Поверь

– Когда монстры набрасываются на тебя чуть не на каждом шагу? Шутишь? – Лука поднял бровь. По его лицу мелькнула тень.

Конечно, Джексон привык слышать от девчонок, какой Лука симпатяга. Но сейчас Кастеллан выглядел усталым, сердитым, и вид у него был совсем не геройский: светлые волосы на солнце казались седоватыми, шрам на лице выглядел глубже, чем обычно.

– Я постоянно жил на Холме полукровок, начиная с четырнадцати лет, – сказал он. – С тех пор как Талия… ну, да ты знаешь. Все время проводил в упражнениях; я никогда не был нормальным подростком там, в реальном мире. Только на мгновение… Потом они подбросили мне одно задание. Но когда я вернулся, они сказали что-то вроде: «Ладно, хватит путешествий. Живи, наслаждайся жизнью». Знаешь, в тот момент я смог забыть об этом, в моей жизни действительно было счастье…

Его лицо прояснилось на миг, мелькнула мягкая, нежная улыбка, какой Перси никогда не видел. Словно об этом ему вспоминать было одновременно больно и приятно.

- Да, в моменты такого счастья можно было забыть обо всем… - почти шепотом проговорил Кастеллан. – Но, похоже, некоторые считают, что хорошего должно быть понемножку, - лицо снова потемнело.

А через мгновение, произнеся странную фразу о прощании, Лука щелкнул пальцами с кривой улыбкой, и огонек прожег отверстие в земле у ног сына Посейдона. Оттуда выползло нечто черное и блестящее, размером примерно с его руку. Это был скорпион. Перси потянулся за мечом, но был остановлен словами Луки о том, что этот подвид способен подпрыгивать на пятнадцать футов. Его жало может насквозь пронзить одежду. Шестьдесят секунд, и человек – покойник.

Перси осенило. Вот он, этот момент! Он предан тем, кто называл себя его другом.

– Я много чего в жизни повидал, Перси, много чего ощутил на себе,– сказал Лука. – Разве ты не чувствовал этого – тьма сгущается, монстры становятся сильнее? Разве ты не понял всю бессмысленность противостояния? Герои – пешки в руках богов, что бы ни говорили. Их должны были свергнуть еще тысячелетия назад, но они держатся благодаря нам, полукровкам.

– Лука, ты говоришь о наших родителях! – Перси пребывал в ужасе.

Кастеллан расхохотался.

– За что я должен их любить? Их ненаглядная «западная цивилизация» – это болезнь, Перси. Она убивает мир. Помешать этому можно, только если сжечь все дотла и начать с чего-то нового. Более честного.

– Ты сумасшедший, как Арес.

– Арес – дурень, – ответил Лука, сверкнув глазами. – Он никогда не понимал, кому на самом деле служит. Будь у меня время, Перси, я мог бы объяснить. Но, боюсь, жить тебе осталось недолго.

Скорпион заполз на штанину. Должен быть какой-то выход! Но Перси нужно было время, время чтобы подумать!

– Кронос, – сказал он. – Вот кому ты служишь.

Вокруг похолодало, словно в один миг солнце погасло и воцарилась полярная ночь.

- Осторожнее, смотри, чье имя произносишь.

Но Перси было все равно. Он попытался убедить Луку в том, что ему попросту промыли мозги.

– Ошибаешься. Он указал мне, что таланты мои пропадают зря. Знаешь, на поиски чего я отправился два года назад, Перси? Мой отец Гермес, а вместе с ним и Дионис, хотел, чтобы я похитил золотое яблоко из сада Гесперид и вернул его на Олимп. Зная, насколько я подготовлен, он не мог придумать ничего лучше или важнее.

– Непростое задание, – отметил Джексон. – Оно удалось Гераклу.

– Верно, – согласился Лука. – Какую славу можно снискать, если повторяешь то, что уже сделали другие? Все боги знают, как сделать так, чтобы повторить прошлое. У меня к этому сердце не лежало. Дракон оставил мне напоминание, – он сердито указал на свой шрам, – а когда я вернулся, то оказалось, что достоин лишь жалости. Я хотел разрушить Олимп камень за камнем прямо тогда, но меня остановило лишь ее присутствие рядом. О, я смог забыть о своей неудаче на время. Но почему-то боги, снова эти боги решили вмешаться! Я не удивлюсь, если по их воле тельхины оказались тогда у границы! Они забрали ее у меня, Перси! Забрали! Я должен за это их любить?! За то, что по их вине умерла та, кем я дорожил больше, чем своей жизнью?! Та, кто изменила мою серую жизнь! Этот удар… Ведь не будь ее там, он был бы направлен на меня… Не оставь я ее там одну, все бы обернулось по-другому… Моя милая… Амая… - резко переходя то на шепот, то на крик говорил Лука, сжимая кулаки. Перси показалось, что в его глазах мелькнули слезы. - Я стал размышлять о Кроносе, - продолжил говорить Лука, относительно успокоившись. – Он убедил меня похитить нечто особенное, то, на что не хватило мужества у других героев. Когда нас повезли на экскурсию в зимнее солнцестояние, пока они были заняты переговорами, я прокрался в тронный зал и взял жезл Зевса прямо с постамента. А заодно – и шлем Аида, чтобы скрыться. Ты не поверишь, как это было просто. Олимпийцы слишком самонадеянные; им и во сне не могло присниться, что кто-то осмелится что-то у них украсть. Служба безопасности отвратительная. Я успел покинуть Нью-Йорк, когда услышал раскаты грома и понял, что они организовали погоню и поиски.

Скорпион устроился на колене мальчика, не сводя с него поблескивающих глазок. Перси сглотнул, но постарался, чтобы голос звучал ровно.

– Тогда почему же ты не принес эти предметы Кроносу?

Улыбка Луки поблекла.

– Я… я переоценил себя. Зевс послал своих сыновей и дочерей – Артемиду, Аполлона, моего отца Гермеса – на поиски украденного жезла. Но поймал меня Арес. Я мог бы одолеть его, но был недостаточно осторожен. Он разоружил меня, отнял символы власти и пригрозил вернуть их на Олимп, а меня сжечь заживо. Затем я услышал голос Кроноса, который научил меня, что делать дальше. Я внушил Аресу мысль о великой войне между богами. Сказал, что ему придется всего-навсего ненадолго припрятать украденное и поглядеть, как будут сражаться другие. У Ареса появился нехороший блеск в глазах. Я понял, что он клюнул. Он отпустил меня, и я вернулся на Олимп, прежде чем кто-либо заметил мое отсутствие. – Лука вынул свой новый меч, провел большим пальцем по плоской стороне клинка. – После этого повелитель титанов… он… он наслал на меня кару в виде кошмаров, еще более ужасных, чем я видел прежде. Я поклялся, что не провалю дело снова. Когда я вернулся в Лагерь полукровок, во сне мне было сказано, что прибудет второй герой, которого можно будет обдурить и обманным путем доставить жезл и шлем от Ареса в Тартар.

– Адскую гончую тогда призвал ты?

– Мы должны были убедить Хирона, что лагерь – небезопасное место для тебя, чтобы он отправил тебя на поиски. Мы должны были подтвердить его опасения, что Аид гонится за тобой. И у нас все получилось.

– Крылатые туфли были прокляты, – размышлял вслух Перси. – Все было задумано так, чтобы они утащили меня вместе с рюкзаком в Тартар.

– Они и утащили бы, если бы их носил ты. Но ты отдал их сатиру, что не входило в план. Гроувер портит все, к чему ни прикоснется. Он даже проклятие сбил с толку.

Лука посмотрел на скорпиона, который перебрался на бедро Джексона.

– Тебе следовало бы умереть в Тартаре, Перси. Но не переживай, я оставлю с тобой своего маленького друга, и все уладится.

– Интересно же ты отплатил тем, кто отдал жизнь, спасая тебя, - облизнув пересохшие губы, проговорил Перси.

– Не говори о них! – воскликнул Лука. – Боги дали им умереть! Эти смерти – немалая часть того, за что им придется расплачиваться.

– Тебя уже использовали, Лука. Вас с Аресом, обоих. Не слушай Кроноса.

– Использовали меня? – В голосе Луки появились истерические нотки. – Лучше на себя посмотри! Разве твой отец хоть что-нибудь сделал для тебя? Кронос восстанет. Ты всего лишь задержал осуществление наших планов. Он швырнет олимпийцев в Тартар и загонит человечество обратно в пещеры. Всех, кроме самых сильных, – тех, кто служит ему.

– Прогони своего клопа, – сказал Перси. – Если ты так силен, сразись со мной сам.

– Отлично, Перси, отлично, – улыбнулся Лука. – Но я не Арес. И на твою удочку не клюну. Мой повелитель ожидает меня и хочет поручить мне еще множество дел.