Страница 1 из 122
====== Глава 1. Орлы и вороны ======
Огонь и лёд.
Одни твердят, что сгинет мир в огне,
Другие — что во льду;
И миру, часто думается мне,
Погибнуть надо именно в огне.
Но если землю смерть двукратно ждёт,
То без труда я ненависть найду
И так скажу: пусть всё разрушит лёд;
Он, с пламенем в ряду,
Отлично подойдёт.
© Роберт Фрост
Моими устами то и дело глаголет Истина. И такое при этом несёт!..
(с) Народное творчество
БАБАХ!
— Всё, финиш, — спокойно констатировал Ванька Валялкин, созерцая обломки дымящейся деревянной балки, которая только что покинула своё законное место на потолке и теперь валялась прямо на обломках не успевшего разминуться с ней письменного стола. Тангро, который, собственно, и являлся виновником этого события, как ни в чём не бывало носился по комнате и изредка выдавал короткие огненные плевки. Правда, они уже ничего не поджигали, так как все силы крошечного дракончика пошли на методическое обугливание балки с последующим её обвалом.
— Класс! Всегда мечтала пожить под открытым небом! — с иронией сказала Таня, кашляя от пыли. Она стояла чуть дальше Ваньки и торопливо припоминала глобальное восстанавливающее заклинание, которому обучал их Сарданапал на четвёртом курсе.
— Восстановус обломус! — кольцо презрительно чихнуло хиленькой бледной искрой, которая не произвела ровно никакого эффекта. — Нет, Цементус… Закопус?
— Восстановус криворукус! — подсказал Ванька, оборачиваясь к ней. — Девушка, и вы ещё утверждаете, что являетесь магспиранткой? — его васильковые глаза насмешливо прищурились.
— Во-первых, магспирантуру я так и не закончила, благодаря кое-кому. А во-вторых, в этой глуши я умственно деградирую! — фыркнула Таня, пробурчав заклинание. Сверкнула ярко-зелёная искра, и балка вместе со столом тут же починились и встали на место. Обваленная часть крыши, к Таниному приятному удивлению, тоже залаталась.
— Твой дракон — маньяк! — заявила девушка, возобновляя прерванный разговор. — За последнюю неделю он поломал всю мебель, осушил колодец и три раза пытался поджечь дом и мои волосы!
Негодование дочери Леопольда Гроттера было вполне справедливым. За те четыре месяца, что она жила у Ваньки, бросив магспирантуру и перебравшись ради него в лесную глушь, Тангро уже порядком достал её своими ежедневными «развлечениями». Но ещё больше девушку раздражало не столько это, а то, что Валялкина, похоже, совсем не заботила перспектива остаться без дома и, не исключено, без собственной головы. Таню же её тело, хоть и далеко не модельное по её мнению, пока вполне устраивало здоровым и максимально невредимым.
Вот и сейчас вместо того, чтоб попытаться вразумить разошедшегося дракончика, Маечник только весело улыбнулся и, подойдя к Тане, притянул её к себе.
— Ну, он же не виноват в том, что не может контролировать свои врождённые инстинкты, — пожал плечами Ванька. — А я тебя буду любить даже без волос! — лукаво добавил он и, наклонившись, поцеловал негодующую девушку. Тане как-то сразу расхотелось дискутировать дальше. В конце концов, поругаться они всегда успеют.
«Вот свинтус! — восхищённо подумала она, обнимая парня за шею. — Знает же, как меня сбить с толку!»
Тангро радостно носился над их головами, убедившись, что хозяева заняты, и наказывать его никто пока не собирается.
Баб-Ягун прилетел ближе к вечеру. Радостно мерцая своими знаменитыми ушами и пользуясь правами лучшего друга на всю катушку, внук Ягге завалился в дом Тани и Ваньки без приглашения и с кучей грязи на ботинках. Причём, где он нашёл такую грязищу, с учётом того, что всю дорогу Ягун летел на своём очередном новеньком скоростном пылесосике «приятного» фосфорически-зелёного цвета, так и осталось загадкой.
— Вот! Видали когда-нибудь такого красавца? И правильно, не видали, потому что это самый настоящий эксклюзивнейший эксклюзив — весь в меня! — с порога затарахтел играющий комментатор, присаживаясь на корточки и ласково хлопая хромированный бок своего алюминиево-пластмассового друга. — Самая последняя модель, причём, взываю к вашему презренному вниманию, не только в переносном, но и в прямом смысле! Я его прямо из-под носа у какой-то трёхсотлетней ведуньи, увлекающейся скоростными полётами без правил, в одном замечательном магвазинчике на Лысой Горе увёл! — похвастался он. — Правда, потом пришлось четыре дня ходить с рогами на башке и босиком — кроссовки на копыта так и не налезли, — а ещё блеять жутко хотелось, пока бабуся не придумала, как отвести проклятие. Мстительная попалась старушка, — Ягун задумчиво хмыкнул. — Зато Катьке понравилось! Она говорит, что в эти четыре дня я как нельзя лучше внешне передавал моё внутреннее «я», — лицо внука Ягге расплылось в широкой улыбке.
«Ага. Значит ты, попросту говоря, козлом был!» — про себя хихикнула Таня, мимоходом отмечая, что Ягуша заметно похудел — кажется, Лоткова за него конкретно взялась. «Ну и хорошо, давно пора!» — одобрительно подумала рыжеволосая ведьма и, равнодушно покосившись на пылесос, пошла ставить чайник на огонь — самовар на прошлой неделе вдребезги разнёс Тангро, не вписавшийся на лету в поворот. Современные чудеса техники, ломающиеся на третьей неделе эксплуатации, а у Ягуна уже на первой, её мало интересовали. К тому же, это был уже третий его новый пылесос за месяц. И каждый он упорно прилетал им демонстрировать.
Ванька и нерадивый внук Ягге обменялись рукопожатиями.
— Блин, Ягун, ты бы хоть предупреждал, что залетишь! — возмутился Маечник, хотя по его светящейся физиономии было отлично видно, что он ужасно рад видеть друга. — А если бы я сейчас гарпий лечил? Они, когда больные, жутко нервные! Хоть представляешь, что бы они с тобой сделали, или все уроки Тарараха из твоей буйной головы уже выдуло? — улыбнулся он.
— Подчистую! — ничуть не обидевшись, чистосердечно признался играющий комментатор, плюхаясь в единственное кресло в комнате и закидывая ноги в туго зашнурованных кроссовках на край стола. Поймав брошенный на него Таней взгляд, Ягун виновато моргнул и украдкой счистил комьями отваливающуюся от подошвы на столешницу грязь заклинанием. — А фантазия у меня неразвитая! Вот такая вот прискорбнейшая недоработка в моём проекте: родители не доглядели, Магздрав не озаботился! — как ни в чём не бывало продолжил развивать тему он.
Ванька недоверчиво хмыкнул. Уж кто-кто, а Ягун недостатком творческого полушария, по его мнению, точно не страдал.
— А вообще, я же к вам не просто так, мамочка моя бабуся! — тут Баб-Ягун резко подскочил со своего места и принял шутливо-официальный вид. Но за этой клоунадой всё-таки заметно было, что он волнуется.
Таня, не ожидавшая такого резкого движения, тихо ойкнула. «Вот блин, точно нервы лечить надо! Скоро от каждого шороха буду в шкаф прятаться», — раздосадовано подумала девушка, поспешно опуская чашки на ещё пару секунд назад прислуживающий подставкой для ботинок, а ранее проломленный упавшей балкой многострадальный стол. Причём, что-то весьма смутно подсказало ей, что на этом неприятности вышеупомянутого предмета мебели ещё не кончились.
Тем временем Ягун, прокашлявшись и картинно поправив невидимый миру галстук на шее, извлёк из внутреннего кармана своего полётного комбинезона четыре конверта.
— Уважаемые выпускники! Нынче в Тибидохсе, на острове Буяне, состоится… Э-э… Короче, замучился я всем подряд это уже декламировать. Я вам, натурально, не граммофон! Читайте сами, а? — взмолился играющий комментатор, с видом только что сбежавшей от Отелло Дездемоны хватаясь за «севшее» горло и вручая друзьям по пригласительному. Таня мельком глянула на разноцветную карточку — встреча выпускников должна была состояться через два дня и продлиться трое суток. Ничего нового. Близилась очередная годовщина выпускного, и они с Ванькой давно ждали объявления традиционного слёта.
Но сердце Гроттер мгновенно наполнилось предвкушением и радостью. Ей захотелось сейчас же, не дожидаясь срока, бежать, хватать контрабас и мчаться на полной скорости на Буян. Она уже мысленно прикидывала, за сколько её контрабас сможет долететь до Тибидохса с максимальной скоростью и попутным ветром, когда из мечтательного состояния её вывел голос Ваньки, стоящего в шаге от неё.