Погоня за Судьбой

— Капитан Юмашева, вы что, с ума сошли?! Вы нас чуть не угробили!

— Имею полное право, — раздался из динамика сухой, без тени улыбки, голос. — Скажите спасибо, что не поджарила вас за кражу данных, а ведь могла бы. И мне бы за это ничего не было. А теперь – отчёт. Кто на борту? Куда следуете?.. Хотя куда – я и так знаю…

Василий выдохнул, взял себя в руки.

— Экипаж – трое. Я, София и… Лиза.

Звенящая пауза.

— Вот как… — голос Юмашевой приобрёл опасную, медленную тягучесть. — Контрабандистов втихую подвозите? Что ж… Здравствуй снова, Елизавета. Не думала, что наши пути сойдутся, но, как вижу, вселенная теснее, чем кажется.

Холодный пот выступил вдоль позвоночника. Ловушка. Софи, Василий, я – и «Фидес», наводящий на нас свои орудия. Мысли, которые грызли меня с Порт-Лигата, обрушились разом: спецназ ГСБ, их молниеносное появление, их приказ «ликвидировать». Всё это упиралось в «Фидес», в ту операцию. Нас не просто искали – нас вычислили и приговорили к утилизации.

— Диана, — мой голос прозвучал в тишине рубки неожиданно громко. — Скажи честно. Почему спецназ ГСБ пытался нас убить? Это ты? Из-за данных? Или из-за той беседы с андроидом, которая просочилась в прессу?

И снова пауза. В динамике что-то шипело, будто сама тишина закипала в вакууме.

— Вас… пытались убить? — голос Юмашевой дрогнул – не от страха, а от быстрого, холодного пересчёта вариантов. — Клянусь, я не знала. Но это… меняет картину. Я в курсе только об одном – в аппарате Ионова завёлся «крот». Иначе как объяснить утечку к журналистам? Но это… не ваша война.

«Крот». «Сливной бачок». Грязная кухня спецслужб. Одной рукой они суют своему питомцу, кто бы он ни был, паёк, а другой – всаживают нож между рёбер. В этой скотобойне постоянно кто-то гибнет – и всё ради чьего-то толстого кошелька. Марк, Мэттлок, те военные полицейские… просто статистика в чьём-то отчёте.

Но голос Юмашевой звучал честно. Я знала её – хотела верить, что знаю. И сейчас, после кошмара погони, после психической схватки на берегу, эта вера была последним канатом над пропастью. Я решила не давить, не спрашивать про долговязого урода в очках. Пусть это останется нашим с Софи личным, общим кошмаром.

Надежда, мёртвая и похороненная, дёрнулась в груди. Мы не одни.

— Я рада, что ты здесь, Диана, — сказала я, но слова вышли менее уверенными, чем хотелось. — Вижу, вы не теряли времени.

— Могли бы и быстрее, — последовал сухой, усталый вздох. — Данные расшифровывали три дня. Но бумаги… бумаги, понимаешь? Вселенная рухнет, а бюрократия будет требовать четырёх подписей в трёх экземплярах… Впрочем, мы догнали вас не ради болтовни. Нам нужно обсудить кое-что серьёзное. Предлагаю стыковку. Заходите в гости.

Щелчок. Связь прервалась, и тишина в рубке стала густой, неловкой.

— Ну, в гости, так в гости, — Василий хрипло прокашлялся и потянулся к панели торможения. — Знатный приём будет, поди…

Мы переглянулись. В глазах Софи была не радость, а глубокое, усталое облегчение, смешанное с новой, острой тревогой. Всё, что было до этого – побег, погоня, Юпитер – было лишь прелюдией. Сейчас начиналось главное.

Мы выбрались из рубки, цепляясь за поручни в коридоре, свидетеле нашего падения в бездну, и поплыли к подсобке. Там, в серых ящиках, ждали наши новые личины – жёлтые, неуклюжие скафандры геологоразведчиков. Костюмы для следующей лжи…

* * *

Люк с глухим стуком распахнулся, открыв гладкий, уходящий вдаль стыковочный туннель «Фидеса». Присосавшись к нашему борту, он напоминал щупальце гигантского кальмара. В дальнем конце зияло круглое отверстие люка, и в нём, освещённый жёстким светом, стоял человек и махал рукой.

Из общих динамиков донёсся знакомый, нарочито-равнодушный голос Райкера:

— Добро пожаловать. Ковровой дорожки нет – работаем по-спартански, некомплект…

— Валяйте, девчата, — Василий мягко подтолкнул Софи в спину. — Я тут подожду. Капитан своего судна не покидает. И не буяньте там.

Он уже вжился в роль. Это его корабль. Его крепость – пусть и ржавая консервная банка.

Цепляясь за поручни, мы с Софи нырнули в туннель. Несколько десятков метров звенящей тишины, только шорох скафандров и тяжёлое дыхание в шлемах. Василий, убедившись, что мы на стороне «Фидеса», отсалютовал и с металлическим щелчком захлопнул люк. Минута жужжания насосов, свиста выравниваемого давления – и мы в знакомом ангаре.

Ностальгия ударила неожиданно, сокрушительным свинцовым грузом. Знакомые запахи – машинное масло, антисептик, пыль. Звук собственных шагов, отдающихся в рёбрах корабля. «Фидес» был монолитом из другой жизни – стерильной, упорядоченной, где я была винтиком с серийным номером, а не изгоем с окровавленными руками.

Взгляд непроизвольно метнулся в дальний конец помещения, на рычаг аварийного открытия шлюза. А у стеллажа, на длинном зелёном контейнере, как на троне, восседала капитан Юмашева. Распущенные волосы, безупречный мундир – словно статуя космическим первопроходцам из стали. Она не изменилась ни на йоту. Мы же были её живым, дышащим контрастом – измотанные, в потрёпанных скафандрах, с лицами, на которых были написаны все наши грехи.

Её взгляд скользнул по нам медленно, методично, как сканер по грузу. Задержался на моём лице – прочитал историю каждого нового шрама. Переполз на Софи – и в уголках её глаз дрогнула не сентиментальность, а холодное сожаление специалиста, видящего, как ценный инструмент был испорчен неправильным обращением.

— Присаживайтесь, — она махнула рукой на соседний контейнер. Голос был ровным, деловым.

Мы устроились неуклюже, шурша скафандрами. Юмашева встала напротив и заложила руки за спину.

— Ваше появление в высшей степени… своевременно. Поэтому наш утверждённый план «А» отменяется. Вступает в силу план «Безумец». Здесь и сейчас.

Софи замерла, а я почувствовала, как сжимается желудок.

— «Фидес» готовился на роль смертника. — Юмашева сделала паузу, достаточную, чтобы эти слова вмёрзли в лёд тишины. — Но мы нашли ему замену. Для этой роли идеально подходит ваш «Разведчик».

Корабль-смертник?!

Я было дёрнулась с места, но Диана резко подняла ладонь. Жест, не терпящий возражений.

— Терпение, Лиза. Так вот. В гущу событий отправитесь вы. В заданном квадрате есть астероид под названием Асканий. Семнадцать километров в поперечнике. Вокруг – необычайная активность, и есть обоснованное подозрение, что там находится крупная база «Интегры». Десяток старых боевых истребителей на патруле. И входные ворота под маскировочным полем.

Она усмехнулась – сухо, беззвучно.

— У них какая-то страсть к камням. И это логично – они никому не интересны. Но «Фидес» ещё может подкрасться, а вот ваш утюг засекут за миллионы километров. Для вас это будет чистым самоубийством.

Я закрыла глаза. Картина вспыхнула под веками во всей своей идиотской ясности: стая истребителей, невидимая твердыня, и мы – трое психов в консервной банке с двумя стволами на троих. И шваброй в подсобке. Карикатура.

— Что внутри – неизвестно, — продолжала капитан Юмашева. — Спугнём – они зачистят следы. Убьют пленных. — Она посмотрела прямо на меня, и в её взгляде не было сочувствия. Был холодный, точный расчёт. — Среди них может быть твой киборг, поэтому нужна не атака. Нужна отмычка. Ведомая твоей личной одержимостью, Елизавета.

Она выдержала паузу.

— Отмычкой будете вы. Ваш «Разведчик-13-39» – идеальный идиот. Зарегистрированный, скучный, геологический корабль «Системы-Ресурс», в реестре, с оформленным заданием. Вы подойдёте вплотную, и они, возможно, даже не удостоят вас выстрелом. А смелость, как говорил один древний полководец, города берёт…