Страница 62 из 88
Николет снова пристально посмотрел на него.
- А я был уверен, что вы не откажетесь.
- Это почему же?
- Вы сами побывали в шкуре полицейского, и знаете каково это. Тем более, что вы и сами в накладе не остались бы.
- Я вам искренне сочувствую, - сказал Макс. - Но только о какой выгоде разговор?
- Ну, я полагаю, у вас тоже есть свои проблемы, - ответил Николет. Например, вы оформляете поручительство на какого-нибудь парня, а он вдруг исчезает?...
- В таком случае, мы отправляемся вслед за ним и доставляем обратно, не дал ему договорить Макс.
- Но именно этого-то парня вам и не удастся разыскать, потому что его безопасность надежно обеспечена федеральной программой по защите свидетелей. А что если кто-нибудь из ребят, на которых вы оформляете крупные поручительства, исчезнут подобным образом?
Макс взглянул на Уинстона.
- Похоже, он нам угрожает.
- А ты спроси у него, - сказал Уинстон, - давно ли его били последний раз?
Николет обернулся к нему, беззлобно усмехаясь.
- Да вы что, я же лишь пошутил. Мы же с вами на одной стороне.
- До тех пор, пока никто не переступает черту, - проворчал Уинстон.
Николет с невинным видом смотрел на Макса.
- Я же пошутил, только-то и всего.
Макс молча кивнул. Может быть и пошутил, а может быть и нет. Этот юнец был ещё слишком молод, чересчур настойчив и самоуверен, и теперь ему не терпелось поскорее добраться до Орделла Робби и засадить его за решетку. Против этого у Макса возражений не было, и поэтому он сказал:
- Советую вам проверить одного жука по имени Луис Гара, освобожден из тюрьмы пару месяцев назад - точнее не скажу, сам не знаю. Запросите "Общество взаимопомощи Глэдиса" в Маями. Попробуйте подобраться к нему. Я думаю, он выведет вас на Орделла.
Они ещё несколько минут поговорили о Луисе Гара, после чего Николет ушел.
- Тут тебе звонили, - сказал Уинстон после того, как они остались одни. - Назвали имя... - Уинстон заглянул в лежавший на столе перед ним блокнот. - Симона Харрисон, проживает на 30-й улице. Кто это?
Макс недоуменно покачал головой.
- Понятия не имею.
- Она ездит на "'85 Меркури".
* * *
Специально для Луиса Симона исполняла репертуар Марты и Ванделлас: на смену "Жаркой волне" пришли "Зыбучие пески". Луис сидел, кивая головой, и иногда даже попадая в такт, то и дело попивая ром. Выпивка тоже была её. Затем он принялся хлопать, и Симоне пришлось отвлечься - "Нет, милый, вот как надо" - и задать ему ритм. Ром помог ему окончательно раскрепоститься. Затем вместе с Мэри Уэллс она исполнила песню "Мой парень". Потом настал черед "Что с тобой, малыш" в исполнении все той же Мэри Уэллс и Марвина Гайе, и Симона протянула руки Луису, приглашая его составить ей компанию и выступить в роли Марвела Гайе. Луис сказал, что он не знает слов этой песни. Сказать по правде, он не знал ещё много чего, но зато он был большим, крепким мужиком, с упругими мускулами и волосатой грудью. "А ты слушай слова, сладкий ты мой. Вот и запомнишь. Иди сюда и делай вот так," она показала ему, как нужно, свободно держа руки, ме-е-едленно двигать бедрами, ясно? Мечтательно глядя на своего партнера, и желая отвлечь его от созерцания собственных ног, Симона сказала:
- Это должно быть вот здесь, в самом тебе, - она положила руку на живот, - а не где-то на полу.
Он схватил её и притянул к себе, все ещё продолжая двигаться под музыку.
- Пойдем в спальню.
- Радость моя, но там же нельзя танцевать.
Когда он принялся водить руками по всему её телу и в конце концов запустил руку под юбку, Симона поинтересовалась:
- Что ты там ищешь?
- Уже нашел.
- Да уж, кажется и в самом деле...
- Пошли в спальню.
- Малыш, только не надо рвать белье. Эти трусы я только сегодня купила.
- А я могу. Запросто.
Новое белье напомнило ей о недавнем походе по магазинам, где она встретила девчонку, с которой должна была там встретиться и сказала:
- Деньги нужно прибрать подальше. Нечего им валяться на виду.
- Ладно.
- Их нужно спрятать.
- А я сейчас спрячу свою вещицу.
Белые мужики любили говорить что-нибудь такое остроумное. Даже вот такие отъявленные уголовники, как этот.
- Правда? Тебе хорошо со мной, малыш? Даааа... Но только не рви белье, ладно, сладкий мой? Если тебе нравится рвать белье, то я специально для тебя пойду и надену старое.
* * *
Макс нажал кнопку звонка и замер в ожидании. Из дома доносилась музыка, в которой он постепенно узнал мелодию из старого детройтского репертуара, это было что-то знакомое, хотя припомнить название группы, или что за песню они исполняли, ему так и не удалось. Он снова позвонил, и ему пришлось прождать ещё минуту, прежде, чем женский голос из-за двери спросил:
- Что вам нужно?
- Мне нужен Орделл, - ответил Макс, глядя в глазок. Было слишком темно, чтобы она могла разглядеть его через глазок, для этого ей пришлось бы включить свет на крыльце.
- Его здесь нет.
- Но я должен с ним встретиться.
- Где?
- Здесь. Он сказал в девять. - На часах было без десяти девять вечера.
- Подождите.
На противоположной стороне улицы дети затеяли какую-то шумную игру, и Макс подумал, что в столь поздний час им следовалось бы уже давно отправиться по домам.
За дверью раздался мужской голос.
- Чего вам надо?
- Я уже сказал об этом леди. У меня встреча с Орделлом.
За дверью наступило молчание.
- Вы полицейский?
- Я поручитель. Включите свет на крыльце, и я покажу вам мое удостоверение.
- Я так и подумал, - произнес мудской голос за дверью.
Теперь он звучал уверенно.
Дверь отворилась, и за ней Макс увидел Луиса Гара, который стоял на пороге в одних брюках, без рубашки, почесывая волосатую грудь. Макс мгновенно установил взаимосвязь: оба были приятелями Орделла, этим можно было объяснить пребываниме Луиса в этом доме, но не то, чем он занимался с этой женщиной.
- Никакой встречи Орделл тебе не назначал, - нарушил молчание Луис. А не то он мне обязательно сказал бы.
- Значит, ты работаешь на него, - сказал Макс. - Ну а я как раз разыскивал вас обоих, и видно труды мои не напрасны.
С этими словами он перешагнул порог дома, оттолкнув Луиса от двери плечо, отчего тот едва не потерял равновесие, падая на дверь, которая с грохотом ударилась о стену, оказываясь распахнутой настежь. Макс обернулся в его сторону.