Настоящее

Её душу как будто выкорчевали из земли, словно куст, и заново воткнули на старое место, едва-едва притрусив корни землей. И она готова была упасть от любого сильного порыва ветра.

— Чудно! На то был и расчёт, — улыбнулась Зара и сверкнула чёрными, ониксовыми очами. — Но ты заглядывай ещё, коль захочешь повторить.

Сашка, ощущая, как накаляется её магический перстень, переборола в себе безрассудный порыв накинуться на Зару и если не проклясть, так расцарапать ей лицо. Вместо этого ведьма сорвалась с места и, проскочив мимо цыганки, кинулась к выходу из лавки.

— Уже уходишь? — насмешливо неслось ей в спину. — А как же свечи, а? Ты ведь за ними пришла!

Дверь хлопнула. Сашка выскочила из проулка и, ощущая, как перекинутая через грудь сумка колотит её по бедру, пробежала целый квартал прежде, чем перейти на шаг и постепенно его замедлить. К тому времени она уже успокоилась. Потрясение сгладилось, лживые образы лишенной печалей жизни, навеянные колдовством цыганки, потускнели, словно сон. В груди всё ещё болело — но уже не кололо, не сжимало: просто ныло. Фоново, переносимо.

«Всё в порядке. Это пройдет, — непроизвольно поднеся руку к шее и сжимая в кулак монетку-амулет, повторила себе Сашка. — У меня всё хорошо».

Она поправила лямку сумки, пропустила мимо пожилую ведьму в крысином манто, крутящую педали древнего одноколесного велосипеда, и на перекрёстке свернула на соседнюю, менее оживленную улицу. На ходу резинкой с запястья завязала длинные спутавшиеся волосы на макушке и зашла в рыбную лавку купить вкусностей для Контрабандного.

Из рыбного, от души поругавшись с продавцом, в лучших традициях Лысой горы пытавшимся надуть её на целых двадцать дырок от бублика, Бейбарсова вышла только пятнадцать минут спустя. Пряча в сумку кулек с рыбой, вперёд она не глядела и в результате налетела на чью-то спину.

В следующее же мгновение её схватили за куртку, пихнули и прижали к указательному столбу у края тротуара, надавив локтем на горло.

— Стоп! — ошарашенно моргнув, прохрипела Сашка, поднимая руки ладонями вверх и изучая косым взглядом лезвие маленького складного ножа, опасно соседствующее с её сонной артерией.

Нож ещё несколько секунд в нерешительности поугрожал ей, а затем Сашку отпустили.

— Ну, допустим, извини, — нехотя произнесла девица в кожаной куртке, складывая нож и засовывая его в задний карман тёмно-зелёных джинс. — Я думала, это вернулся уродец, который только что пытался угнать мой байк. И это пятый раз на неделе, между прочим. Ну что за мерзкий городишко! — досадливо скривилась она, хлопнув по бокам руками.

Сашка, сложив свои на груди, обежала любопытным взглядом припаркованный на тротуаре мотоцикл. В мотоциклах она совсем не разбиралась, но готова была признать, что даже при своих небольших размерах выглядел он внушительно: черный, хромированный, ухоженный, с большим баком. Красивый, в общем, за неимением другой характеристики, которую она могла бы ему дать.

— Хах, а ты что, только на Лысую гору перебралась?

— Нет. Я здесь уже долбанную вечность. Это не делает её менее мерзкой! — отрезала ведьма, садясь на корточки перед мотоциклом и зачем-то осматривая фару.

Прическа у неё была классная: тут и там вьющиеся вороные локоны, среди которых иногда выныривали тёмно-зелёные пряди. А ещё Сашка заметила пирсинг на левой угловатой брови.

— Слушай… — подозрительно щурясь, протянула Бейбарсова. — А ты случайно не работаешь в ночном клубе тут неподалеку?

— Только подрабатываю, — не оборачиваясь, буркнула другая ведьма.

— А работаешь где? — автоматически заинтересовалась Сашка.

— В библиотеке, — последовал максимально неожиданный ответ.

Бейбарсова вскинула брови:

— На Лысой горе?

— Нет, на Марсе!

Сашка хмыкнула.

— Надо же… Я живу в городе пять лет и до сих пор не знала, что тут есть библиотека.

— Никто не знает. Поэтому там никогда никого нет, и именно поэтому я там работаю, тупица! — выпрямившись, раздраженно обернулась к ней собеседница и с чувством прибавила: — Ненавижу людей.

— Но ты подрабатываешь в клубе, язва, — не осталась в долгу Сашка и выразительно уточнила: — Там много людей.

Другая ведьма пожала плечами.

— Ну, пару раз в неделю за хорошее денежное вознаграждение я готова притвориться, что мне не хочется отгрызть кому-нибудь лицо.

Сашка не удержалась от провокационной усмешки:

— Моё лицо всё ещё на мне.

— Я не голодная, — отрезала собеседница.

Сашка расплылась в улыбке и расслабленно прислонилась лопатками к деревянному столбу, к которому её ещё недавно так бесцеремонно пригвоздили.

— Забавно. Ты напоминаешь мне одну знакомую в её худшие годы. Но только она была угрюмая, а ты прямо… злобная.

Хозяйка байка, боком присев на его сидение, издала странный смешок.

— Ещё не встречала кого-то, кого бы это так восхищало. Ты садомазохистка?

— Нет, просто сочетание имени с характером прикольное. Тебя же зовут Света. Ну, Светлана.

Собеседница насторожилась.

— Откуда ты?..

— На твоём бейдже было написано. Я вспомнила. Я видела тебя в «Седьмых петухах» в эту среду. Ты ещё смешала мне «Труп невесты» — нормальный, а не разбавленный газировкой в два раза, как тут обычно делают, и даже не спросила, есть ли мне уже восемнадцать, — скривилась Сашка. С её детскими чертами лица её до сих пор принимали за несовершеннолетнюю, и это раздражало больше, чем льстило. — Я приятно удивилась.

— Значит, ты мне понравилась. Я мешаю по рецепту только тем, кто мне нравится, остальным разбавляю в три раза, — дернув плечом, сообщила Светлана и, перекинув ногу через сидение, уселась на мотоцикл уже по-нормальному.

Сашка отлепилась от указательного столба.

— Меня зовут А-

— Я в курсе, — незаинтересованно перебила её Света, одергивая куртку. — Я смотрю драконбол. Ты играешь за «Лысогорских комет».

Бейбарсова кивнула, хотя Светлана, очевидно, в подтверждении этой информации с её стороны не нуждалась. Затем дёрнула кончиком тонких губ.

— Так когда, говоришь, у тебя следующая смена?

— Я молчала.

Света со щелчком убрала подножку, выжала сцепление. Взревел мотор.

Сашка вздохнула, признав поражение, и, не видя смысла формально прощаться, уже пошла по тротуару в противоположную сторону, когда Светлана, закусив щеку, обернулась через плечо:

— В воскресенье. Приходи: у нас будет исключительно тупорылая шоу-программа и отвратительный диджей! — неопределённо махнув рукой, добавила она.

Затем мотоцикл с ведьмой сорвался с места, пропылил по грунтовой дороге куда-то в сторону рынка и исчез за поворотом.

Сашка довольно растерла шею руками. На душе ещё чуть-чуть полегчало, и думалось уже всё больше не о Заре и её жестоких фокусах, а о предстоящем воскресенье.

Жизнь снова входила в привычную колею. Не идеальная жизнь. Зато настоящая.

Комментарий к

*(с) Noize MC — Жвачка