Погоня за Судьбой

Глава XV. Игра в открытую

… Дребезжащий старческий голос над самым ухом негромко произнёс:

— Досыпаем на лекциях то, что недоспали ночью? Где же вы так в пыли вывалялись? Нелегко денёк задался, как я погляжу…

Подняв тяжеленные веки, я узрела профессора с потёртой тетрадью под мышкой. В уголках его иронично прищуренных глаз за толстыми линзами собрались морщинки. Последние студенты уже покидали аудиторию, направляясь на следующее занятие. После короткого сна мысли разбегались из звенящего колоколом черепа. Я пыталась прийти в себя, не зная с чего начать. Наконец, произнесла:

— Владимир Алексеевич, меня зовут Лиза, я от Рональда Мэттлока. Он сказал, что вы сможете помочь, но я понятия не имею, как. У меня есть только ваше имя.

— Мэттлок опять попал в неприятности? Ох уж этот неугомонный старик! — Агапов скрипуче засмеялся и продолжил: — Пойдёмте, юная особа, я выделю вам несколько минут. У меня намечена ещё одна лекция, потом нужно успеть в несколько мест, а вечером я должен отбыть с Земли. Дел – невпроворот…

Я поднялась и последовала за Агаповым, который засеменил в сторону выхода из аудитории. Миновав несколько поворотов коридора, мы оказались в небольшом кабинете. Профессор закрыл за мной дверь.

— Это моё временное пристанище. Прошу, присаживайтесь и излагайте.

— Профессор… — Я приглушила голос. — Дело касается «Книги Судьбы».

— Когда я слышу это словосочетание, у меня начинается мигрень, — поморщился Владимир Агапов. — Простите, не сдержался. Очень много суеты вокруг этого предмета в последнее время.

Я устало вздохнула.

— Много суеты – не то слово… Впрочем, рассусоливать у меня нет ни сил, ни желания. Суть в следующем. — Я набрала воздуха в лёгкие и выпалила на одном дыхании: — В процессе поиска артефакта мы встретили Мэттлока, который вместе со своей странной гусеницей присоединился к нашей команде. Нам удалось заполучить часть «Книги», но впоследствии команда была разделена. Моего напарника убили, а судьба Мэттлока мне неизвестна… Не знаю, может быть, его тоже убили. Я теперь совсем одна, у меня нет ничего – в том числе и артефакта. И я не знаю, что мне делать.

Агапов постучал пальцами по столу, затем сунул морщинистую руку в карман, достал серебристую пластиковую таблетку с эмблемой известного автоконцерна и протянул её мне.

— Это навиметка для «Ринобата», машина на парковке за главным корпусом, тёмно-синего цвета. Метка закодирована на окраину города, там вас встретят – я об этом позабочусь. Когда прибудете, оставьте метку в машине… Посмотрите-ка на меня…

Я заглянула в его безразмерные очки «под старину», он поднёс пальцы к роговой оправе, линза едва заметно мигнула.

— Ну, вот и готово…

С этими словами он встал и направился в сторону двери. Обернувшись, спросил:

— Может быть, есть вопросы?

— П-подождите, что? Я ничего не понимаю…

Сказать, что я была в замешательстве – ничего не сказать.

— Мне повторить?

— Н-не нужно, я всё запомнила. — Я вдруг почувствовала себя ученицей, которой нельзя было ударить лицом в грязь, отвечая перед преподавателем. — Большая тёмно-синяя машина за корпусом. Сесть, добраться, выйти на окраине города, оставить метку.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул профессор. — Вас проводить?

— Нет, — отрезала я. — Вернусь тем же путём, которым добралась сюда.

— Постарайтесь не попадать в неприятности, я вас очень прошу.

Он в последний раз окинул меня проницательным взглядом поверх очков и вышел из кабинета.

Через мгновение профессор Агапов скрылся в суетливой толпе студентов, а я спустилась вниз, шмыгнула в технический проход, миновала подвал и крадучись выбралась на улицу. Людей видно не было – студенты были на занятиях. Где-то в стороне дружным отчаянным лаем, переходящим в вой, заходились собаки. От исступления, наполнявшего эти звуки, кровь стыла в жилах. Слегка ошарашенная, я несколько секунд постояла на лёгком морозце возле угла здания, переваривая полученную от профессора информацию, и направилась в сторону парковки.

Корейский аэромобиль представительского класса «Ринобат» был шикарен. Названный в честь одной из разновидностей морских скатов, он имел внушительные габариты и хищные, острые обводы кузова, похожий на сверхзвуковой снаряд. Внутри, в салоне из светлой кожи я почувствовала себя Золушкой, за которой средь бела дня прибыла карета. Эта машина никак не вязалась с образом старенького профессора астрофизики, но я была слишком утомлена, чтобы удивляться. Хотелось свернуться калачиком на мягком сиденье и закрыть глаза.

Массивная, обитая деревом дверь с тихим шелестом опустилась, двигатель загудел, и машина плавно поднялась в воздух. Я в последний раз окинула взглядом громадину главного корпуса – и вдруг увидела человека.

Высокий и худощавый, он стоял у торца здания возле спуска в подвал, где я была минуту назад, и смотрел прямо на меня. Угольно-чёрный костюм, белая рубашка, галстук цвета индиго и непроницаемые солнцезащитные очки… Через секунду силуэт скрылся из виду, и машина понесла меня прочь, а я так и застыла, не смея пошевелиться, вцепившись в сиденье. Сон как рукой сняло, кровь била в виски, словно дизель-молотом отбивая ритм сердца.

Этот человек… Нет, это был не человек. Я была уверена, что это совершенно точно не человек – люди так не одеваются, по крайней мере не зимой. Они так не стоят и не смотрят, буквально взглядом проделывая дыру в голове… Взглядом чего? Не знаю почему, но я была убеждена, что за очками скрываются не глаза, а нечто иное.

Перед взором восстала картина из «Весёлого Саймека» – долговязый силуэт подошёл к барной стойке, чтобы расплатиться, и в тот краткий миг, когда я пыталась заглянуть мимо чёрных стёкол, я подспудно убедилась – у него не было глаз. Я видела лишь бледную кожу, точно такую же, как на руках или шее. Игра света? Может, моё взбунтовавшееся от дикой усталости последних дней воображение решило свести меня с ума? Я копнула глубже, в искажённую временем и травмами память – я видела это существо и раньше, на Каптейне. Кажется, оно давно преследовало меня…

Взобравшись с коленями на сиденье, я таращилась сквозь задний обтекатель, шаря взглядом по серому небу – не гонится ли за мной неприметный чёрный глайдер. Часть меня жаждала встретиться с этим зловещим незнакомцем – я хотела сорвать с него очки и увидеть то, что теперь не давало мне покоя. У меня было, о чём у него спросить, но разум подсказывал – встреча с ним не сулила ничего хорошего…

Машина вклинилась в поток и теперь неслась на автопилоте по воздушной трассе в неизвестном направлении. В плотном движении высматривать преследователей было бесполезно. Внизу мелькали нагромождения домов и пересекающиеся ленты дорог.

Течение времени подхватило меня, увлекая куда-то вперёд. В бурном потоке событий ухватиться было не за что, поэтому я решила принять всё происходящее как должное, не пытаясь искать ответы на вопросы, в водовороте которых рисковала утонуть.

Через двадцать минут я пересекла город наискось и покинула его пределы. Взору предстал огромный мусорный полигон, неровными грязно-серыми барханами уходящий к горизонту. Далеко внизу, тут и там, в небо поднимались столбики чёрного дыма; по свалке медленно ползали большие трактора и грейдеры, словно диковинные насекомые; белыми брызгами с её поверхности периодически взмывали стайки птиц, тут же вновь оседая на мусорном ковре.

Глайдер пошёл на снижение, к гребню холма на самой границе полигона, на котором яркими пятнами выделялись пара сине-белых планеров и один чёрный, поменьше. Рядом с ними стояли добрых полтора десятка фигурок в чёрной форме. Полиция? Это засада! Неужели Агапов сдал меня?!

«Ринобат» мягко приземлился, дверь открылась, и синтетический голос невозмутимо объявил: