Страница 46 из 76
— О боже, — она обхватила себя одной рукой за талию, а другой прикрыла рот. — Прости меня, Вера. Это просто ужасно. Какая стадия?
Я прочистила горло и постаралась не дать вечно пузырящимся слезам вырваться наружу.
— Четвёртая. Он почти завершил свой первый курс лечения.
Рука Джо скользнула к её подбородку.
— Они подарили ему надежду?
— Не уверена, — честно ответила я. — Сначала нам ничего не говорили. Его врач и онколог дали понять, что он вполне может планировать свои похороны. Но с тех пор, как он начал лечение, они перестали относиться к нему как к ходячему трупу. Мы просто ждём. Я не знаю, что будет дальше.
— Мой муж, Мак, умер от рака толстой кишки.
— О, нет. Примите мои соболезнования.
Она отмахнулась от меня.
— Это было много лет назад. Ещё до того, как Киллиан стал жить со мной. Я просто говорю, что рак — это мстительная тварь. Мне жаль, что тебе приходится смотреть, как кто-то, кого ты любишь, проходит через это.
Я была успокоена её кратким, но искренним утешением. Я обнаружила, что большинство людей не знали, что сказать или как ответить, когда мы сбрасывали бомбу. Джо же сразу перешла к делу. Рак — отстой. На самом деле не было никакого другого способа ответить, кроме как признать это.
— Спасибо,— сказала я ей. — Мне всё это ненавистно.
Она натянуто улыбнулась мне и указала на клубнику.
— А теперь давайте перейдём к делу. Я уверена, что ты здесь, чтобы обокрасть меня. Я ненавижу откладывать удовольствие.
Я рассмеялась, думая, что она шутит, но её лицо осталось каменным, так что я не знала, что и думать. Она зашла за прилавок и начала что-то искать. Я посмотрела на Киллиана в поисках помощи и обнаружила, что он уже смотрит на меня.
Он был неподвижен, как статуя, тих и напряжён, собран как змея, готовая напасть. Я отступила, не понимая, в чём проблема. Или почему он так на меня смотрит, будто не может решить, что со мной делать.
— Ты должна была мне сказать, — в его голосе не было ничего, кроме стали и гравия, сдержанной агрессии и холодного контроля.
Зато вот мой голос превратился в хриплый шёпот, по большей части смущённый, но и до неприличия польщённый.
— О моём отце? — Он кивнул. — Эта тема никогда не поднималась. Я даже не представляю, когда бы сказала тебе об этом.
— Я бы не стал...
Я закатила глаза.
— Да, ты бы стал. Даже не притворяйся, что ты относился бы ко мне иначе.
Он скривил губы, теребя бороду с одной стороны.
— Возможно. Но я мог бы быть добрее в том, как вел себя.
— Ну, теперь ты знаешь. Теперь я буду ждать цветов и шоколада, а не гадкие записки, нацарапанные на обратной стороне бланков для заказа.
Его ухмылка растянулась в широкую улыбку.
— Сомневаюсь, что критика прекратится. Но мы можем поработать с шоколадом. Это звучит справедливо.
Прежде чем я успела придумать остроумный ответ, Джо прервала меня. Она держала калькулятор в руке.
— Ты хотела клубнику? Или что-то ещё привлекло твоё внимание?
Я снова пробежалась взглядом по её продукции.
— Я понимаю, почему ты не захотел покупать у того парня, — сказала я Киллиану первой. — Вижу разницу.
Киллиан постучал указательным пальцем по деревянному столу.
— Джо знает свою работу. Она снабдит тебя всем, что нужно.
Я вступила в разговор с Джо, торгуясь так же, как она меня обвиняла. Я поняла, что Киллиан не остановил меня от покупки перца, потому что у Джо не было такого выбора. Хотя её салат был лучше того, что я уже купила. В конце концов, я забрала у неё всё, что мне было нужно на выходные, кроме мяса и сыра.
К тому времени, когда Киллиан попрощался с Джо и помог мне донести все мои покупки до машины, я уже успела потратить приличную сумму денег. И меня это вполне устраивало. Сегодня я чувствовала себя лучше, чем когда-либо за долгое время.
Я больше не чувствовала себя полностью обездоленной. "Гурманка" зарабатывала достаточно денег для того, чтобы постоянно вкладывать прибыль в еду, коммунальные услуги и рекламу в социальных сетях.
Если бы я жила сама по себе и должна была оплачивать эти расходы или арендовать место для фургона, я могла бы оказаться в неустойчивом положении. Благодаря семье я могла инвестировать немного больше в каждые выходные. И это было приятное чувство.
Я не провалилась и не прогорела.
Пока что.
— Тебе нужна помощь с покупками? — спросила я Киллиана, когда он положил последний пакет органических вкусностей в багажник и захлопнул его.
— Джо доставляет всё прямо в "Лилу", — объяснил он. — У меня с ней договоренность. Она знает, что мне нравится.
Я прислонилась бедром к пассажирской двери.
— Должно быть, здорово быть великим Киллианом Куинном.
— Эй, у нас у всех есть службы доставки, — заметил он, подразумевая коммерческие кухни. — У меня просто самая лучшая.
— Значит, приёмная мама, да? — это был не совсем деликатный вопрос, но я была слишком любопытна, чтобы изображать из себя тактичную.
Он прищурился, наблюдая за тем, как рынок закрывается.
— Да, та, с которой я, в конце концов, и остался.
— Что ты имеешь в виду?
Он опустил взгляд на меня, и мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоить свои расшатанные нервы. Как я могла увлечься кем-то настолько серьёзным и сильным, как Киллиан? Как я могла даже подумать о мужчине, столь похожем на моего бывшего? По крайней мере, поверхностно. В этом не было никакого смысла.
Должно быть, со мной что-то не так.
— Это история для другого раза, — ответил он. — Всё довольно драматично, и я пока не хочу тебя пугать.
Я проглотила разочарование и скрыла свою реакцию сарказмом.
— Слишком поздно.
От его кривой улыбки мои внутренности растаяли.
— Но мы должны найти время, чтобы поговорить об этом. Я расскажу тебе все кровавые подробности своего детства, а ты расскажешь мне о своём отце. Нам даже не нужно говорить о еде.
Земля провалилась подо мной, и я удивилась, что мне не пришлось размахивать руками, когда я восстановила равновесие.
— Ты приглашаешь меня на свидание?
Он приподнял одно плечо.
— Да, свидание. Это может оказаться забавно.
Я облизала пересохшие губы и пожалела, что не могу сделать шаг назад.
— Как бы забавно ни звучали разговоры о моём больном отце и твоём травмирующем детстве, я... я не могу.
Его низкий голос смягчился, но мягким отнюдь не стал. Осторожный. Контролируемый. Любопытный.
— Не можешь?
Его хмурый взгляд, ровный голос, пугающие татуировки, которые делали его намного круче, взволновали меня. Я не знала, как объяснить ему, что дело не в нём. Дело во мне. Это всё из-за меня. Но было слишком много тайн, которые сопровождали эту истину. Если я расскажу ему об этом, мне придётся рассказать ему всё. И я не была готова к этому.
Он хотел сохранить своё прошлое в тайне.
Я тоже этого хотела.
— У меня только недавно закончились отношения, — храбро заявила я. — Всё закончилось плохо. Я ещё не готова к чему-то новому.
— Я не прошу тебя выйти за меня замуж, — возразил он. — Просто выпить. Разделить со мной трапезу. Поговорить. Ничего сумасшедшего.
Боже, я хотела сказать "да". Да — на все пункты. На выпивку, еду, разговор... на него. Я хотела его.
— Я знаю, — пробормотала я.
Я почувствовала, как в груди образовался надлом, тонкая трещина, которая змеилась от грудины до пупка, начало перелома, который обязательно расколет меня. Но я уже давно перестала верить в то, что поступаю правильно.
Я не могла сейчас сдаться.
Я не могла потерять всё, что так старательно пыталась вернуть.
— Мне нужно больше времени, — сказала я ему тонким от отчаяния голосом. Мне нужно было, чтобы он понял. Отступил, пока я не сдалась под лёгким давлением его интереса. — Прости, просто это были очень плохие отношения. Как бы это сформулировать? Кровопролитными.
Вот только я имела в виду это в буквальном смысле.