Страница 9 из 18
Тем временем истинное положение дел у Пита становилось всё отчаяннее. «У него совершенно определенно была привычка жить не по средствам, – рассказывает Рональд Джонстон, коллега Пита по работе в четырех разных фирмах. – Он постоянно тратил много больше, чем способен был заработать». За девять лет карьеры в качестве лицензированного брокера – с 1979 по 1988 годы – Пит Кьюненен сменил шесть брокерских домов, ни на одном месте работы дольше двух лет не задержавшись. Подлежащих огласке нарушений финансовой дисциплины в базе данных NASD за Питом не значится, но факт остается фактом: из брокерских фирм его вытуривали раз за разом.
А ведь начинал он с работы в компаниях – лидерах фондового рынка: Merrill Lynch, затем Prudential Bache, – но ко времени окончания Эндрю школы скатился до уровня заштатных маклерских контор. Начиная с середины восьмидесятых он фактически из последних сил кое-как держался на плаву. После очередного досрочного увольнения – в 1987 году, с эвфемистической формулировкой «за непродуктивность», – Пит нашел свое последнее пристанище на ниве торговли ценными бумагами в мелкой конторе Trademark Investment Services, Inc., учрежденной Джонстоном на паях с Джеймсом Рэттеном. Джонстон вскоре уступил свою долю партнеру по сходной цене, а в результате Рэттену впоследствии пришлось в одиночку разгребать ворох жалоб, претензий и исков от клиентов, пострадавших от деятельности Пита не только под крышей его конторы, но и (предположительно) еще в пору его работы в предыдущих фирмах.
«Его обвиняли в банальном присвоении денег клиентов, – прямо и без обиняков рапортует Рэттен, сам в прошлом офицер военно-морского флота. – Точных сумм не знаю, но занимался он этим, судя по всему, достаточно долго. Проделывал это неоднократно, даже работая еще на крупные фондовые компании».
После случившегося 19 октября 1987 года краха[17] работа на рынке ценных бумаг застопорилась, а в июле-августе 1988 года Пит, поняв, что Рэттен начал что-то подозревать, судя по всему, хапнул свой куш с несостоявшейся сделки, продал Alfa Romeo и тяжело обремененные залоговыми обязательствами дома в Боните и Ранчо Бернардо – и подался в бега. Сбежал же Пит Кьюненен не куда-то, а на родные Филиппины.
Семья пыталась не предавать огласке постыдную тайну бегства Пита, которое обернулось тяжелым усугублением душевного расстройства у Марианны. Она теперь нуждалась в постоянной психиатрической помощи и не единожды пыталась покончить с собой. Эндрю и Джина бросили колледж. Семья обреченно плыла по течению. Все эти переживания стали для Эндрю глубочайшим потрясением, ведь вдребезги разбитым оказался образ отца как могучего и надежного защитника.
Беркли
Бегство отца сорвало Эндрю с последнего ненадежного якоря. Не приученный самостоятельно заботиться о себе, он почувствовал себя лишенным всего, и в нем стало стремительно усиливаться чувство зыбкости собственного существования. Принуждая сына сосредотачивать всё внимание на поддержании своего статуса в глазах окружающих, Пит практически без остатка вытравил из Эндрю какие бы то ни было начатки истинного понимания того, кто он есть на самом деле. Но Эндрю все-таки вытянул из загашников судьбы еще один, на этот раз последний счастливый билет, прежде чем до конца принять жестокую правду жизни. А правда эта заключалась в том, что он теперь никто, нищий сын афериста и невменяемой, и ему нужно собственным трудом зарабатывать себе деньги на продолжение обучения в колледже, если он хочет все-таки получить высшее образование.
Какой же всё это, вероятно, казалось несправедливостью избалованному тинейджеру, пожираемому изнутри затаенной озлобленностью на мир и жалостью к себе. Но Эндрю все-таки еще единожды изыскал способ продлить притворство. Он решил принять гостеприимное приглашение богатой и чудаковатой Лиз Котáэ, давней знакомой еще по дебютному балу в Епископской. Девушка жила теперь, готовясь выйти замуж, в Беркли, всего-то через залив от самого раскрепощенного гей-сообщества Америки – района Кастро в Сан-Франциско. Жених Лиззи Филип Меррилл, автор-составитель компьютерной документации из Беркли, – вырос в Нью-Йорке и был на десять лет старше Лиззи. Фил считал хорошей идеей, чтобы у Лиззи под рукой был какой-нибудь приятель-ровесник, чтобы девочка не скучала в одиночестве, пока он занят делами, и Эндрю был приглашен в бессрочные гости на полном пансионе. Так у него появилась возможность задарма пожить со всеми удобствами практически на переднем крае соприкосновения с фонтанирующим очагом гомосексуальной культуры.
Через Лиззи, опять же, Эндрю прикоснулся к тому миру беззаботного изобилия, к которому его так отчаянно влекло, но проникнуть в который собственными силами ему было не дано. Лиззи была девушкой своенравной и привыкшей брать от жизни свое, и ей только в радость было прихватывать Эндрю с собой отужинать где-нибудь, потому что он ее развлекал. Сама она доводилась племянницей Эмми и Раймонду «Баду» Котэ[18], влиятельной и состоятельной супружеской паре из Ранчо Санта-Фе – изолированного анклава особняков стоимостью от миллиона долларов к северу от Ла-Хойи. Именно усаженное пальмами и окруженное эвкалиптовыми рощами Ранчо Санта-Фе, где вдоль серпантином вьющихся между усадьбами проездов припаркованы сплошь одни «мерседесы», Эндрю будет впоследствии называть своим истинным домом, хотя и не прожил там ни дня[19].
Эндрю познакомился с Лиззи через Рифатов: Лиззи поступила в Епископскую на год позже своей подружки Рейчел, а ее брат Мэтью сопровождал ее в роли кавалера на дебютном балу. Лиззи нравилась идея повсюду появляться с эскортом. Они с Эндрю вторгались в самую гущу молодежной тусовки, «не дающей себе засохнуть». Очарованный духом сексуальной раскрепощенности, саморазрушения и привычки к наркотикам, царившим среди этих вечно взвинченных и нарочито порочных чад богатых родителей, Эндрю снова и снова вспоминал главного героя романа Брета Истона Эллиса «Ниже нуля», вынужденного под покровом ночи зарабатывать на отдачу долгов наркодилерам мужской проституцией. Пуританское воспитание не мешало Лиззи в сопровождении верного прихлебателя Эндрю воспроизводить представленные в романе и его экранизации эталонные образчики самодовольного, бездумного и пошлого потребления низменных мирских благ. Для Эндрю, с упоением погрузившегося в ожившую реальность вожделенного вымышленного мира по Эллису, происходящее казалось невероятным, сказочным блеском.
Лиззи жила в большом доме, где стены столовой были выкрашены ярко-красной автомобильной эмалью. Эмми любила наряжаться в красные кожаные костюмы от Chanel. Так что и Эндрю с его страстью ко всему красному (не в политике, разумеется) пришелся семейству Котэ ко двору. В круг ближайших друзей Котэ по Ранчо Санта-Фе входила тихая и благостная супружеская чета богачей и известных на весь Сан-Диего коллекционеров произведений изящных искусств. Звали их Джеймс и Марна Де-Сильва. За долгие годы они накопили потрясающие собрания Лихтенштейна, Уорхола и Джонса[20], которые теперь выставляли в музеях, и подарили Калифорнийскому университету в Сан-Диего коллекцию уличной скульптуры Стюарта[21], ставшую настоящим украшением кампуса. В недолгую бытность студентом Калифорнийского университета Эндрю ежедневно проходил под распахнутыми крыльями огромной птицы – скульптуры «Бог Солнца», заказанной Ники Сен-Фалль[22] лично супругами Де-Сильва и сразу сделавшейся неофициальным символом университета. Эмми Котэ учредила и возглавила Коллегию попечителей коллекции Стюарта. Так случилось, что Эндрю на птичьих правах «бедного дружка» Лиззи и познакомился с четой Де-Сильва. С тех пор образы Джима и Марны Де-Сильва прочно заняли пустующее место божественной святыни в сознании Эндрю и вдохновили его на новые фантазии. Вскоре он без спросу присвоил себе их фамилию, а затем и вовсе стал выдавать себя за их отпрыска.
17
В так называемый Черный понедельник произошел стихийный и никакими внешними факторами не спровоцированный резкий обвал всех биржевых индексов в США, а следом – и в других странах.
18
Раймонд Лейтон «Бад» Котэ (англ. Raymond Leyton «Bud» Coté, Jr., 1923–1998) – ветеран Второй мировой и Корейской войн, в перерыве между которыми успел окончить Лос-Анджелесский университет и стать известным футболистом; в 1960-х гг. сделал состояние, развернув дилерскую сеть Chevrolet на Западном побережье, и занялся меценатством.
19
В марте 1997 г., всего за месяц до первого из серии убийств, совершенных Эндрю, Ранчо Санта-Фе опередило его в обретении дурной славы, став местом массового ритуального самоубийства членов секты «Небесные врата». – Примеч. авт.
20
Рой Фокс Лихтенштейн (англ. Roy Fox Lichtenstein, 1923–1997), Э́нди Уорхол (англ. Andy Warhol, 1928–1987) и Джаспер Джонс (англ. Jasper Johns, р. 1930) – классики американского поп-арта.
21
Коллекция названа так по второму имени Джеймса Стюарта Де-Сильвы. – Примеч. авт.
22
Ники де Сен-Фалль (фр. Niki de Saint Phalle, 1930–2002) – французская фотомодель, художница и скульптор, представительница нового реализма, большую часть жизни проведшая в Калифорнии.