Самая подходящая леди (ЛП)

– Я? – Она держала корзинку как часть специально подобранного костюма. – После столь долгого пребывания в городе мне пришло в голову, что мы вполне заслужили немного простоты. Давайте же радоваться свежему чистому воздуху, утренней росе и всему прочему, вы согласны?

– Так мне предстоит просыпаться, пока еще не высохла роса?

– Ну что вы, нет, конечно, – заверила его Кэролайн.

– Тогда, пожалуй, я соглашусь.

Ее улыбка стала больше походить на ухмылку.

– Вам нужна жена.

– Вы не первая об этом говорите.

Вскинув брови, она махнула рукой, отпуская его, а сама, продолжая улыбаться во весь рот, обернулась к его сестре.

– Октавия Дарлингтон, – произнесла Кэролайн, вложив в приветствие столько радушия, что можно было подумать, будто они не виделись целую вечность, а не далее как на прошлой неделе. – Как же я счастлива вас видеть!

– Спасибо за приглашение, – ответила Октавия, слегка приседая в вежливом реверансе.

Кэролайн наклонилась и зашептала заговорщическим тоном, хотя понять, почему, не представлялось возможным, поскольку единственным человеком, находящимся поблизости, был Алек, и он прекрасно мог слышать все, ею сказанное.

– Я пригласила множество вполне подходящих джентльменов, – сообщила хозяйка Октавии. – Вы, моя дорогая, замечательно проведете время.

И снова повернулась к Алеку, выгнув одну бровь и внимательно его рассматривая.

– Мне говорили, вы провели сезон в Лондоне, но я вас почти не видела.

– Обычно он перепоручал меня двоюродной бабушке, – с усмешкой доложила Октавия.

– Только не говорите об этом Хью, – предупредила Кэролайн Алека. – Я сказала ему, что вы лично повсюду сопровождали Октавию. – Октавии же она добавила: – Я должна была заставить брата почувствовать себя виноватым. Надеюсь, вы не возражаете.

– Нисколько, – ответила Октавия, явно польщенная тем, что Кэролайн упомянула ее в этой уловке.

– Ну что ж, – продолжила Кэролайн, – так где же двоюродная бабушка Дарлингтон?

– Она задержалась в Лондоне, – пояснила Октавия. – Дело в том, что день отъезда совпал со встречей Общества коллекционеров птиц, которые происходят дважды в месяц. Так что она приедет вечером.

– Она коллекционирует птиц?

– Как-нибудь спросите у нее самой, – предложил Алек.

– Не вздумайте, – вставила Октавия, бросая на брата свирепый взгляд. – Если только действительно не хотите обо всем этом услышать.

– Признаюсь, я заинтригована...

– Она набивает чучела, – уточнил Алек.

– О нет, она этого не делает, – воскликнула Октавия. И посмотрела на Кэролайн: – Он просто ходячая неприятность. Вредитель на теле общества.

Кэролайн рассмеялась.

– Почти все братья таковы. Говорю же вам, совершенно не знаю, что делать с Хью.

– И все же он здесь? – поинтересовался Алек. Он не виделся с другом уже несколько месяцев.

– Где-то на конюшнях, – ответила Кэролайн.

– Ну конечно.

– Вот именно. – Она закатила глаза, но затем вновь вернулась к роли хозяйки. – Уинтерс покажет вам ваши комнаты. Октавия, я поселила вас с двоюродной бабушкой Дарлингтон. В самую розовую из всех спален. Надеюсь, вы не против? Алек, а вас рядом с Хью. – Она слегка махнула рукой куда-то в глубину огромного дома.

– Пойду-ка поищу Хью, – сказал Алек и взглянул на Октавию. – Ты сможешь обойтись без меня?

Октавия, казалось, обиделась, что он смутил ее подобным вопросом перед Кэролайн.

– Конечно.

– В западном салоне уже собралась небольшая группка молодых леди, – доложила Кэролайн. – Обмениваются всякого рода слухами.

Октавия усмехнулась.

– Тогда я сразу отправлюсь туда.

– Я же спасаюсь бегством. – Алек не мог себе представить, что существует нечто еще более кошмарное, чем собранные в одной комнате молодые леди, охваченные лихорадкой всевозможных сплетен. К счастью для него, лицезреть это зрелище он был вовсе не обязан. Так что Алек вышел на улицу и, миновав подъездную аллею, двинулся к конюшням. Снова видеть Хью – это прекрасно. Они подружились еще в Итоне, затем вместе учились в университете, но по окончании учебы встречались лишь время от времени. Алек обычно жил в городе, Хью же чаще всего находился там, где и его лошади. То есть, вовсе не в городе.

Что-то тихо про себя напевая, Алек подошел к впечатляющих размеров конюшням. В нос ударил запах сена и навоза, и он улыбнулся, когда к ним добавился парфюм «потная лошадь». Сам Алек получал удовольствие от верховых прогулок, как и любой мужчина, и, конечно же, охотно посещал скачки и всякого рода охоту, но никогда не мог до конца понять одержимости Хью коневодством. Однако Алеку страсть друга нравилась. Хью не был бы Хью, если б не пас свой табун, как ревнивый жеребец.

– Хью! – позвал Алек, открывая дверь. Откуда-то из дальнего стойла раздалось ржание, сопровождаемое ругательствами, которые в свою очередь вызвали новое ржание, являющееся, как предположил Алек, ничем иным, как лошадиным ругательством.

– Хью? – снова позвал Алек.

Из стойла высунулась голова.

– Дарлингтон! – воскликнул Хью. – Рад тебя видеть!

– Взаимно. – Алек и не подумал поправить друга, назвавшего его старым именем. Ему даже польстило, что Хью по-прежнему обращался к нему как к Дарлингтону. Это так прекрасно и привычно, словно они все еще мальчишки, имеющие обязательства только перед наставниками и друзьями. Алек подошел ближе и вгляделся в лошадь. – Это тот самый жеребец, о котором судачит половина Лондона?

– Умная половина, – уточнил Хью.

– Робеспьер?

– Ришелье.

– Ну да, конечно, – пробормотал Алек.

Хью вернулся к работе, он… хм, честно говоря, Алек не совсем понимал суть его действий, но, похоже, жеребцу они были не по нраву. Алек отошел назад. Он видел несчастных, которых лягнула лошадь. И совершенно не стремился испытать подобное на своей шкуре.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Хью, даже не взглянув на друга.

– Ты меня пригласил.

– Э-э?

– Твоя сестра. Читай – ты сам.

На что Хью поднял голову и с искренним удивлением посмотрел на друга.

– Да наступят ли такие времена, когда, говоря о наших сестрах, перестанут иметь в виду и нас самих?