Страница 209 из 412
Весь взор Эрегинда заполнили пламенеющие очи...
Звонкий металлический стук вдребезги разбил мёртвую тишину.
- Доигрался, индюк надутый! Готовься, я уже иду!
- «Хвала альвам! Тэлс, как же ты вовремя»!
Канал ментальной связи, установившейся между охотником и жертвой, распался.
Магическое пламя меж ладонями колдуна мигнуло и погасло. На неподвижно-каменном лице, скованном предельной магической концентрацией, не дёрнулся ни единый мускул, только ярое злато очей потускнело, будто переплавившись бросовой медью.
Облик псевдо-эльфа подёрнуло призрачной волной, словно перед ней прошёл поток раскалённо дрожащего воздуха, развеявший мираж.
Раздался сдавленный рык, полный горького разочарования, словно из пасти голодного зверя, упустившего столь желанную добычу.
Наваждение развеялось без остатка.
- НЕ ПОДНИМАЙСЯ ЗА МНОЙ, Я УЖЕ ИДУ!
Чудом спасённый счастливчик мигом оказался у края крыши.
- НАЗАД! НЕ ЛЕЗЬ! Я УЖЕ СПУСКАЮСЬ!!!
- Чего орёшь, как резаный? Стража услышит.
Таэлнас уже упирался ногами в стену, собираясь карабкаться наверх.
- Спустись, немедленно! Ради всех альвов! Я сейчас брошу свой крюк. Закрепи его и держи!
- Что там с тобой, демон побери, произошло!
- Не время для лишних вопросов! Просто делай, что я говорю! Брат, умоляю.
- Совсем крышу снесло. – Тэлс поворчал немного под нос, но быстро спустился.
- Кидаю, лови!
Не оглядываясь, юноша отрезал верёвку крюка Тэлса и достал свой.
- Готов!
Крюк полетел вниз, ловко пойманный в полёте. Ещё три удара сердца – и верёвка натянулась в руке, задрожав от напряжения. Завязав её узлом на поясе, он устремился вниз в бреющем полёте, по дуге пролетев напротив окна коридора на втором этаже. Его проводили недоумённым взглядом двое озадаченных лиц, случайно пялившихся в окно. Раз, два, три – эльфу удалось погасить инерцию раскачки в крайних точках размаха маятника, зацепившись ногами за выступающие фрагменты бутовой кладки стены.
- Помогай мне! Тяни!
Ругаясь на чём свет стоит, Таэлнас поднапрягся, подтягивая верёвку на себя. Это позволило Эрегинду в кратчайший срок добраться до подоконника. За миг до края спасительного отлива, высоко наверху, у кромки капельника крыши, мелькнуло перекошенное бешеной яростью лицо с жёлтыми волчьими глазами.
- Ты мой спаситель!
Лучший друг обхватил его корпус мёртвой хваткой и втащил внутрь.
- Забери мою душу умертвие, что случилось? На тебя с неба упал дракон?
- Меня только что едва не заметил сам полковник!
Эрги солгал на одном дыхании, не моргнув и глазом, на ходу придумав эту безобразную чушь. К счастью, Таэлнас после доброй порции «Василиска» соображал слабо.
- Ну и хвала альвам! Хватит по крышам шляться, лучше выпей.
Прямо перед носом Эрегинда возник тот самый шкалик. Только вина осталось едва на глоток.
- За старых закадычных приятелей и новых боевых друзей! Наше боевое братство выдержит любые испытания!
- Дельно говоришь, брат. Так выпьем ещё!
К товарищам с бутылкой «Русалки» присоединился Олли.
***
Очередной кошмар сменился следующим.
Эрегинду приснилось, что он в смятении метался по казарме с криком «Орки! Тревога, орки! К оружию, на нас напали!», пытаясь разбудить товарищей, не желавших никак просыпаться и вставать.
Как ни странно, в круглосуточно освещаемой янтаринами комнате царил бархатный полумрак, вскоре резко сменившийся полившимся из окон мертвенно-бледным светом луны, открывшим неописуемо жутую картину.
Спящие бойцы оказались обескровленными мертвецами с выпученными рыбьими глазами и перерубленными глотками, зияющими разверстыми провалами.
Не в состоянии даже продохнуть, страдалец как в калейдоскопе обозревал чудовищный натюрморт, пока все окна и двери разом не распахнулись, и из них внутрь не ворвались водопады крови.
В тот же миг раздался сигнал побудки.
Задыхаясь и едва ли не в голос вознося литании Вентоле, Эрегинд вскочил с кровати и оделся первым, да напрасно: их уже ожидали новенькие комплекты оружия и снаряжения.
Выдачу проводили под стенами казарм, прямо из беспорядочно расставленных сундуков. Вещи примеряли там же, несмотря на холодный сырой ветер.
Хаос и неразбериха длились долго, но к обеду все до единого бойцы щеголяли в новеньких доспехах и любовались оружием – даже стандартные однотипные клинки казались неискушённым юнцам подлинными шедеврами.
- «Разве он не прекрасен»? – Благоговейно думал Эрегинд, любуясь отбесками на смертоносных гранях лезвий и нежно поглаживая подушечкой указательного пальца плоскость клинка.
Келеннаун, полуторный меч пограничной стражи, имел прямой клинок в два локтя длиной и три с четвертью дюйма шириной, линзовидный в поперечном сечении, тонированный смолой для маскировки блеска. Бритвенно-острое лезвие едва заметно расширялось в верхней половине меча, ближе к острию. На его плоскости вогнутым гребнем выделялось ребро жёсткости, обрамлённое с обеих сторон двумя узкими глубокими долами.
От одного взгляда на эфес перехватывало дыхание. Он был настоящим шедевром оружейного искусства.
Дужки гарды напоминали длинные узкие топорища, от края до края, с обоих сторон пересечённых надписями: «Я КЕЛЕННАУН ИЗ РОДА ЛИРКАБАВАЛ» и «УЗРИТЕ СВЕТ ПОРОЖДЕНИЯ НОЧИ». На перекрестье сиял синий аметист с золотистыми прожилками. Рукоять вереновидной формы крест-накрест переплетена полосками синёной кожи, навершие в форме бриллианта, на перекрестье – щиток с позолоченым гербом пограничных войск.
Повинуясь неосознанному наитию, юноша осторожно обхватил рукоять и отдал салют мечом, как перед фехтовальным поединком, затем неловко прокрутил клинок в воздухе.
Затем настала очередь хоксхефа - S-образно изогнутого кинжала с клинком в пол-локтя, нефритовой рукоятью и латунным оголовьем в виде клыкастой морды вепря-секача, на голомени выгравирован орнамент из сплетающихся змей.