Страница 9 из 122
— Например, шапку-ушанку и валенки, — выстукивая зубами что-то подозрительно напоминающее похоронный марш, пробурчала девушка. Мрачно пообещав себе, что больше не ляжет в постель без вышеупомянутой экипировки, Таня намеревалась произнести согревающее заклинание, так как только что она его, наконец, вспомнила. Но тут же тихо застонала, обнаружив, что магического кольца деда Феофила на ней нет.
— А вот это уже наглость! — повысила голос ведьма, обращаясь куда-то в темноту перед ней. — Если уж я одета, как засыпала, так имейте в виду: кольцо на мне тоже было! Ну и где же?..
Таня не знала, на что она надеялась, произнося эти слова, но, в любом случае, ровным счётом ничего не изменилось. Разве что её голос, эхом прокатившись по длинной галерее, заставил осыпаться с теряющегося в пустоте потолка несколько мелких камешков и зазевавшегося паука, тут же скрывшегося в одной из широких трещин пола.
Ситуация начала тихо бесить замерзающую выпускницу. Решив, что с неё прогулки хватит, она решила как-то выбираться оттуда, пока окончательно не превратилась в эскимо со вкусом мороженого мяса, и принялась сосредоточенно оглядываться по сторонам. Двери или чего-то, хотя бы смутно напоминающего её, поблизости не обнаружилось, и девушка приуныла. «А что, если проход заколдован? Я же без кольца отсюда никогда не выберусь!» — тётушка Истерика уже начинала деловито знакомиться с гостеприимным внутренним коллективом Тани Гроттер.
Тут что-то, что оставалось незамеченным ею раньше, привлекло Танино внимание. Хотя в зале, где она стояла, не было, да и не могло быть окон, но всё же откуда-то лился неяркий холодный свет, позволяющий Гроттер видеть окружающие предметы. И теперь Таня, наконец, заметила источник этого света — тот находился на другой стороне длинного зала, и с того места, где она стояла, невозможно было ничего толком разобрать.
Не раздумывая, но и не особо торопясь, Таня направилась в ту сторону. Её босые ступни шлёпали по каменным плитам галереи, создавая своеобразный аккомпанемент звукам падающих капель.
Вскоре, пройдя уже половину пути, девушка начала различать отдельные очертания таинственного предмета. Это было что-то маленькое, размером с небольшую монету, и лежало оно на таком же, как и весь зал, каменном постаменте. Постамент почему-то напомнил Тане уменьшенную копию древнегреческой колонны (хотя, скорее всего, именно ею он и был). Наконец, ведьма подошла на расстояние пары шагов к нему и в нерешительности остановилась. Её испытующий взгляд был прикован к предмету, лежащему на постаменте, а точнее, на колонне.
«Кольцо», — недоуменно подумала Таня, внимательно приглядываясь к находке. Горький опыт научил её не доверять подозрительным предметам. Особенно, совершенно безобидным на первый взгляд.
Но это было действительно кольцо. По крайней мере, внешне. Оно имело узкий серебряный обод, лишённый всяких украшений (исключение составляли лишь две витиеватые руны, начертанные на внутренней стороне), и от поверхности его исходил холодный голубой свет, который, при приближении ведьмы, как ей показалось, всё больше разгорался. Но возможно, это была только игра её окончательно одубевшего от ледяного сквозняка воображения.
Таню, однако, очень заинтересовали руны на внутренней стороне кольца. Они напомнили ей греческие, которые когда-то, на четвёртом курсе, месяц преподавал им Сарданапал. Кажется, академик вскользь упоминал, что похожими рунами могли пользоваться древнегреческие боги — разумеется, до того, как их заточили за Жуткие Ворота. Сейчас такие нигде не использовались, их считали «мёртвыми».
Таня оценивающе покосилась на кольцо, прикидывая, защищено ли оно охранными чарами. И так как возможности проверить, за неимением магического перстня, не было, оставалось довериться своей интуиции. Но у неё, похоже, как раз на сегодня был оформлен официальный выходной, и она скромно молчала.
«Ну, и что же мне делать дальше?» — нахмурившись, подумала Таня. Её терзало смутное предчувствие, что хорошо это всё не кончится. С другой стороны, от неё, похоже, требовалось взять кольцо. Иначе, для чего вообще нужен был весь этот театр одного актёра? «В конце концов, всего лишь сон… Тьма, до чего реальный, но, похоже, это и вправду только мой сон», — вздохнула Таня. Наконец решившись, она шагнула к постаменту.
— Эй-эй, с ума сошла?! — вдруг в панике завопил перстень Феофила Гроттера, возникая на её руке прямо из воздуха и выбрасывая сразу сноп обжигающих зелёных искр. — Не смей трогать!!!
Но было поздно — Танины пальцы уже коснулись ледяной поверхности кольца. В следующую секунду руны на внутреннем ободе «взорвались» ослепительно-ярким белым светом, а своды галереи сотряслись. Каменная крошка посыпалась с потолка, и один из небольших острых камней, пролетев мимо Тани, оцарапал ей висок. Девушка отпрянула в сторону, не устояв на ногах, с тихим вскриком рухнула на каменные плиты пола и… проснулась.
В дверь кто-то настойчиво стучал. Гробыня дрыхла без задних ног, уткнувшись носом в подушку, а Паж услужливо обмахивал её большим китайским веером, раздобытым неизвестно где.
Таня села на кровати, всё ещё тяжело дыша. «Уф, всё-таки сон! А я уже было подумала… ». Сознание медленно, толчками и весьма неохотно возвращалось в рамки реальности.
В дверь уже начали откровенно тарабанить. Очевидно, стоявшие за ней окончательно потеряли терпение.
— Танька, ты там?! — донёсся из коридора призывный клич Ягуна.
— Д-да! — срывающимся голосом отозвалась Таня, с изумлением обнаруживая, что горло хрипит и неприятно пульсирует — кажется, это были верные симптомы начинающегося ларингита. Вылезая из-под одеяла и второпях натягивая прямо поверх всё той же злосчастной пижамной рубашки длинный свитер — тот же, в котором она прилетела, и первое более или менее подходящее, что попалось под руку, — Таня открыла дверь. На пороге, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, стояли Баб-Ягун и Ванька. При виде Гроттер на лице последнего отразились заметное облегчение.
— Уф, Танька, ну сколько можно?! — воскликнул играющий комментатор. — Мы уже думали, что у вас в комнате открылась чёрная воронка и затащила тебя со Склеповой в Тартар, или малютка Клоппик решил сыграть с вами в игру «угадай, в какой руке ятаган». Полчаса до вас достучаться не можем, мамочка моя бабуся!
— Да нормально всё, Ягун, мы просто заснули! — с лёгкой улыбкой поспешила успокоить друзей Таня, одной рукой пытаясь оттянуть как можно ниже край свитера, а другой — пригладить спутавшиеся в воронье гнездо волосы.
— Да вижу, что не в драконбол играли, — выразительно прокомментировал Ягун, одним взглядом мгновенно оценивая ситуацию.
Тут Ванька, до этого молчавший и только чуть рассеянно улыбавшийся своей девушке, ещё раз озабоченно взглянул на неё. На лбу у Маечника появилась глубокая складка.
— У вас точно всё хорошо? — подозрительно уточнил он и, поймав вопросительный взгляд Тани, растерянно добавил, дотронувшись до своего лба. — Тань, у тебя здесь кровь…
Ничего не понимая, ведьма коснулась рукой того места на голове, куда указывал Валялкин. Пальцы погрузились во что-то влажное. Отняв руку, Таня невидящим взглядом уставилась на свою ладонь, действительно перепачканную чем-то зловеще алым. Перед глазами гаснущей кометой пронеслось воспоминание из недавнего сна: упавший с потолка камень, оцарапавший ей висок…
====== Глава 3. Что? Где? Никогда? ======
Тревога — это проценты, которыми мы авансом оплачиваем наши будущие несчастья.
(c) Уильям Ральф Индж
Буквально вытолкав засыпающих её вопросами Ваньку и Ягуна за дверь и отослав их ждать её в Зал Двух Стихий, Таня подошла к зеркалу. Сбоку лба, как раз рядом с виском, у неё виднелась неглубокая, но тем не менее сильно кровоточащая рана. Буркнув кровоостанавливающее заклинание, Таня снова хмуро уставилась на отражение в зеркале. Она пыталась придумать, где бы могла получить такое увечье, но ничего реального в голову так и не пришло. Оставалось признать, что оно появилось уже после того, как она проснулась.