Страница 97 из 158
И ответственность.
Земля рассказывает тебе о врагах, разве этого мало? Ведь и ты держишь в руках сердце...
Посмотри! — Дьявол развернул Маньку против ее воли к горящей головне, как-то вдруг, со всех сторон обхватив плотным пространством, как руками. — Вот твое будущее! Его предначертал вампир. Но будущее можно изменить. Человек укушен и спит в то время, когда руки его держат жало гремучей змеи. Она откладывала яйца и выводила на свет потомство, а он кормил ее своей плотью и припадал к ногам. То же самое, что кролику умолять удава, — совершеннейшая глупость...
Спорить Маньке не стала. Она лишь передернулась, наткнувшись на пустые глазницы, в которые было жутко смотреть. Дьявол имел веские основания так говорить. Она не была другой, и точно так же много раз искала себе смерти, не найдя взаимопонимания с людьми. Слава Богу, обошлось. И ум, наверное, был ни при чем. Смогла же она проткнуть себя в сердце Дьявольским кинжалом, когда он, или кривое зеркало, чуть-чуть приглушили одни голоса, позволив говорить другим. Многие высказывания на спине матери пришлись на нее в то время, когда она была в полубессознательном состоянии, в то время как мать лежала без сознания, или была без сознания, в то время, как мать в полубессознательности — и тогда слова воспринимались противоположно, работая не так, как планировали вампиры. Кроме того, она не знала мать, многие высказывания воспринимались ею, как от родного человека.
Ужас был в том, что все случилось, как случилось, и в том, что вдруг не случилось бы.
Но принять это было тяжело. Свершившееся все еще пугало ее.
— Наши там как? — кисло поинтересовалась она, рассматривая человеческие останки с комом в горле.
— Нормально, чего им сделается? — безразлично ответил Дьявол. — Плюют в меня и проклинают...
Наверное, Дьявол тоже смотрел на землю человека, который умудрялся бодать себя даже в Аду, обнаружив прыткое и несвойственное покойнику половое влечение. Манька смутилась и вдруг испытала некоторую неловкость, вспомнив, что стоит посреди Ада в чем мать родила. Хоть проклятый и был мертв давно, но все же мужского пола. Прикрыться было нечем. И невольно покраснела. А головня вдруг застонала. В том месте, где у него был половой орган, огонь стал красным, и потекла кровь.
— Благодетельница любовью занялась... — Дьявол обратил ее внимание на характерные движения.
— А я почему ничего не чувствую? — покраснев еще больше, Манька снова прислушалась к себе.
— Не с Благодетелем... Здесь сразу обрезаются. Убилась бы... Они же йодом поливают, или натирают солью, могут сунуть что-нибудь, или руками внутрь залазят. Оргии — одно из важнейших составляющих заклятия. Либидо больше остального сбивает сознание с толку. Земля принесла боль, а он побежал искать партнера или удовлетворять сам себя. Это естественное желание, как есть, пить, справлять нужды.
— От этого у меня по утрам болит живот? — догадалась она.
— И врач поставил бы диагноз: нет секса — нет здорового образа жизни... — подтвердил Дьявол. — Не обязательно, но это самый распространенный могучий червь, который селится в земле человека в утробе матери. Ни одна тварь не имеет половых отношений после того, как зачато потомство, кроме человека. Представь, что ребеночек бултыхается придавленный и истыканный до смерти между папой и мамой, которые в перерывах ведут интеллектуальные беседы, сдабривая речи оргазмами. Они и знать не знают, что червь даст потомство и выест все внутренности еще не родившегося чада. В своем теле ребенок мертв, он может быть кем-то из родителей. Стоит хоть раз насильнику вогнать мужа в личину матери — и человек стал голубым. Оргазм женщин глубже, чем оргазм мужчин, а душа в это время получает сразу двух Благодетелей, которые будут иметь ее во все места во все дни ее жизни.
Половина бед пришли к человеку путем именно этого змея. Когда ролевые игры Благодетелей обращают человека в выдающуюся личность, думаешь, он исправится? Но ведь не обязательно выдающаяся личность. Бывает медсестра, или учительница, сталевар и просто уставший от жизни человечище. Да мало ли что Благодетелям в голову придет! Так появляются семейные династии... Кем угодно будет, лишь бы болезнь не наступила! Ведь не секрет, что душевнобольные испытывают повышенное половое влечение. Самые страшные черви — это черви, которые могут болезнь обратить в удовольствие. Даже тема такая появилась: инь-темные части тела, на которые человек не может смотреть, чтобы червь не проснулся.
— Ну так... Прикрывают же!
— А чем они хуже или лучше других частей тела? — осудил Дьявол. — Те же клетки, те же микроорганизмы, тот же суповой набор из костей, мяса и сала. Как только червь насытился, многие не могут понять, как соблазнились, какая моча промыла мозги. И чувствуют грязь, и пытаются скрыть.
— Что же, любовью теперь не заниматься? — не согласилась Манька. — Ведь приятно... Пожалуй, это единственная доступная человеку радость и способ получить представление о блаженстве в Раю.
— А вампиру убивать приятно... Позволить червяку кормить себя с руки чьей-то похотью — разве не мерзость?! Человек убивает душу, когда накладывает грех на грех. Грех совокупления с таким червем называется прелюбодеянием.
Представь, что я обласкал человека с таким червем... Займусь ли когда любовью, не знаю, но истинно два Благодетеля встанут превыше вселенной. Они войдут в меня и размножатся, и станут пространственной плотью. И все — нет вселенной, есть я, парящий над Бездной, которая не замедлила обнаружить мой грех.