Поверь

– Лука…

– Пока, Перси. Грядет новый Золотой век. Ты не будешь его частью.

Он вложил меч в ножны и исчез в пульсациях тьмы.

Зеркало потухло. Макария, вздыхая, пыталась успокоить давящуюся рыданиями Амаю. Также сдерживала ее попытки подняться наверх снова без разрешения и разобраться с Лукой. Но не могла и рвалась из рук подруги.

Амая обняла себя за плечи, вспоминая тот момент. Ее до сих пор сковывал ужас, из-за того, что Лука натворил и готов натворить. Девушка корила себя за собственное бессилье. Она понимала, что не сможет подняться к нему туда, наверх. Ведь она просто не найдет сейчас Луку, и ее гораздо раньше обнаружит Зевс. Возможно, после такого нарушения, у Кастеллана причина мести за нее станет вполне объективной.

- Амая? – к ней обратился Гипнос, до этого наблюдавший со стороны. Девушка повернулась к богу сна, сделав вопросительное выражение лица, скрывая свои настоящие эмоции.

- Да?

- Идем, у Аида прием, важные гости. Плюс, мы тебя очень хотим кое-кому представить.

В зале перед троном Аида стояла делегация богов. Двое высоких статных, темноволосых, молчаливых и мрачных навевали при одном единственном взгляде ужас и благоговение, в их глазах читалась вековая мудрость, прожитая несколько тысячелетий жизнь, все проблемы человечества. Такой взгляд Амая видела практически только у одной: своей прабабушки, титаниды Реи, которую встретила в саду в глубоком детстве. Сейчас же интуиция ей подсказала, что старшие – Никта и Эреб, Ночь и Мрак, родители Танатоса и Гипноса. Сам бог смерти присел на одно колено перед матерью, ожидая приветствия с ее стороны. Рядом с ними стояли остальные дети, братья и сестры Богов Сна и Смерти: Мом - насмешка, Онир – вещие и лживые сны, Алата – обман, Герас – старость, беловолосая и усмехающаяся Эрида – раздор, Мор – насильственная смерть. Не было Харона, который занимал свой привычный поста, Эфира и Гемеры, отказавшихся присутствовать на «празднике тьмы», Немезиды, гесперид и мойр.

Гипнос легко толкнул ее в спину, призывая подойти ближе, Танатос поднялся с колен. Они прошли к трону, и Амая присела в поклоне перед богами первого поколения. Никта с еле заметной полуулыбкой подошла к девушке, откинув на спину копну шикарных, черных, как смоль, волос.

- Какое милое юное дитя, - проговорила она низким голосом, взяв в ладони ее лицо и приподняв. – Уже познавшее радости любви, боль потери и даже первородный страх. Такая светлая, что ты делаешь здесь, малютка?

Амая еле ощутимо сжалась в ее руках, чувствуя, как через все ее тело, через душу проходит тьма, которой повелевает эта богиня, та пустота, что сопровождает ее.

- Матушка, отпустите, пожалуйста, Амаю, - поспешил девушке на помощь Гипнос. – Ей еще отряд Керберов строить.

Никта убрала руки, и дочь Гебы и Геракла вздохнула свободнее. Эреб собирался что-то сказать, но двери резко распахнулись, и в зал прошествовал Аид.

- Добро пожаловать, Никта, Эреб, - кивнул он гостям и их детям. – Что заставило вас покинуть на время Тартар и навестить мою обитель?

- Врата Тартара трясутся под напором титанов, - хрипло произнес Эреб, глядя на повелителя мертвых. – Этот полукровка, Лука Кастеллан, с его помощью Кронос набирает силу…

Амая внезапно закашлялась, а стоящий рядом Гипнос заботливо хлопнул ее по спинке.

- В океанских водах курсирует лайнер «Принцесса Андромеда». Его пассажиры – полукровки-предатели, монстры и саркофаг Кроноса. Если мы ничего не предпримем – он сможет воскресить его.

- Вы думаете, что это правда? – фыркнул Аид.

- Если олимпийские боги ради сохранения мира могут просмотреть сквозь пальцы на открытую угрозу, то ты, Аид, никогда. Ты столько повидал, столько жизней прошли на твоих глазах. У тебя есть причины не игнорировать данный факт. И если боги верят Посейдону потому, что он не видит судно в водах – оно скрывается, то Гемеру не обмануть никому.

Аид крепко задумался. Тот факт, что сама День забила тревогу, его насторожил.

- Когда они причалят к берегу?

- Примерно через два дня, судя по информации Гемеры, - произнесла Никта, положив ладонь с красивыми длинными пальцами на плечо Мому, чтобы тот лишнего не ляпнул.

- Танатос! Амая! Подготовьте свои отряды к бою! – приказал Аид, махнув рукой. Никта улыбнулась молодым людям, которые молчаливо кивнули. – Выдвигаетесь на следующий день.

Дочь Гебы и Геракла стремительно покинула зал, отправляясь к казармам Керберов. Никта задумчиво посмотрела ей вслед.

- Зря Гемера отказалась прийти. Они бы нашли общий язык.

Каюта. Не комната, именно каюта, судя по качке.

Большие округлые окна вдоль всей задней стены открывали взору великолепный вид с кормы корабля. Зеленое море и синие небеса протянулись до самого горизонта. По полу стелился пушистый персидский ковер. Середину каюты занимали два плюшевых дивана, в одном углу стояла кровать под пологом, в другом — обеденный стол из красного дерева. Стол ломился от еды: коробки с пиццей, бутылки содовой и целое серебряное блюдо сэндвичей с ростбифом. Все это выглядело прекрасно.

Ужасным было следующее. На бархатном помосте в задней части каюты стоял десятифутовый золотой контейнер. Нечто вроде саркофага с выгравированными на нем сценами из древнегреческой жизни: города, охваченные пламенем, и герои, погибающие страшной смертью.

От саркофага исходил холод, мертвецкий, арктический, заполнявший всю каюту. Саркофаг Кроноса, тот самый, о котором рассказывали Никта и Эреб.

Амая неуверенными шагами приблизилась к нему. Он примораживал к земле еще сильнее, чем Никта. Дочь Гебы и Геракла тяжело задышала, стараясь утихомирить сердце, стучащее громко и часто. Слишком громко и слишком часто. Крышка саркофага, словно почувствовав присутствие девушки, со скрипом сдвинулась с места, медленно, с трудом. Когда она зависла в воздухе рядом с «контейнером», Амая смогла заглянуть внутрь. И тут же в ужасе отшатнулась, увидев, кто лежал там. Сложив руки на животе, закрыв глаза, там почивал Лука с бледным лицом и зияющей черной дырой груди.

- Что… - срывающимся голосом спросила Амая, протягивая руку, но не решаясь прикоснуться к парню. От созерцания тела ее отвлек шум за спиной. Повернувшись, девушка увидела Луку, живого, здорового, с коротко подстриженными волосами, в рубашке и брюках цвета хаки. Ведомая страхом, она бросилась к нему и крепко обняла, чувствуя тепло.

Онир стоял у кровати, на которой спала Амая, вытянув над ней руку. Он просто выполнял приказ отца. Он обрушил на девушку новый шквал нерешенных вопросов.

А где-то в море, в океане, в небольшой, но теплой каюте, без соседства рядом с саркофагом, спал Лука, положив правую руку под голову. Левая, с браслетом и веточкой кипариса, до сих пор не завядшей, лежала на груди, и исходивший аромат успокаивал парня. Во сне, не кошмарном на этот раз, он снова видел живую дочь Гебы и Геракла такой, какой всегда вспоминал: веселой, улыбчивой – слышал смех и сам улыбался, едва заметно, во сне.

========== Глава 12. Диверсия. ==========

О, любо мир так всполошить

Одним касанием ладони!

И навсегда уж воротить

Безумства, радость и тревоги.

О, жизнь моя!

Что делать мне с несокрушимым миром?!

О, мирный край!

Куда ты делся, такой любимый!

(c) Моя очень хорошая приятельница и просто замечательный человек по имени Галя.

Люди, даже несмотря на Туман, все равно как-то испуганно шарахались от странной пары, внезапной появившейся в Санта-Монике. Мрачный темноволосый юноша с, казалось, застывшим лицом и мало чем отличающаяся от него в плане эмоций светловолосая девушка. Парень вел свою спутницу под руку по темнеющей улице, а она в мыслях молилась, чтобы их не заметили сверху.

Однако, стоило им преодолеть достаточно трудный путь по городу и выйти к заливу, как в темных завихрениях исчезли их фигуры. Обычная для молодых парней и девушек одежда сменилась формой Керберов, лица скрыли знакомые маски, а на ремнях появились мечи. Танатос, взглянув на рог в своей руке, поднес его к губам и сильно дунул. Раздавшийся протяжный, гулкий звук, спугнул всю живность в радиусе нескольких метров. Амая с совершенно спокойным видом наблюдала, как практически бесшумно «проваливается» прямоугольник земли рядом с ними, открывается зияющей тьмой проход, откуда слышится топот мертвых ног и похожий «клич» рога. Невдалеке от них, как спустишься с пригорка, скрытого скалами, на мелких волнах еле ощутимо покачивался лайнер. Вот она, «Принцесса Андромеда». Именно к ней сейчас стремились с этого берега новые отряды полукровок и монстров, они должны были пройти совсем рядом с тем местом, где укрылись воины Аида. Кстати о последних…