Миражи успеха

— Не тяни, — нагло и дерзко усмехается она, глядя на окровавленную морду и прямо в светящиеся гневом звериные глаза.

Но у головы оборотня вспыхивает голубое свечение, а сам он прогибается в шее, словно под тяжестью. Волк недовольно рычит, поворачивает голову к новой помехе… И в этот момент гремят оглушающие выстрелы, а лицо Энжи заливает кровь и мозговое вещество зверя. Вытерев лицо рукавом, она ошеломлённо смотрит на падающую на землю тушу и на стоящую на ней Лидию, также в крови и вынесенных мозгах и с винтовкой в руках.

— Здравствуйте, я ваш рояль в кустах, — неожиданно скаламбурила Лидия, спрыгнув на землю и сняв щит Стойкости.

— Ты где была?! — не обращая внимания на Найнса, завопила Энжи, тыча пальцем в сторону сестры. — Я тебе столько раз звонила, чуть с ума не сошла от беспокойства!

Лидия примирительно улыбнулась и ещё раз выстрелила оборотню в голову.

— Вы хорошо его отвлекли, мне удалось подойти вплотную и выстрелом вынести зверюге мозги!

— Лидия! — одновременно вскричали Энжи и Найнс.

— Не нервничай, я завершила одно очень важное для нас дело, — посерьёзнела Лидия, глядя на сестру. Та, поняв, что в присутствии Найнса младшая ничего не скажет, кивнула. — Рада, что ты жив и относительно цел, Найнс.

Бруха с трудом поднялся на ноги, всё ещё держа в руках пистолет. Его выстрел вышиб оборотню глаз, правда, для этого пришлось завалиться на пострадавший живот, который теперь безостановочно кровоточил. И ещё неизвестно, насколько смертоносен он был бы для зверя.

— Как ты здесь оказалась? — мрачно спросил он, не спеша обнимать товарища по оружию. То ли кровью не хотел запачкать, то ли по одному ему известным другим причинам.

— Встретила Джека. Он возвращался от какого-то своего знакомого, жутко довольный и пахнущий порохом и виски. Он же и рассказал мне о том, где вы и зачем.

Вампиры оглянулись на полыхающий холм, пламя с которого в рекордно короткие сроки грозилось сверзиться им на головы. Лидия задумчиво хмыкнула и повесила винтовку на плечо.

— Надо уходить. Есть кто-то наверху? — спросила Лидия, поправляя куртку.

— Ральф, Амос и Мадлин, — ответила Энжи, пока Найнс задумчиво рассматривал мёртвого оборотня.

— Они либо сгорели, либо съедены, либо спаслись, — мрачно рассудила Мёрфи-младшая. — Мы к ним сквозь пламя не прорвёмся, да и рискуем нарваться на других оборотней. Что-то не так, Найнс?

Сёстры переглянулись, и Энжи знаками дала понять, что Найнс сегодня в принципе странный.

— Нет, всё так, — соизволил ответить Лидер Анархов. — Просто появилась одна мысль…

У обсерватории

В том, что оборотень пробьёт стену обсерватории, можно было не сомневаться. Руками закрываясь от обломков, Амос бросился в центр здания, молясь, чтобы зверь его там не достал.

— Облезлый комок шерсти, я здесь! — раздался крик Ральфа снаружи и несколько выстрелов. Оборотень, сквозь дыру в стене пытавшийся найти Амоса, оглянулся и зарычал. Миллер же осторожно выглянул из-за стены, за которой спрятался. Оборотень, рыча, двинулся в сторону Вернера.

— Надеюсь, Стремительность тебе поможет, — выдохнул Носферату, ползком продвигаясь к своей цели. В темноте, что удручало.

— Патрон… Патрон!

Из арки, ведущей в круглый зал с телескопом, выглядывала обеспокоенная Мадлин. Она вцепилась в дерево, обрамлявшее дверной проём, словно утопающий в соломинку.

— Патрон, энергия!..

— Что?!

Ральф не включил генератор. Обречённо застонав, Миллер-старший пополз обратно, попутно практически приказав Мадлин не отходить от пульта управления телескопом.

— Да чтоб вас всех… — выдохнул Носферату, выглядывая на улицу. Ральф, возможно, где-то внутри сожалеющий о срыве плана, юлой вертелся у оборотня в лапах, стараясь избегать серьёзных и опасных ударов. В этом ему немало помогала Стремительность.

Убедившись, что оборотень не обращает внимания на происходящее у обсерватории, Амос осторожно повернул ключ в замке и на корячках выбрался на улицу. Поднявшись на ноги и вжавшись в стену, Миллер-старший осторожно двинулся к будке с генератором, благодаря всех богов за то, что переключатель был сконструирован снаружи. Оглядываясь на Ральфа, Амос ускоряет шаг, уходя в Затемнение. Хотя, если оборотень почует его или видит иначе — он всё равно не скроется.

До заветной цели остаётся буквально пара шагов, когда Амос слышит крик, переходящий в стон. Резко вернувшись к зданию и зайдя за угол, Миллер-старший выглянул из-за него и обомлел. Ральф Вернер, чёртов неубиваемый силач — Ральф Вернер — валялся на земле словно кукла со сломанными конечностями. Его ноги уже начало «облизывать» пламя, но Бруха не мог сдвинуться с места и, видимо, даже кричать от боли. Оборотень, потеряв интерес к сломанной игрушке, заозирался по сторонам и начал принюхиваться, клонясь в сторону обсерватории.

— Пиздец… — сдавленно прошептал Амос, сглотнув. У него нет скорости Ральфа, силы Ральфа, опыта Ральфа и знаний, как бороться с оборотнем, если тот стоит у вашего порога и не уходит. — Держись, Мадди…

Он напомнил себе о том, что в обсерватории осталась маленькая, тоненькая Малкавианка, которая придётся этому монстру на один зуб. И что он — последний щит перед ней, в буквальном смысле этого слова.

Выдохнув, Амос, оставаясь в Затемнении, бросился к рычагу.

За его спиной раздался протяжный вой, и Амос на ходу предположил худшее: Затемнение бесполезно. Вспоминая весь доступный ему матерный запас, Миллер-старший на сверх-вампирской скорости добежал до щитка и дёрнул рычаг. Одновременно с этим раздалось утробное рычание за его спиной и со знакомой дымкой исчезло Затемнение.

Коротко оглянувшись на здание, где в окнах вспыхнул свет, Амос бросился на поиски другого входа. Рычание оборотня стало громче, а земля под ногами затряслась. Миллер не стал оглядываться, догадываясь, что зверь в один прыжок практически сократил расстояние между ними. Приблизившись к обсерватории, он услышал звук открываемых створок, за которыми находился телескоп.

— Добраться бы до него…

Обежать вокруг обсерватории было невозможно: путь перекрывали заборы с прочной сеткой и строительные постройки. Прорваться сквозь них Амос тоже не мог: нехватка времени, плюс, вервольф мог совершенно спокойно похоронить его под грудой строительного мусора и попрыгать сверху. У стены Миллер заметил лестницу, выводящую на небольшой обзорный балкон.

— За неимением лучшего… — с таким лозунгом, Носферату рванул вперёд, спасаясь от когтей зверя. Оборотень взвыл с толикой обиды и бросился за жертвой. Неудачно притормозив, он всей тушей врезался в оконное стекло, выбивая его и наполовину вваливаясь в здание.

— Чёрт, чёрт, чёрт!.. — буквально взлетел по лестнице Амос и снова оглянулся, замечая открытые створки телескопа. За спиной снова зарычал оборотень, нанося сокрушительный удар по лестнице и заставляя трястись точно добрую половину всего здания. Из-за неожиданной встряски, Амос рухнул на пол, больно ударившись подбородком так, что искры из глаз посыпались. Держась за голову одной рукой, помогая себе другой, Миллер-старший начал спиной отползать к телескопу. Удовлетворённо рыкнув, оборотень запрыгнул на тот же балкон, начиная медленно надвигаться на жертву. Она должна сполна почувствовать страх, в свои последние минуты перед смертью. Упоённый своим торжеством, зверь не сразу заметил ещё одного участника действий, спрятавшегося под пультом управления.

Мадлин из своего укрытия внимательно следила за разворачивающимися событиями. Давящийся собственной кровью Амос старался отползти от зверя как можно дальше. А оборотень, совершенно никуда не спеша, приближался к своей жертве, предвкушая момент, когда разорвёт её на части. Как только одна из его лап пересекла условный «порог», Крафт быстрым движением высунулась из-под пульта управления и нажала рычаг закрытия.

Оборотень попытался задержать их лапами, создать себе пространство для побега, но створки уже оказались прижатыми в середине его туловища. Вервольф неосторожно развернулся боком, оставаясь зажатым, и попытался подтянуть заднюю лапу, но ничего не вышло. Отчаянный вой перерос в жалобный скулёж и визг, когда створки сомкнулись почти полностью. Забившись в конвульсиях, зверь беспорядочно молотил лапами по воздуху и через мгновение затих.