Страница 48 из 124
У нас с Николаем был уже массив историй. Типичные случаи конфликтов между моими и местными. И в форме прямого вымогательства, и в форме разного рода... "служебных упущений".
"Опыт - сын ошибок трудных".
Опыт - уже. Составили списочек из нескольких десятков типичных ситуаций, "полный, но не исчерпывающий", отдали послу. Без нажима, но объяснить - вот это твои денюжки, княже, пролетают мимо твоей кисы.
Существенный оттенок:
Я - тебе даю. В руки. Ты после своим раздал - они рады. "Князь - благодетель". А с мытом по городкам - наоборот. Ты с них требуешь, выжимаешь. Они на тебя хмурятся: "Князь-то наш... за горло берёт".
И какой вариант благостнее? И - доходнее.
Конечно, Живчик мог "встать рогом":
-- Не хочу твоих выдумок! Всё моё! Будет как я скажу!
И? Твоему ворью - воля вольная? А дальше?
Я встал да пошёл. Ушёл с Оки, забрал людей и товары, строения продал, разобрал... Сжёг, в конце концов. Да, будут убытки. Немаленькие. Но ты-то что теряешь? Полтыщи гривен каждый год вечно? Я-то ушёл на Волгу, на Ветлугу, на Суру. А тебе с Рязани, с Оки - никуда.
Дальше - эскалация враждебности. Вплоть до аналогов "хлебного мыта имени Калауза". С аналогичным завершением. Это нетрудно предвидеть, если есть кое-какой опыт и достаточно соображения для его понимания.
Живчик, в отличие от Калауза, ныне покойного, имеет кое-какое представление о моих возможностях. Милость Богородицы в форме серебра арабского - не забыта. Как и бой-телега в Янине или разгром кипчаков на Земляничном ручье. Рассориться вдребезги - чревато... Потому - торг. Поиск баланса интересов, границ допустимого.
Причём тут нет "игры с нулевой суммой": сколько один выиграл - столько другой проиграл. Выигрывают оба. У меня - торг лучше идёт, у него - денег добавляется, порядок в княжестве крепче становится. По моим прикидкам, за сотню-другую гривен в год я вычищу княжество от мздоимцев и бестолочей. Да один только порядок на реке - мне все расходы покроет!
Фактически - империализм. Ущемление суверенитета. Типа: а сделай-ка, княже, антикоррупционный суд. Да речную службу, да пожарную охрану, да уголовный розыск, да дорстрой... Под моим присмотром. Поскольку плачу - я.
"Кто девушку ужинает, тот её и танцует".
Экспорт капитала. В форме инвестиций в благоустроение Рязанского княжества, в повышение качества функционирования административной машины. Ломаю, знаете ли, тамошний, исконно-посконный образ жизни.
Будут, конечно, проигравшие. Кому "ужинать" - хочется, а "танцевать" - неможется. Местные начальники, кто ленив да жаден да бестолков.
Ну, извините ребята, не ваша масть пошла.
Глава 515
Посол отправился в Рязань. Поразил Живчика отказом от поясного поклона:
-- Прости, княже. Не в обиду, но не могу.
-- С чего это? В спину вступило? Да ты, вроде, молод ещё.
-- Не велено. Кланяться. Окромя могилы да иконы. А чему иному... не. Воевода грозился голову машиной ссечь. За воли его неисполнение. Может, княже, велишь икону какую с церквы принесть? А то вона - с угла сними. Ты за неё встанешь, а я поклонюсь. Вроде как и не тебе. А? Коли сильно чудотворная - могу в ножки пасть, лбом в землю постучу. Ежели тебе без этого никак.
Живчик представил себе, как он будет из-за чудотворной иконы выглядывать да с послом разговаривать... И заржал.
-- Ну, Ванька, ну, выдумщик! Что ни день - новая небывальщина! Я, стал быть, послу толкую - мыто давай. А тот, на икону дивится да ответствует: на что тебе, Никола Угодник, мыто земное? Сказано же: "Сьвяты Микола божы насьледник, як Бог памре, то Микалай чудатворец будзе багаваць, да не хто иншы". Мы ж - и так все твои. С потрохами. Ха-ха-ха...
Так что посла Всеволжского князь Рязанский принял по-доброму, за стол с собой сажал, разговор вёл милостиво. И выкатил в беседе вопросец, на который посол и сказать ничего не смог.
-- Купцов-то ваших - тьфу. На весь край и двух десятков нет. Однако ж имают слуги мои людишек, которые при спросе вашими называются. А как сыск идёт - свои, рязанские. У иного и товар ваш есть. А то - только для виду. А сам-то тать-татем. Вот бы Ванька придумал как ваших от не-ваших отличать? Ты скажи Воеводе, чтобы клейма своим на лбы ставил. Ха-ха-ха... Хотя конечно, у меня таки воры есть... Сами заклеймятся.
Так появился "паспорт моряка" - бумажное свидетельство "всеволжскости" индивидуума в чужих землях. Вариант уже существующего у меня "общегражданского паспорта". Документа, который позволял идентифицировать человека, контролировать перемещение населения. Через Всеволжск проходила масса народу - тема была острой.
А в "декларацию" добавился ещё один пункт:
5. Людям купецким, которые с Всеволжска по Воеводиной надобности приходят, иметь о том грамоту с печатью. А в городки Рязанские Воеводе слать образцы тех грамот для рязанских людей извещения.
Не ново - княжеские печати от подобных русских грамот археологи, для этой эпохи, находят от Самбии до Булгарии. Мы только чуть форму изменили.
Раз бумажки-паспорта разнообразились, то... не сделать ли ещё?
Тут ведь главное - начать. А дальше...