Миражи успеха

— Чёрт! — хрипящий и сплёвывающий собственную кровь Найнс склоняется над неподвижно лежащей Мёрфи и аккуратно приподнимает. Лидия в сознании, но она лишь сдавленно мычит, а по подбородку текут струйки крови. Она не может пошевелиться, а боль прошивает всё её тело.

— Сглотни кровь, — просит Родригез, придерживая Лиди за шею. — Тебе сейчас она нужна. А ещё лучше — Ламонт.

Родригез оглядывается. Вот проносится алым ураганом яро матерящаяся Дамзел, запинывая и затаптывая противников. Падает на землю маленький китаец с пробитой грудью, о его бренное тело спотыкаются его товарищи, а одного из упавших красноволосая практически втаптывает в землю, смешивая кровь и ошмётки плоти с ней. Неподалеку мелькает серая футболка Скелтера вся в тёмных пятнах. Он орудует ножом, перерезая противникам глотки. Анархи, «разбуженные» криками и выстрелами, уверенно теснят китайцев к ограде, несмотря на прибывшее к тем подкрепление. Энжи бешено озирается по сторонам в поисках противника, когда замечает фигуру Родригеза, склонившуюся над кем-то. До балкона она добирается на невероятной скорости.

— Лидия! — по-звериному взвыла Мёрфи-старшая, увидев сестру. Она рухнула на колени рядом с ней и Найнсом. Лиди захлёбывалась собственной кровью, с ужасом глядя на Энжи.

— Поверни её аккуратно на бок, — прошептала Гангрел, стараясь сохранить остатки самообладания. Родригез выполнил её просьбу, и Энжи легко провела пальцами по спине сестры, не обращая внимания на кровь, потёкшую со рта пострадавшей.

— Сломан позвоночник, — проговорила старшая. — Компрессионные и, возможно, есть осколочные переломы. Нужна шейная шина, чтобы кости правильно срослись, и не было других повреждений. Голова должна быть неподвижна…

Шину сделали из рубашки Найнса, скрутив её в тугой жгут. Болты были обломаны и аккуратно извлечены из тела вампирши, а раны от них уже начинали медленно затягиваться.

— Напои её кровью, а мы постараемся найти Ламонта.

Лидия была близка к состоянию торпора. Она открывала рот, словно жадно глотала им воздух, и пыталась что-то сказать. Найнс зубами открыл пакет с кровью и попытался влить небольшую порцию Вентру в рот. Но «живительная жидкость» потекла по губам и подбородку девушки.

— Нет, так дело не пойдет… — нахмурился Найнс.

Чертыхнувшись, Энжи отобрала пакет у Найнса, набрала полный рот крови и прижалась губами к губам сестры, заставляя её выпить кровь. Родригез же поднялся на ноги, оглядывая поле боя и заряжая МакЛаски. Заметив бегущего к выходу китайца, он перепрыгнул через перила балкона, приземлившись на плечи противнику. Приставив дуло пистолета к голове, Найнс выстрелил и рухнул на землю вместе с поверженным, держась за грудь и живот.

— Держись, родная, я сейчас, — сбивчиво прошептала Энжи, подскакивая и снова врываясь в гущу сражения, спрыгнув с балкона следом за Найнсом. Лидия, закашлявшись, с трудом повернулась на бок, чувствуя сильнейшую боль в спине. Она рывком сдёрнула шину и поползла к лестнице, на ходу допивая остатки из пакета.

— А если… — мелькнула мысль в её голове, когда Мёрфи-младшая сползла на площадку первого этажа и увидела перед собой бьющееся в конвульсиях тело одного из китайцев. Добравшись до него, Лидия левой рукой прижала голову жертвы к бетонным плитам, покрывавшим пространство в два метра вокруг бассейна, правой рукой надавила на грудь, обеспечивая себя опорой. Чуть навалившись на тело китайца, Мёрфи вцепилась в его шею. Жертва задёргалась сильнее, пытаясь выбраться, но тщетно: обезумевшая от боли и нехватки крови вампирша держала очень крепко. Когда Лидия почувствовала себя чуть лучше и способной подняться на ноги и стоять без опоры, китаец с хрипом обмяк.

— Оказалось, работает… — резюмировала она, быстрым хромающим шагом проходя в холл гостиницы и заворачивая в подсобные помещения за регистрационной стойкой. Там обнаружился дрожащий китаец, пытавшийся набрать спасительный номер по телефону, у которого был перерезан провод. Заметив противника, он что-то завопил, складывая руки в странном жесте, но Мёрфи оказалась проворнее: она схватила со стола ножницы и метким броском отправила их ему в глаз. Китаец взвыл и попытался вытащить лезвия из глазницы, но в этот момент Лидия ещё одним ударом вогнала их глубже, а затем свернула бывшему противнику шею.

— Идиоты… — в маленькой комнатушке, где теперь у стола с бумагами и кучей канцелярских принадлежностей лежал истекающий кровью китаец, ютились небольшой холодильник и тумбочка рядом с ним. Лидии как раз был нужен последний предмет мебели: в потайном отделе выдвижного шкафчика хранились несколько одноразовых телефонов. Схватив один из них, Лиди по памяти набрала номер.

— Заберите меня из отеля «Luckee Star», запускаем реализацию запасного плана.

Некоторое время спустя из отеля в Голливуде через чёрный ход на улицу вылетела разъярённая Энжи, готовая оторвать голову собственной сестре. Сбежала! С серьёзными ранами! Чёртова максималистка! А ещё они только узнали об обвинениях Анны и Амоса в предательстве и сотрудничестве с квей-джин, а также убийстве Найнса Родригеза. Услышав об этом, Мёрфи-старшая тут же повернулась в сторону тяжело дышащего Лидера, которого двое Бруха поддерживали под руки. Да, они только что с трудом отбили атаку квей-джин, но подобные выпады со стороны Камарильи нельзя оставлять без ответа.

— Они не пришли.

— Что? — поперхнулась Энжи, стирая кровь с лица. — В смысле, не пришли?

Найнс поморщился, словно не ожидал, что Энжи будет вести себя глупо.

— Они должны были прийти… Привести Ральфа, доказать, что полезны…

— Они спасли целый город от чумы, обеспечив вампирам возможность нормально питаться! Этого, разве, недостаточно?! Возможно, в том парке с нами не было Анны, но Амос пришёл с вполне конкретными намерениями! Ты не хочешь объявить себя счастливо спасшимся, типа завалившим оборотня и прочие подробности?

Энжи встала совсем рядом с выходом, скрестив руки на груди. Но Найнса, похоже, совсем ничего не смущало.

— Твоя сестра, кстати, тоже сбежала, едва сумела подняться на ноги.

Энжи закусила губу, раздумывая. Что же, любая ситуация может случиться впервые в жизни. Может, в этот раз они ошиблись и поступили эгоистично, не предупредив Анархов об угрозе, но… Может, Лиди права, а уйти будет проще благодаря этому факту?

— Я иду искать свою сестру и Амоса. Можешь объявить меня предательницей, трусихой, ещё кем-то — мне всё равно. Только помни, по факту, мы с Лиди завалили этого чёртового оборотня и спасли тебя.

— Врёшь, — нагло ухмыльнулся молодой Бруха, поддерживающий Найнса под левую руку.

— Тогда спроси у своего героя, как он в таком разбитом состоянии запрыгнул оборотню на голову, да ещё выстрелил из снайперской винтовки!

Нагло усмехнувшись, Энжи левой рукой, на которой всё ещё виднелись когти, стёрла с щеки чуть запёкшиеся капли крови и двинулась к выходу. В глубине души, вздрагивающей от ужаса, она говорила сама себе, что они набросятся и убьют её, но остатки веры в Родригеза заставляли думать, что на подобную низкопробную подлость он пока не способен.

Башня Вентру

У неё был приказ. Чёткий приказ, гласивший: «Никого не оставлять в живых в Башне». И если Анна раньше не задумалась бы над его сакральным смыслом, то сейчас некое чувство, похожее на совесть, останавливало её.

Мир ещё не перевернулся с ног на голову, но опасно балансировал на грани, раскачивая все устоявшиеся принципы. Он больше не был привычным и лёгким, он стал чужеродным, холодным, не принимавшим тех, кто тосковал по старине. Он вряд ли примет её.

Анна с горечью призналась себе, что Амос был прав. В их положении нельзя было чудить и бросаться в омут с головой. Успех мог оказаться банальным миражом, хотя, нет, это даже Фата-моргана — оптическая иллюзия, вне зависимости от своей сложности.

Но они тоже предали её, её идеалы, сказав, что помогут. Но вместо этого использовали, как собачку на поводке, как девочку на побегушках, скидывая на плечи всю грязную работу. Почему она должна отказаться от того, что её ценят? И наверняка, о предательстве с удовольствием объявила та кукла, Анеса, видевшая её у парка. С ней надо обязательно поквитаться лично.