Миражи успеха

— Мандарин, ТЫ чёртов больной ублюдок! — во весь объём лёгких заорала Анна, сжимая кулаки и с ноги высаживая дверь так, что та отлетает к противоположной стене. Баррабус провожает её взглядом, поворачивается к вошедшей в его камеру Носферату.

— Вот это женщина, — хрипит он, оглядывая Анну с ног до головы. Миллер-младшая фыркает. Баррабус среднего роста, кожа вся серая, а вокруг глаз — чёрная. Мясистый нос чуть искривлен, как будто сломанный, а на лысом черепе — трупные пятна, черты лица иссушенные, заостренные, особенно сильно торчат скулы. Чёрная футболка с сумоистом в красном круге и джинсы.

— Но Носферату, которого так легко поймали… Нет у меня оправдания…

— С кем не бывает, — фыркает Анна. — Просто из-за тебя весь Чайнатаун разнесли. Идти можешь?

— Я тебе не беспомощный младенец, — огрызается Баррабус, прихрамывая, направляется к выходу. Правда, о порожек он всё же запинается и едва не летит носом вперёд, но Анна его подхватывает.

— Вот, — она протягивает пакет с кровью, и соклановец с наслаждением разрывает упаковку зубами, одним махом осушая содержимое.

— Спасибо…

— А теперь пошли отсюда.

— Нет, нельзя! — вскрикивает Баррабус. — На здешних серверах хранятся данные обо всех исследованиях. Их нужно стереть!

— Сотрём, — согласно кивает Миллер, на буксире таща горе-разведчика к лифту, кнопка вызова которого вся в пятнах крови в форме отпечатков пальцев и смазанных — ладоней. Этот коридор и лифт — единственное помещение из белого мрамора, а из-за освещения на стены в буквальном смысле больно смотреть. Пока лифт поднимается, Анна замечает сюрреалистические картины на стенах, фикусы в кадках по углам. От созерцания её отвлекает звон, возвещающий о том, что средство передвижения прибыло.

— Я сам! — рассерженно хрипит Баррабус, когда Анна на входе в кабинку его подхватывает под руку.

— Да я вижу, — фыркает Миллер в ответ, нажимая кнопку этажа. — Тебя ещё сколько откармливать, герой. Молчи уж!

Дверцы лифта со звоном открываются, и Носферату на секунду замирают. В паре метров от них лежит Мандарин с торчащей из груди катаной, раскинув руки, под ним расползается огромное кровавое пятно. Рядом с его лицом на корточках сидит Ральф, с мрачным видом осматривая повреждения. Кажется, его не устраивает тот факт, что экспериментатора не допросили. Чуть поодаль стоит Амос, держа в крепких объятиях поскуливающую Мадлин. Она вцепилась в куртку Миллера-старшего и кусала губы, едва не закусывая воротник одежды Носферату.

— Что с ним? — почти буднично поинтересовалась Анна, выходя из лифта вместе с Баррабусом. — Кто его так?

— Мадлин, — мрачно резюмировал Ральф, обыскивая карманы Мандарина.

— Зачем ты…

— Вряд ли он сам додумался до теории о вампирах и начал тестировать их на прочность. Кто-то, по меньшей мере, натолкнул его на эту идею, а то и поставлял опытные образцы. Чёрт, ничего при себе не таскал!

Анна лишь дернула плечами. После всех экспериментов Мандарина, ей было его не жаль. Впрочем, как и Баррабусу.

— Я в серверную, там…

Не успел Носферату договорить, как в диалог вклинился Амос.

— Я только оттуда. Данные об исследованиях удалены. До нас он успел убить четверых.

Баррабус кивнул, а Анна с трудом сдержала матерную тираду. Четверых. Он убил четверых вампиров во имя своих идиотских исследований. Однако же, что побудило Мадлин дважды проткнуть Мандарина? Она ведь не видела всех испытаний…

— Но почему, Мадлин?.. — уже вслух задаёт вопрос Анна, глядя на вздрагивающую Малкавианку. Та перевела затуманенный взгляд на Носферату, но лишь отстранённо качнула головой.

— Мадлин что-то ему сказала, но слишком тихо, я не расслышал, — Амос успокаивающе похлопал девушку по плечу. Вернер тем временем поднялся и оглядел присутствующих. Его взгляд задержался на Мадлин, затем остановился на Баррабусе.

— Ты успел что-то выяснить? Откуда вообще взялся Мандарин?

— Немного, — помрачнел недавний пленник. — Как сами видите, он — метис. Наполовину китаец, наполовину американец. Родился в Китае, но вырос в Америке, где и учился, в Гарварде, причём. Посещал свою родину в научных и исследовательских целях. Однако кто-то заранее тщательно подтёр все данные об этом учёном. Ты прав, его кто-то завербовал, но доказательств против кого-то конкретного у нас всё равно нет.

— Великолепно. Просто великолепно! А если это квей-джин?

— Сам же слышал — не доказано! — тут же резко ответила Анна. — И вообще, у нас на шее висит ЛаКруа с его пыльным гробом, давайте сначала с этим закончим.

— Ладно, оставим все это на совести «руководства» данной области. На выход!

Уже на улице, держась в тени, вампиры устало прислонились к стене. Баррабус же отошел к телефону-автомату и о чём-то тихо говорил. Анна по старой привычке растирала виски, словно у неё болела голова. Амос продолжал поддерживать Мадлин за плечи, пытаясь убаюкать её, успокоить приступ. Ральф прислонился плечом к стене, постукивая пальцами по бедру. Он настолько устал от происходящего за последние ночи…

— Амос, иди сюда, — Баррабус махнул рукой, и Амос, передав Крафт Ральфу, направился к нему. Взяв трубку и приложив к уху, он услышал знакомый хриплый голос.

— С нашим малышом всё в порядке, босс, чему мы все безумно счастливы, — Гэри довольно прохихикал. — Слушай внимательно. Информация для Князя досталась также Джованни в обмен на кое-какие пикантные слухи. И они просто успели к саркофагу раньше.

— Джованни? Что-то слышал о них.

— Хочешь играть в Джихад — учи уроки. Знание — власть, власть имеет цену. У каждого свои симпатичные скелеты в шкафу, у Джованни ты их найдёшь в буквальном смысле. А ещё инцест, культ, смерти и организованная преступность под соусом для спагетти. Будь осторожнее, босс. Анкарский саркофаг — это не единственная жемчужина их оккультной коллекции артефактов. Она столь прекрасна, что сам Алистер Кроули из зависти восстанет из могилы. Или он уже припасён на одной из полочек.

— И где мне искать любителей трупов и спагетти? — мрачно выдохнул Амос, стукнув пальцами по стене. Услышав эту характеристику, Баррабус вопросительно приподнял брови.

— Им принадлежит загородный особняк, однако тебе не туда, хоть и хватит глупости туда отправиться. Проверенные источники засекли один их склад в Санта-Монике. Очевидно, подарочек дону на годовщину, босс…

— Отлично, ночь ещё не кончилась, сразу отправимся туда.

— Устройте им. И передайте привет от Гэри. Если понадобится информация — я всегда здесь. Или где угодно. Ах, да. В благодарность за спасение малыша вас ждёт небольшой сюрприз в Даунтауне. Сразу после задания отправляйтесь туда.

— Хорошо, до связи, — попрощался Амос и положил трубку. Переглянувшись с Баррабусом, он подошёл к оставшимся, дабы пересказать суть разговора.

— С Джованни нужно быть осторожными, они одни из опаснейших противников, — мрачно заявил Ральф, потерев подбородок свободной рукой. — Запасите побольше оружия, сделайте запасы крови. Члены клана Джованни — члены семьи Джованни, дважды связанны кровью, в худшем случае они будут защищаться до последнего.

Амос потёр переносицу.

— Про инцест я уже понял. Вы не с нами? — и кивнул на Крафт. Ральф покачал головой.

— Нет. Она в полнейшей прострации, нужно время, чтобы прийти в себя. Мы сейчас отправимся домой, я постараюсь уложить её спать. Зайдите к Меркурио перед рейдом, у него может быть что-то полезное.

Баррабус, до этого в преувеличенным интересом изучавший табличку над входом, вклинился в разговор.

— Решайте, что делать дальше, а я пошёл. Ещё минута рядом с этим зданием… С Джованни вам удачи. И Анна, — он буквально ткнул в девушку пальцем. — Я ещё позвоню.

Оскалившись, он махнул рукой и скрылся в темноте проулка, ведущего к тёмному ходу здания. Анна от этого жеста на секунду потеряла дар речи и застыла с непередаваемым выражением лица, чем вызвала тихий смех Ральфа и Амоса. Последний приобнял сестру за плечи и прижал.