Восстание

— Ты-то откуда это знаешь? — в голосе Соло больше любопытства, чем агрессии.

Финн вдруг сереет, с ужасом смотрит на нее, наконец-то сопоставив все. Сила, знания, странный наряд — такой же, как у Кайло Рена. И если сейчас она ничего не скажет, не пояснит, то никто не позволит ей встретиться со Скайуокером.

— FN-2187, ты был лучшим в кадетском корпусе. Капитан Фазма возлагала на тебя большие надежды. Почему ты тут? — спрашивает она вместе ответа.

— Я не такой, как они, — едва ли не шепотом выдавливает он. Скорее всего, он уже думает, через сколько минут сойдет с ума. Как же, ведь он смотрел в глаза рыцаря Рен!

— Тогда ты знаешь ответ. Я не такая, как они.

Видимо, и Соло что-то понимает, потому что спрашивает:

— И как тебя звали там, Рей?

Она переводит взгляд на него. Смотрит прямо, без страха — и, не сомневаясь ни на мгновение, говорит правду:

— Кира Рен.

Вуки рычит, бросается вперед, но Хан Соло останавливает его. Заставляет лечь. По не двигается с места, но невольно напрягается, вглядываясь в нее, пытаясь понять. Дроид сворачивает карту и отъезжает подальше.

— И почему же Кира Рен сидит тут? — Соло практически повторяет ее слова.

— Карта с координатами Скайуокера не должна попасть ни к Сноуку, ни к Кайло.

Долгую минуту она не двигается, сидит с абсолютно прямой спиной, молчит. Ожидает их вердикта. Думает, что в ее силах убить каждого: они мало что могли противопоставить обученному рыцарю Рен. Только вряд ли они это понимают. Кира точно знает, что ее не принимают всерьез: слишком молода.

В итоге Соло просто кивает. Одобряет или нет, но все решено: он высадит их, поможет найти транспорт и отправится восвояси.

Обстановку разряжает По: как ни в чем не бывало предлагает ей поесть. И вот уже все заняты чем-то другим. Все кажется слишком мирным. Словно не было никаких признаний. Соло и По уже травят байки, пытаясь между собой решить, кто из них лучший пилот. Финн и вуки пытаются играть, под угрозы, что если вуки расстроится, то вырвет ему руки.

Кажется, будто им всем все равно, что она могла врать и притворяться. Неестественная доверчивость, учитывая, что в мире впору объявлять военное положение.

Удивительно, и как с таким подходом Сопротивление еще не уничтожили?

***

О том, что это очередная проверка, до Киры доходит только когда в ее глаза смотрит владелица замка. Соло делает вид, что понятия не имеет, зачем и что та делает. Тарелки падают со стола, Кира поджимает губы, стараясь держать себя в руках: опять не доела.

— У тебя сложная судьба, девочка.

Кира позволяет себе выгнуть бровь. Что такое взгляд глаза в глаза, когда даже сам Сноук не нашел в ее мыслях ничего, кроме преданности рыцарям Рен? А у того опыта побольше в использовании телепатии, даже если Маз Каната прожила тысячу лет.

Но Финн под странным взглядом Маз пугается и весь сжимается. Кира видит, что он боится, и не надо быть телепатом, чтобы понять: Финн попытается сбежать при первой же подвернувшейся возможности. Одному Дэмерону все нипочем: ищет им транспорт, едва ли уделив Маз Канате пять минут. Вот и выходит, что из них всех интереснее Кира, потому что на Хана Соло Маз явно успела насмотреться.

Остается только пожать плечами и рассматривать незаметно других: их компанию и дроида явно же узнали, и, скорее всего, уже доложили все Первому Ордену. И Сопротивлению за компанию. Кира мысленно отсчитывает время до появления отряда штурмовиков. Вот уж кто не будет церемониться.

— Значит, сбежали из Первого Ордена?

Кира пожимает плечами: ответ-то очевиден — уж что-что, а сообщения о награде за голову все видели. Но вот объяснять что-то она не собирается. Не для Маз Канаты.

Она поднимается, находит взглядом Дэмерона. Отмечает, что, скорее всего, договориться у того получилось, но вряд ли с хорошими людьми. Тут перевалочный пункт наемников, и даже если их не попытаются выкурить прямо с планеты — все равно продадут при любой возможности. Хотя бы потому, что Орден платит больше. Когда не убивает. А сами они не сказать что платежеспособны.

— Пойду, узнаю новости у По, — она говорит демонстративно только с Соло, напрочь игнорируя Маз.

По дороге она отмечает, что Финн тоже ищет пути для побега: разговаривает с какими-то подозрительными типами. И только Соло почему-то считает, что привести желанную добычу в наемничий притон — верх разумности. В каком мире он живет?

Ее приближение вызывает заинтересованные и опасливые переглядки. Это не задевает — скорее, наоборот, льстит. Сколько предложили за нее? Требовали доставить живой? Они считали ее заведомо более легкой добычей или, наоборот — более опасной?

— Если улетишь с ними, я не дам за твою жизнь и гроша. Ты же поверишь слову Киры Рен? — она сжимает плечо Финна, наклоняется к самому уху. Тот испуганно вздрагивает: явно не почувствовал и не услышал ее приближения.

— А что, с тобой у меня больше шансов?

— Живым ты мне нужнее.

Она отпускает его, усмехается наемникам. И отступает. По успел уже куда-то исчезнуть. Кира морщится, оглядываясь. Прикрывает глаза, привычно отдаваясь Силе. И идет, куда та направит. Но, едва не промахнувшись ногой мимо ступеньки и не упав, удивленно распахивает глаза. Где она вообще? Откуда тут лестница? Вряд ли По Дэмерон там. Но Сила тянет куда-то вниз, а ей Кира доверяет.

Она легко спускается, внизу снова прикрывает глаза. И идет на зов. Оно где-то здесь, что-то очень важное, очень нужное, то, что ждет… Ее? Кира останавливается, облизывает пересохшие от нервного возбуждения губы.

В комнате темно, света едва хватает, чтобы разглядеть старый сундук, окованный металлом. Кое-где на штырях ржавчина. Замок под стать, но на вид не крепкий. Кира подходит ближе, дергает, проверяя. Замок выдерживает. Скривившись, она просто сминает его Силой и отшвыривает в сторону.

Кира медлит, прежде чем, наконец, открыть сундук. И задыхается при виде рукояти меча. Рукоять зовет, манит к себе. Искушает дотронуться.

— Кира!.. — доносится из-за спины приглушенный голос Кайло Рена. Она не оборачивается: шепотки, окружившие меч — громче. Кира чувствует, как по всему телу встают дыбом волоски.

Она берет рукоять в руки — и проваливается в Видения. Они сменяются одно за другим слишком быстро, чтобы сориентироваться, чтобы понять, что происходит. Она успевает заметить край плаща и почувствовать чужую мощь, давление Силы, от которого трудно дышать, слышит чей-то, полный боли, вопль, ноги скользят по неровной поверхности, Кира падает, потоки лавы после темноты на миг ослепляют, а когда возвращается способность видеть — полыхает какое-то строение, и последнее, что бросается в глаза — металлическая рука на дроиде старой серии. Таких уже и не выпускают.

Рукоять катится по полу, Кира словно сквозь вату слышит странно напряженный голос Кайло: «Кира!». В ушах шумит; из-за собственной беспомощности Кира чувствует иррациональный страх. Пальцы дрожат, выдавая ее состояние.

«Соберись!» — Кира не до конца уверена, что это не разыгралось воображение. Потому что Кайло бы ей так не сказал. Он бы не дал ей и шанса…

Требуется несколько вдохов и выдохов, чтобы взять себя руки. Кира встает и поднимает с пола рукоять меча. Она на удивление теплая и удобная, кажется совсем родной — словно у Киры не было другого оружия.

— Это меч Люка Скайуокера, девочка. А раньше он принадлежал его отцу…

— Дарту Вейдеру, — перебивает Кира невесть как оказавшуюся тут Маз Канату. Та упрямо, но излишне торопливо, продолжает:

— Из века в век Тьма все так же многолика, девочка. А когда крепнет Тьма, крепнет и Свет. Сила зовет тебя, и этот меч тв…

— Нет.

Кира роняет рукоять меча в ладони Маз. И уходит. И дело даже не в том, что сейчас не самая лучшая идея брать в руки оружие. Ей хватило поклонения Кайло Рена дедушкиным вещам: после покореженного шлема до меча дотрагиваться тем более не хочется. Даже если он зовет. Особенно если он зовет.

Пяти минут в общем зале Кире хватает, чтобы почувствовать отвращение ко всем живым существам. Сейчас она походит на Кайло с кипящими внутри эмоциями. Она не чувствует себя тут в безопасности, на своем месте; хочется отмотать все обратно, дать сбежать штурмовику и Дэмерону, а самой остаться на крейсере, среди своих.