Триумф поражения

и хорошие отношения,

вовремя закрыть рот.

- На агентство готовится нападение, - предполагает растерянная Марина. - Может, преступники думают, что Александр Юрьевич перевез сюда какие-то важные документы.

- А если ему надо держать их при себе? - находчиво парирует Марина. - А он все время здесь!

- Тогда клад? - возвращает нас к версии Костика Римма Викторовна.

- Есть идея! - включается в гадание Димка. - Я в фильме одном видел: Хозяин готовит с кем-то тайную встречу, с кем не может встретиться в другом месте. А наше агентство - место незначительное для империи Климовых. Поэтому здесь и состоится встреча для отвода глаз.

- Убирать? - круглые кукольные глаза Марины становятся еще круглее. - В каком смысле?

- Да, - немного подумав, соглашаюсь я. - И крови.

- Идите на места, друзья! - вытирая слезы, говорит Павла Борисовна. - Всё разъяснится само собой.

К полудню выяснилось, что Прохор Васильевич занял небольшой кабинет на первом этаже. Все сотрудники-женщины вдруг вспомнили, что давно не справлялись о самочувствии Дарьи Владиленовны, сидящей в холле, и по очереди отправились ее навещать. Старая мудрая женщина всех благодарила и подробно рассказывала о своем давлении и пошаливающих в последнее время нервишках.

- Ниночка! Какая прелесть эта жизнь! Я так давно живу на свете, но не перестаю поражаться силе законов природы!

- И о ней тоже, - женщина улыбается мне по-домашнему, по-родному.

- Я побегу, Дарья Владиленовна! - паникую я, шепотом обращаясь к милой женщине. - Сила инстинкта самосохранения, знаете ли...

- Что за фантазии? - краснею я, испытывая неловкость под голубым лукавым взглядом. - Холодильник меня терроризирует.

Бегу, не оглядываясь, к лестнице. На третьем этаже из "живых" только Костик, Димка и Павла Борисовна.

- Я не связываюсь с призраками, - устало говорю я, запыхавшись от быстрого бега и совершенно не претендуя на внимание полубога - нового начальника охраны.

- Здравый смысл, - спорю я. - Таких мужчин не существует, значит, он не настоящий.

Замираю, не оборачиваясь. Отвечаю громко, демонстрируя хорошо поставленный голос:

- Не расстраивайте меня, госпожа Симонова-Райская, таким странным и нелепым предположением, - Холодильник тоже не двигается и продолжает греть дыханием, словно он Радиатор.

- Почему в агентстве так тихо? Где все? - интересуется Хозяин, и мне, вот ей богу, кажется, что его губы слегка касаются моей кожи. От этого по телу бегут несанкционированные мурашки.

- А у вас не аппетита? Совсем? - продолжает делать из меня плавленый сырок Холодильник.

Хозяин оказывается настолько близко ко мне, что я, невольно отпрянув, падаю назад. От позорного падения на спину меня спасают крепкие руки, схватившие меня за талию.

- Куда? - в пересохшем внезапно горле нет слюны, и мне почти больно.

- Спасибо, у меня нет ни времени, ни аппетита, - продолжаю настаивать, испытывая желание бежать дальше.

- Не имею привычки завтракать с начальством! - грублю я, не понимая, что происходит. - Тем более...

Бегу в свой кабинет и с удивлением отражаюсь в большом напольном зеркале: лицо розовое, как малиновый крем в эклерах Павла Денисовича, вытаращенные глаза. Тоненький пояс-ремешок моего второго платья-футляра сдвинут на бок. Темно-коричневая ткань, белый воротник-стойка. Серебряная филигранная брошь в виде веточки ландыша с цветами из посеребренного жемчуга.

На журнальном столике стоят две чашки кофе и лежат волшебные горячие рогалики Павла Денисовича, который с довольным видом суетится возле:

- Очень мило, - вяло говорю я и сажусь на диван, по которому слегка похлопывает рукой Холодильник.

Пропитанное персиком лакомство выпускает сладкую струйку джема, которая пачкает уголок моих губ. Непроизвольно слизываю капельку, старательно высунув язык. Серые глаза Холодильника снова темнеют, но теперь это не пасмурное осеннее небо, а поздний зимний вечер.

- Хуже, - искренне говорю я, с аппетитом откусывая от рогалика еще один кусок. - Это просто божественно!

Настроение портится мгновенно. Кладу недоеденный рогалик на блюдце.

- Не наелась! - вредничаю я, хватая и доедая рогалик. - Аппетит появился, несмотря на ваше присутствие.

- Слушаю, - киваю я, расслабившись и размышляя, брать ли второй рогалик. Сам Хозяин ни к выпечке, ни к кофе не прикоснулся. Он, наивный, просто не пробовал шедевры Павла Денисовича. Попробует - зависимым станет.

Сажусь, расправив плечи и приготовившись к атаке. Ура! Наше общение вышло на знакомый уровень. А то придумал: горячее дыхание, взгляды на губах...

- Есть и второе, - усмехается Холодильник. - Для вас лучше первого. Вы отказываетесь от последнего проекта и спокойненько работаете со старыми.

- Ну, не совсем, но без особого контроля с моей стороны, - обещает Александр Юрьевич. - Практически полная самостоятельность.

- Если бы вы знали, какой! - по-иудовски улыбается Холодильник. - Что решаете? Или вам нужно время для... выбрать?

- Есть и третье, очень выгодное, - ласково говорит Александр Юрьевич и почему-то, встав с дивана, отходит к окну. Оттуда он предлагает:

От возмущения вскакиваю с дивана и оказываюсь возле Холодильника.

- Что правда? - осторожно интересуется Хозяин.

- По-моему, я только что предложил вам купить, а не продать, - возражает Холодильник.

- У кого у вас? - любопытствует Хозяин.

- Александр Юрьевич! - окликает с порога кабинета внезапно появившийся Николай. - Нужна помощь?

- Надеюсь, что не успеете, Николай! - снова кричу я, почти трясясь от злости, четко осознав, что Хозяин абсолютно не скрывает от меня свои вероломные планы.

В кабинет входит божественно прекрасный Прохор Васильевич.

- Нина, - недовольно бурчу я. - ... Сергеевна.

- Ваш? - Прохор Васильевич дарит мне улыбку бога, медленно и откровенно осматривая меня с головы до ног. - Прекрасный выбор!

Как я не люблю красивых мужчин! Терпеть не могу таких брутальных и харизматичных! Их ничтожно мало по сравнению с нами, обычными женщинами. И это просто преступление со стороны и Прохора Васильевича, и Холодильника так выглядеть! Стоп, Нина! И этого на Олимп посадила?! Обойдется!

- А я бы вас нет! - бурчу я из чувства противоречия, вызывая удивление в глубоком умном взгляде Прохора Васильевича. - Можете не беспокоиться за безопасность своего Холо... Хозяина. Я его не трону!

- Рад, что у тебя хорошее настроение, Прохор, - в голосе Холодильника не чувствуется той радости, о которой он только что заявил. - Но ты зря расслабляешься, это обманный маневр. Госпожа Симонова-Райская усыпляет твою бдительность.

- Это ее звание, - разрешает себе улыбнуться Холодильник. - Намек на рай, Эдем. Яблоневая веточка.

Прохор Васильевич снова заразительно смеется, и я невольно улыбаюсь в ответ.

- На ваши три предложения извольте получить три отказа, - скалю я зубы. - Разрешите приступить к выполнению своих непосредственных обязанностей?

- А можно я вас провожу? - неожиданно спрашивает меня  Мистер Харизматичность - Прохор Васильевич. - Проверю, насколько безопасен ваш кабинет, Нина Сергеевна.

- Кем? - не понимаю я. - Когда?