала. Выручить могли также пикинёры и руэнхалги, но их подход станет возможным только после прекращения обстрела.
- Почему молчат катапульты?
Эрегинд в смятении схватился за голову и обернулся, сквозь слёзы разъедаемых дымом глаз вглядываясь в сплошную пелену клубящегося чёрно-серого тумана. За ним часто-густо грохотом отдавались мощные разрывы огненных снарядов, пламенными сполохами пробиваясь сквозь разрывы в курящейся столбом смолистой гари.
- Потому что они замолчали навсегда.
- Нет, не может быть… О, Тэлс!
Эрегинд обернулся, чтобы возразить и увидел душераздирающую перемену в облике лучшего друга. Дорожки из слёз проторили тонкие линии на его закопченном лице, губы дрожали, а зрачки почти без остатка поглотили радужины глаз. Пошатываясь как пьяный, Тэлс приблизился к побратиму, став лицом к лицу. По его виду можно было подумать, что испытанный сталью, огнём и кровью закалённый боец вот-вот разрыдается.
- Эрги.
Он схватил товарища за плечи и пристально заглянул в глаза.
- Поклянись мне!
- О чём ты…
- Ребята, орки слишком близко! Сейчас не время выяснять отношения, или что ещё там у вас затевается!
Олли как старший по званию не мог не вмешаться в этот разговор, совершенно неуместный в данной ситуации.
- Уже не важно…
- Заткнись, Олли! Неужели ты ничего не понимаешь и ни о чём не догадываешься!?
Взор Тэлса затмился невыносимой мукой, он крепче сжал ладонями плечи Эрегинда.
- Поклянись мне, что позаботишься о Нали.
- «Откуда тебе знать, что я тоже выживу?»
Хотел спросить Эрегинд, но слова комом застряли в горле. Земля ушла из-под ног, взор застила мутная пелена, сердце окаменело, душа затрепетала пойманной в силки добычей, и он словно провалился сквозь пространство и время сквозь границы яви, вновь воочию узрев торжествующий взгляд демона, наяву услышав его мрачно-зловещий торжествующий смех.
- «Ты будешь мёртвым при жизни… навеки проклят и обречён даже при свете солнца видеть беспросветный мрак ночи».
Он, конечно же, всё понял, ясно и недвусмысленно. Тэлс никогда не рассказывал, что он и Нали пережили в Элкирнском лесу той роковой ночью. Его собственные воспоминания обрывались в тот момент, когда демон сковал его судьбу печатью проклятия. Но ему даже не пришло в голову спросить об этом. Слишком свежа была душевная рана, чтобы раз за разом посыпать её солью. Эрегинд предполагал, интуитивно догадывался, что Тэлсу открылись порождённые проклятием события будущего. И там не было ничего, кроме смерти.
- В БОЙ! В БО-О-ОЙ! В АТА-А-АКУ-У-У!
Капитан Гидрадэон где-то неподалёку хрипло рычал раненым зверем, первым бросившись на перемахнувших брустверную насыпь орков.
- ЛОЖИСЬ!
Друзья не успели понять, как оказались на земле, услышав гудящий присвист пролетевшего над ними предмета. Это Олли блестяще среагировал на брошенный штурмовиком метательный топор и повалил обоих на землю. В следующий миг, в неразличимо краткий удар сердца, он молниеносным колющим выпадом заколол спрыгнувшего на парапет орка, насадив его на келеннаун. Удар был нанесён с такой силой, что навылет пробил ламеллярный кожаный панцирь малкоратца, обшитый ромбическими стальными чешуйками. Клинок накрепко застрял в теле агонизирующей жертвы, исторгающей реки тёмной крови, извлечь его из раны с первого раза не удалось.
Эрегинд привстал на одно колено, левой рукой обхватив плечи Тэлса и, заглянув в полные боли и смертного страха зеницы лучшего друга, проникновенно произнёс:
- Если тебе суждено погибнуть, я уйду вместе с тобой.
Взор Тэлса потрясённо прояснился, лицо просветлело, с него схлынула смертная тоска. От избытка чувств он не мог говорить, но его глаза лучше всяких слов выражали искреннюю благодарность и неимоверное облегчение, словно в этот неразличимо краткий миг развеялся тяготивший над их судьбами морок проклятия:
- «Спасибо, брат, я никогда в тебе не сомневался. Да будет лёгким наш путь в Эйренна Дойрематум».
А затем роковой приговор, вынесенный им демоном, начал приходить в исполнение.
- А-А-А-А-А-А-А-У-У-У-У!!!
Душераздирающий предсмертный вопль разорвал воздух, леденящая душу песнь агонии сковала сердца друзей мертвящим ужасом. Вечность застыла мимолётным слепком бытия, словно сфокусированный в капле отблеск света.
Тэлс и Эрги вскочили на ноги, надеясь, что это случилось не с их товарищем.
- ОЛЛИ!!!
Увы… Старшина, не успев с первого раза высвободить клинок из трупа поверженного врага, таким образом, как бы подписав самому себе смертный приговор. Второго шанса судьба ему не предоставила, эта оплошность стоила жизни жениху Монфиэсты.
В момент, когда Оллентайн уронил бездыханное тело наземь, чтобы освободить меч, на него с бруствера спрыгнул орк-мечник, атаковав в прыжке на лету. Одновременный двойной удар палашей-уклогугов разрубив плечи до самых ключиц, перебив подключичную артерию.
Лицо погибающего героя мгновенно залили фонтаны крови.