Настоящее

— Интуиция и немного логики! — самодовольно заявил Рома и огляделся. — Тебя не оказалось дома под вечер и, поскольку я должен был вернуться только завтра, а ты ненавидишь спать одна, я пришёл к умозаключению, что ты сегодня решила не спать вовсе. Очень в твоём духе… Это ведь тот клуб, куда ты затащила меня на наше первое свидание, верно? Я проспорил, кто из нас выиграет в полуфинале, и ты выбирала место, — с довольной улыбкой вспомнил он. — Ты была такая вредная!

— А ты — слишком довольным для проигравшей и покалеченной стороны! — задиристо парировала Сашка.

— Но разве я не заработал тогда пару очков на твоей жалости? — Рома подсунул к ней лицо и кокетливо захлопал пушистыми ресницами.

— Не смешно! Тебя так приложило… — помрачнела Сашка, отворачиваясь. — Просто чудо, что у тебя хватило ума не слушать вашу двинутую Венлинг и подстраховаться Ойойойсом перед матчем.

Рома только беспечно отмахнулся.

Диджей за пультом сменился, и теперь под электрогитару и ритм барабана из множества колонок рубило надрывное русское:

«Память о тебе, как жвачка в волосах

И, видимо, слишком глубоко в башке застряли корни

Холодно в аду, нечем дышать на небесах

Вселенной больше нет, но я о ней зачем-то помню!..»*

От другого конца стойки к ним подошла барменша — молодая на вид ведьма с вороными, слегка вьющимися волосами, из которых змейками выныривали несколько тёмно-зелёных прядей — и деловито поинтересовалась, кивнув на пустой бокал напротив Сашки:

— Ещё чего-нибудь?

— Ага, — Бейбарсова уложила локти на стойку и подалась вперёд. — Мне ещё один «Труп невесты», а ему — «Труп жениха»!

Барменша вздёрнула тонкую, проколотую пирсингом бровь и усмехнулась:

— Поздравляю. Но нет такого коктейля — «Труп жениха».

— Она знает, — весело заверил Рома, снова подперев ладонью подбородок. — Мне сок, пожалуйста. Апельсиновый. Большое спасибо!

— Большое спасибо! — эхом пропела Сашка, то ли передразнивая его, то ли всерьёз.

Ведьма с пирсингом оглянулась, отходя от них.

— Та-ак, ну всё: прекрати, пожалуйста, флиртовать с барменшей! — рассмеялся Рома.

— Я не флиртовала! — возмутилась Сашка и после паузы, сощурив густо обведенные чёрным глаза, лукаво добавила: — Ну, может, совсем чуточку… Не специально! Она симпатичная и брутальная. Но какая разница?!.. Потанцуешь со мной?

Рома вскинул брови.

— А что, напитков ждать не будем?

— Напитки подождут нас! Ты вообще сколько раз бывал в магических клубах?

— Столько же, сколько и в обычных: два, — невозмутимо ответил Рома, за руку увлекаемый Сашкой к танцполу. — Сегодня второй, а первый — тогда, с тобой на свидании.

Бейбарсова громко вздохнула, лавируя в толпе и буксируя за собой жениха.

— Это объясняет, почему ты так ужасно танцевал!..

— Я ужасно дрыгался, — с готовностью признал Рома, поднимая руку и прокручивая Сашку под ней, — но с танцами у этих телодвижений мало общего! Ты же знаешь: на уровне виртуоза я топчусь на месте под тягучие гитарные баллады, а ещё могу вальс и…

Сашка скривилась.

— Ага, умничка. Но вальс оставь для свадьбы! — перекричала она снова во всю мощь ударившую по ушам музыку и, вскинув руки, запрыгала вокруг Ромы, изгибаясь под бит.

Накамура, смеясь, неловко затоптался на месте, то и дело изображая руками какие-то странные движения и получая случайные тычки по спине и ребрам от отплясывающих вокруг магов и вампиров. Сашка как-то ухитрялась не на кого не налететь в густой толпе, хотя, казалось, вообще об этом не заботилась. Её длинные волосы разлетались, а ноги едва-едва касались пола.

— Никак не могу понять: как ты можешь так беззаботно скакать на таких каблуках? – спустя четверть часа возвращаясь с ней к бару, недоумевал Рома, указывая на её новенькие замшевые сапоги. Он успел запыхаться даже при том, что не так уж и «оторвался», а вот Сашке было хоть бы хны!

Ведьма пожала плечами.

— Они очень удобные!.. О, смотри: тролль-вышибала выкидывает с наших мест пару гоблинов!.. Ой, кажется, один успел плюнуть тебе в сок, — сочувственно скривилась Сашка и сделала глубокий вдох: — Обожаю это место! Кстати, ты покормил кота? Кажется, я забыла…

— Да, я так и подумал, когда он повис у меня на штанине и начал истошно орать, — рассмеялся Накамура. — Хотя на его запасах жирка, уверен, Контрабандный смог бы выживать ещё пару месяцев, не испытывая никакого дискомфорта. Может, посадим его на диету?

— Нет! Я не собираюсь морить свою кису голодом специально. Мы будем любить его таким, какой он есть! — безапелляционно распорядилась ведьма, плюхаясь на освобождённый вышибалой стул.

— Безусловно. Только таким, какой он есть, его сделали как раз вы с Юрой, — как бы между прочим заметил Рома, аккуратно отодвигая от себя апельсиновый сок, отныне содержащий дополнительные ингредиенты.

Сашка угостила его своим коктейлем.

— Тем более!

***

— Класс! Очень красиво! Мне нравится, — энергично одобрил Юра с маленького пухлого диванчика, установленного в одной из задних комнат лысогорского свадебного ателье.

— Ещё бы: ты же сам фасон выбирал! — с широкой усмешкой фыркнула Сашка, вертясь на месте перед большим овальным зеркалом на подставке.

Вертеться было не так-то просто: юбка свадебного платья была не просто в пол, но ещё и со шлейфом, и какая-нибудь менее ловкая ведьма, чем Сашка, в ней наверняка бы уже запуталась.

— Потому что ты собиралась зайти в ближайший магазин и купить «первое, которое сядет, не как попона на скелет лошади». Ты не будешь выходить замуж в первом попавшемся! Моя сестра заслужила исключительно шикарное платье вроде этого, сшитое специально для неё, — выразительно жестикулируя, объявил Бейбарсов, выпрямляя спину.

— Не отпирайся, я знаю: тебе оно тоже нравится, — расплылся он в самодовольной ухмылке.

— Нравится! — любовно вздохнула Сашка, проводя ладонью по длинному кружевному рукаву до открытого плеча, где он обрывался, сливаясь в одну линию с овальным декольте.

У платья, сшитого на заказ, определённо имелись преимущества перед теми, что она мерила неделю назад: каким-то образом оно сидело на её костлявой фигуре так, что та вовсе не казалась костлявой, да и вообще становилась похожей на, собственно, фигуру. И она любила не повседневные и красивые наряды. И ещё в данный момент любила Юру, очень: за то, что, кажется, он больше переживал, как пройдёт её свадьба, чем за свою собственную несколько лет назад.

— Но мне не нравится его цена, — цокнула она языком. — Как у них совести хватает столько с людей драть?!

— Как ты вообще узнала, сколько оно стоит? — Юрино лицо изумлённо вытянулось.

— Я-то без понятия, сколько — но ты только что подтвердил, что реально дохрена! — ткнув в него накрашенным черным лаком ногтем, выразительно заметила сестра. — Ну пожалуйста, давай хотя бы напополам заплатим! Так нельзя…

— Льзя!

— Блин, ты такой противный!

— Меня зовут Юра.

Бейбарсов расхохотался и, откинувшись назад, поднял руки, закрывая ими лицо, когда Сашка подскочила и, подобрав белоснежные, кое-где мерцающие в ярком свете помещения юбки, попыталась избить его ими. Платье громко зашуршало.

— Тихо-тихо, порвёшь же! — Юра изловчился, ухватил Сашку за тонкую талию, развернул и дёрнул её назад, повалив рядом на диван.

В этот момент открылась белая с декоративной позолотой дверь и в комнату заглянула сотрудница ателье.

— У вас всё хорошо?

Близнецы, хихикая и поджимая губы, молча продемонстрировали ей большие пальцы.

— Тогда я снова приглашу портниху. И к вам тут пришли, — махнула рукой сотрудница, удаляясь.

Её каблуки зацокали по коридору, а в дверь просунулась голова Ромы — с закрытыми глазами.

— Эй, кто тебя впустил?! — возмутился Юра. — Тебе смотреть нельзя!

— Так я и не смотрю: честно! — заверил Накамура, — Просто меня уже отпустили, и мне скучно. Вы, ребята, ещё долго? — взмолился кицунэ.

Сашка поднялась с дивана и с шорохом оправила ткань шлейфа. Голова Ромы заинтересовано склонилась набок.