Миражи успеха

С фырканьем склонив голову, Носферату широким шагом покинул кабинет Князя.

Себастьян ничего не сказал, лишь снова мрачно покосился на Россен и откинулся на спинку, закрыв глаза.

— Свяжись с квей-джин. Если она не ответит, необходимо будет уничтожить лишних свидетелей. Раз саркофаг, по мнению Беккета, скорее всего открывается ключом, то он может быть только у квей-джин. Отказ от договора расценивается как предательство и требует радикальных мер.

— Тело Симуса не было найдено. Можно предположить, что он погиб, но пепла также не было найдено… — Анеса начала было говорить, но Князь отмахнулся от неё, как от назойливой мухи.

Кивнув ЛаКруа, Россен покинула кабинет следом за Носферату. Себастьян снова ослабил узел галстука и потянулся за бутылкой вина. Ему необходимо было психологическое внушение успокоения после всех событий. Возможно, его действия с Узами Крови были несколько опрометчивыми, но это лишь жалкий первый глоток, которому он с лёгкостью способен сопротивляться.

Уже в коридоре Россен нагнала Носферату, который, правда же, никуда не спешил, а терпеливо дожидался, пока приедет лифт. Он скучающим взглядом разглядывал кровавые следы на стенах, покосился на подпаленный воздуховод, однако от комментариев воздержался. Не доходя до неоната, Анеса перешла на спокойный шаг и брезгливо постучала планшетом по плечу высокого вампира.

— Ручки боишься запачкать? — осклабился Носферату, поворачиваясь к скривившейся Анесе.

— Послушай, ты…

— Амос, — ухмылка на лице вампира стала ещё шире. Растянись она до самых ушей — треснула бы.

— Мне побоку. Только попробуйте, крысы помойные, предать Князя. Я лично выпущу тебе кишки и на них же подвешу, а твою сестру запру в крематории. Это понятно? — прорычала Россен, вытирая кончик планшета.

— Не кипятись, я смотрел записи с камер наблюдения. Твой бой, такое чувство, снимали специально, чтобы подрочить. Если, конечно же, вампиры на это ещё способны.

— Восхитительное невежество. И ты ещё смеешь требовать деньги за свою работу, которую обязан выполнять по первому же слову Князя!

Амос чертыхнулся и резко подошёл к Анесе, засунув руки в карманы куртки и глядя на Тореадора сверху вниз. Нестерпимо хотелось её ударить, отрезвить и привести в чувство, ведь это ненормально: так вести себя, пусть и во славу ЛаКруа. Что-то в Россен изменилось, не кардинально, но очень заметно. Узы?

— Если Князю нужны результаты в рекордно короткие сроки, то он должен этому поспособствовать. К счастью, он и сам это понимает. А ты, для самой верной подчинённой, ведёшь себя слишком эмоционально и странно.

Не дожидаясь ответа, Амос вошёл в только подъехавший лифт и нажал на кнопку «Подвал».

— Я серьёзно, следи за своими словами и действиями.

Дверцы лифта закрылись, оставив на площадке медленно закипающего от злости Тореадора.

Чайнатаун

Анна нервно облизывала рану на верхней губе, из которой всё ещё сочилась кровь. Сегодняшняя тренировка с подчинёнными Минг Жао закончилась плачевно для каждой из сторон, включая в себя проломленный череп, три винтообразных перелома бедренных костей и пять треснутых рёбер. Благо, не у неё, у противников, сама Миллер отделалась перекошенным лицом и вывихами обеих рук.

Минг Жао мила с ней и очень добра. Она хвалит её успехи, даже перед всеми, однако оставшиеся представители китайских собратьев смотрят на неё, как волки, едва ли не скалясь.

— А может, она специально так поступает, желая натравить на меня своих подчинённых? — пробурчала себе под нос Анна, останавливаясь у лавки Тсенга. — Да быть не может…

В лавке «торговца травами» было уютно и спокойно. Слабые, ненавязчивые ароматы и тихая традиционная музыка расслабляли, словно забирая с собой и унося все волнения и тревоги. Пусть ненадолго, но они способны были подарить минуты драгоценного покоя… Пока шкафы за спиной продавца и владельца в одном лице не разворачивались к покупателям своим вторым отсеком.

Тсенг в военной форме громко поприветствовал посетительницу и после произнесения кодового слова выложил на прилавок парочку новых приобретений из категории «Лекарства». Анна с интересом вертела в руках модифицированный МакЛаски с ослабленной отдачей и повышенной скоростью перезарядки. При этом народные умельцы умудрились сохранить убойность пистолета практически на том же высоком уровне. Новая игрушка определёно стоила своих денег, так еще и могла пригодиться в недалёком будущем.

Расплатившись и бережно уложив приобретение в рюкзак, Анна присела в тени магазинчика, скрестив ноги по-турецки и положив на них «котомку». Возвращаться в храм не хотелось, ничего, кроме тренировок и совместных побоев её пока там не ждало. Взгляд Миллер наткнулся на телефонную будку на противоположной стороне дороги, и Анна ощутила острое желание позвонить брату. Выслушать очередную нотацию, сказать, что уже соскучилась, но попросить не искать. Прикусив губу, Анна нервно огляделась по сторонам. Лишних наблюдателей поблизости не обнаруживалось, поэтому Носферату с лёгкостью вскочила на ноги, повесив рюкзак на правое плечо и уверенно двинулась через дорогу.

Телефонный номер она вспомнила почти сразу, едва сняла трубку. Правда, вопрос о том, как в канализацию провели телефонную сеть, всё ещё оставался открытым. Так, монетки… Кнопки с щёлканьем пружинят под её пальцами, а потом мучительно долго тянутся унылые гудки. Анна нервно теребила пальцами шнур, прижимая к уху телефонную трубку. Не отвечает. Не слышит. Не хочет отвечать.

— Ну и пошёл ты! — в сердцах выругалась Анна, швырнув трубку так, что та обиженно зазвенела и едва не смяла сам аппарат. Брата нет дома, он снова на побегушках у ЛаКруа. С запозданием кольнула мысль, что он может искать её, но Миллер-младшая отмела её сразу же. Она повела плечом, поправляя одну из спавших лямок рюкзака, и боковым зрением зацепила белую вспышку у самых ног. Фотография, которую отдала?.. Подарила ей Лидия. На обороте был записан телефон, убористым почерком с сильным наклоном. Анна сжала фотографию в руке и с сомнением оглянулась на будку. Позвонить?

— Нет, ну что за бред? — вздохнула Анна, спуская рюкзак и убирая фото в небольшой кармашек и застёгивая его на молнию. Её взгляд невольно упал на здание закусочной через дорогу, у стены которой она сидела пару минут назад. К её парадному входу, хромая, подошла невысокая девушка с двумя низко заплетёнными косичками. Кожаная куртка, плиссированная юбка и гольфики невольно вызывали ассоциации с японскими комиксами, именуемыми мангой, коими в своё время Анна зачитывалась. А вот кровавые отпечатки, неосторожно оставленные на дверной ручке и сверкнувшая в сумке катана…

Снова оглянувшись, Анна почти бегом бросилась к закусочной. Рукавом толстовки она совсем не аккуратно стёрла кровавые следы и ввалилась в помещение следом за девушкой, благо, та оставила помещение открытым.

Такого коварства от демона Юки не ожидала. Хотя учитель предупреждал её, что нельзя терять бдительность ни на секунду, она позорно расслабилась после боя и позволила уродливому демону ворваться в её убежище. Девушка или женщина, судя по стилю одежды и первичным половым признакам, раздражённо фыркнула и поставила рюкзак на прилавок, буравя Юки, стоявшую по другую его сторону, взглядом. Белый топ под курткой пропитался кровью из раны на боку, и Анна, тряхнув головой, призвала всё своё самообладание, чтобы не броситься на девчонку в то же мгновение.

— Ещё только японских школьниц-охотниц в моей не-жизни не хватало, — прорычала Миллер, рассматривая лицо с характерными чертами.

— Что тебе нужно, демон? — презрительно спросила Юки, акцентом подтверждая слова вампирши. Если что, она сможет вытащить из сумки катану и нанести хотя бы пару ударов.

— Мне? Во мне с чего-то взыграло чувство справедливости и жалости по отношению к маленькой девочке, разгуливающей по Чайнатауну с катаной по ночам! Ты хоть знаешь, что здесь происходит?!